Любовь Носорога (СИ)
Не сказать, что после этого все прям пошло гладко.
Но вот этот момент, он был определяющим. Главным. И все, что происходило после, смотрелось уже по-другому. Словно через призму пропущенное.
— Паш, вы на выходные в Москву? — Батя, покосившись на повысившего голос Лысого, которого, похоже, мелкая казачка таки вывела из себя, вернулся к изучению меню.
— Да, все уже утвердили, Ремнев ждет.
— Я просто рассчитываю, сколько людей сопровождения с вами отправлять.
— Давай, как обычно, две машины. Хватит, я думаю. Все равно медленно поедем, заночуем в дороге.
— Хорошо. Я свяжусь с Соней.
— А то ты уже не связался, — Носорог язвительно прищурил глаза, но больше ничего не сказал. Да и что тут скажешь? Не уберег кадры. И не просто так этот старый черт интересуется.
— И не вздумай Соньку утащить на выходные, она мне нужна будет для координирования.
— Паш, ну у нее должны быть выходные, заездил совсем, — попытался возразить поверивший в то, что он трудиспекция, Батя. Точно, хотел рыжулю на свое сказочноебали утащить!
— Да уж кто был, бл*, говорил! Ты у нас еще тот наездник!
Паша отвернулся к планшету, давая понять, что разговор закрыт. Сонька — его подчиненная, ценный кадр, пусть и без пяти минут замужний. Хотя, Батю она гоняет похлеще, чем мелкая дрянь Лысого. Так что, может, и кинет еще. Хотя этого как раз и не надо. Очень уж он не в себе ходил, когда она так сделала в последний раз. Паше даже приходилось его пару раз в спортзал приглашать и дерьмо выбивать, чтоб не борщил и помнил про субординацию.
— Ну что, долго она там его расчесывать будет? — не выдержал уже Батя, переключая гнев с начальника на приятеля. — Жрать охота, мы тут до вечера сидеть будем что ли?
А Паша посмотрел в окно, за которым занималась весна, и подумал, что дороги уже должны быть чистыми, и им с казачкой легко будет ехать. И можно остановиться в одном прикольном местечке по пути в Москву, хоть на пару часов, и всласть потрахать ставшую невозможно сексуальной и активной на фоне беременности Полинку на природе. А че, прикольно, там есть деревянные срубы, с панорамными окнами и видом на излучину реки. Балконы на втором этаже. Замотать ее в пушистый плед, сесть в широкое кресло качалку и посадить на себя. Положить руки на выдающееся пузико. И покачать. Медленно и нежно. А потом быстро и грубо. А потом…
— Так, — он торопливо поднялся под удивленным взглядом Бати, — лови этого мученика и жрите без меня, у меня дела.
— Да какие дела, мы же хотели… — начал Батя, прекрасно знающий и расписание, и список дел генерального, но Паша его прервал, рявкнув по-носорожьи:
— Важные, бл*!
И вышел прочь, по пути набирая свою казачку, как раз сидящую на работе:
— Полина, в мой кабинет быстро.
— Паш, у меня тут отчет, — начала она, и пришлось еще раз рявкнуть:
— Живо, бл*!
Пауза на осмысление, а потом:
— Ооо! У Носорога чешется рог?
— Ну ты договоришься сейчас!
— Жду не дождусь!
И отключилась, стервочка!
Нет, все же родственницы они с малолетней дрянью. Но его, Носорога, оторва — круче. Потому что мудрее.
И сейчас, несмотря на его грубость, точно идет к его кабинету, придерживая пузико.
Чтоб Носорог мог почесать свой рог с обоюдным удовольствием.
Конец