Мы - сводные
Подхожу к знакомой машине.
Рядом с нами припаркована машина Рафаэля.
Наш водитель, опережая меня, выходит, открывает мне дверь.
— Выйди на минуту, пожалуйста, Сэм, — строго прошу я.
— Ася, дождь… Давай, садись.
— Нет.
Выходит ко мне. Сталкиваемся взглядами.
— Спасибо за серьги. Я их почистила. Забери.
Протягиваю ему на раскрытой ладони.
Сэм хмуро смотрит на мою Ладонь. Рука зависает над моей. Подхватив мою кисть снизу, второй медленно закрывает по очереди мои пальцы в кулак как лепестки. Сжимает снизу, обхватывая мой кулак.
— Это подарок, Ася. Они твои.
Отрицательно кручу головой.
— Забери. А к вам я не поеду. На выходные я решила оставаться в школе до конца года. Думаю, так всем будет комфортнее.
Интернат, так интернат. Выживу как-нибудь.
— Бред не неси. Садись, я сказал, — тяжелеет его тон.
— Не поеду. Твой отец подарил мне путёвку в школу. Что ж… Я приняла этот подарок. Но если у меня есть выбор, я не буду жить бедной родственницей в чужом доме. А выбор есть.
Делаю шаг назад.
Окно в машине Рафа ползет вниз. Выходит.
— Ася, тебе необязательно оставаться в школе. И ехать к Решетовым. Моё предложение в силе. Поехали? — стреляет он глазами на открытую дверь машины.
— Какое еще предложение? — напрягается Семен. — У тебя челюсть лишняя, Дагер?
— Решетов… — презрительно. — Тебе же не четырнадцать. Так эти вопросы уже не решаются. Девушка должна выбрать. Давай играть по-взрослому.
— Не надо диктовать мне правила, Дагер. Не лезь сюда.
Подхватывая за талию, Сэм тащит меня в машину.
— Сэм! — возмущаюсь я сначала растерянно, а потом пытаясь выкрутиться из сильных рук.
— Ты едешь домой, — засовывает меня в машину, с силой давя на макушку, чтобы я не ударилась о крышу машины.
— Да Семен! Решетов! — отбиваясь, отлетаю от него и машины.
— А ну-ка отпусти её, — подлетает к нам Рафаэль. — Долбанутый!
Сцепляются.
От адреналина и агрессии моя голова опять кружится. И подкатывает тошнота.
Из машин вылетают водители.
— Устинова, села в тачку! — рычит Решетов. — Иначе, я ему сейчас морду сломаю.
Мамочка…
Не надо… не надо!!!
Я как зомби послушно сажусь в машину. Сэм — рядом.
С рычанием заряжает кулаками в спинку переднего сиденья.
— Предложение у него! Поспешила согласиться?!
Бьет по кнопке, поднимающей стекло между водителем и нами. Оно медленно ползет вниз.
— Семён, — с тревогой смотрит на него водитель.
Лицо Сэма агрессивно подрагивает.
— Всё нормально, — чеканит он. — Поехали домой.
Стекло соединяется с потолком, отрезая нас от водителя.
— Нормально? — истерично выдыхаю я. — Нормально?! Ты!…
Срывая с сиденья маленькую подушку, лежащую между нами, со всей силы луплю его, пытаясь попасть между отбивающих ее рук.
— Придурок! Гад… Возомнил о себе!
— Устинова! — вырывает подушку из моих рук.
Я в эмоциях продолжаю лупить его ладонями.
— Шантажировать он меня будет! Да я сама тебе сломаю сейчас…
Перехватывает и дергает меня к себе, сгребая в объятья.
Сжимает крепко-крепко. До боли. Так что не шелохнёшься.
Губы втыкаются мне в ухо.
— Всё… — шепчет он.
— Сволочь, — всхлипываю я.
Губы ласково целуют моё ухо. Я растерянно замираю от острых ощущений.
— Дома Вера испекла нам пирог, — подрагивает его голос, проникая в мою грудную клетку. — Клюквенный.
В его руках так тепло и хорошо. Не хочется вырываться. Я даже на мгновение забываю, почему мы ссоримся.
И еще через минуту я лежу у него на коленях головой, на заботливо подложенной той самой подушке, которой я лупила его.
Хмуро глядя в окно, Сэм успокаивающе перебирает пряди моих волос и рисует пальцами какие-то приятные узоры. От него так хорошо пахнет, что мне хочется воткнуться в него и вдыхать, вдыхать…
Закрываю глаза, боясь сказать что-то или пошевелиться, и разрушить это теплое ощущение, что совершенно неожиданно возникло сейчас между нами.
На сиденье валяются жемчужные серьги, выпавшие из моей руки. Машина гудит и покачивается усыпляя меня.
И я сдаюсь… "Только на один час!" — обещаю я себе, пока мы едем домой.
Мне снится что я задремала на руках у папы. Мне тепло, защищенно и кайфово в этих ласковых сильных руках.
Притягиваю ладонь к носу, вдыхая запах кожи. Он отличается от привычного папиного. Но тоже очень знакомый и близкий.
— Просыпайся… пойдём… — треплет меня по волосам Сэм.
Уснула! Обескураженно присаживаюсь. Он тянется, позвонки хрустят.
— Где мы? — оглядываюсь я. — Это что?
— Слишком много вопросов, Устинова, — ухмылочка.
Вытаскивает меня из машины.
Магазин " Подводный мир".
— Да ты что, Решетов, я же в пижаме!