Мы - сводные

Ася
 
Вечером, уже в темноте мы подъезжаем к школе. Полчаса до отбоя. Наша машина паркуется рядом с другой. Водитель берётся за ручку двери.
— Костя, подожди, я сам двери открою, — тормозит его Решетов. — Сиди.
Я давлю на ручку сама.
— Нет! — наклоняется, захлопывая мою дверь обратно.
— Аа… — доходит до меня. — Я опозорю золотого мальчика, если засвечусь с ним в одной машине. Я же пролетариат. Люмпен. Ясно.
Его взгляд тяжелеет. Мы наблюдаем, как из соседней тачки выходит Тина.
— Иди! — фыркаю я. — Я не стану выходить вместе с тобой. Можешь не волноваться за свою репутацию.
— Я и не волнуюсь за свою репутацию, — закатывает глаза.
— Зря! — сдабриваю порцией яда. — Золотая стая не одобрит! Бойся.
Его ноздри агрессивно подрагивают, сверлит меня взглядом.
Псих…
Тина не торопится уходить, оглядываясь на нашу машину. Сотрудник уносит ее чемодан.
— До утра сидеть будем? Иди!
— Я разберусь, когда мне идти.
— Тогда, я пойду.
Но сама послушно сижу в машине, жду, черт возьми, когда уйдёт его принцесса! Но она не уходит, набирая его по телефону.
— Минуту, Тин! — бросает ей он и скидывает. Перебором задумчиво стучит пальцами по лакированной деревянной панели на двери. Набирает кого-то ещё на своём телефоне.
— Вера? Это я. Распорядись, чтобы костюм и платье доставили нам за пару часов до бала. Не надо завтра! — цокает он. — Надо за пару часов, да. Так надо! Все, спасибо.
— А мне надо завтра, Решетов! — отчаянно взмахиваю я руками.
— Нахрена?
— Потому что!…
Потому что я не умею ходить на высоких каблуках, черт возьми! И я хотела немного потренироваться… Но ему не скажу ни за что. Достал со своими насмешками!
— Ну, не судьба, Устинова.
Неожиданно выходит из машины.
Пусть чешет к своей белой крыске Тине!
Надувшись от обиды, отворачиваюсь к окну.
Уйдут, я выйду.
Но не тут-то было. Решетов открывает мою дверь. Протягивает руку. Я растерянно смотрю на его большою ладонь.
— Силой тебя вытащить? — требовательно машет пальцами, требуя мою руку.
Перехватывает её насильно и вытягивает меня. Не сопротивляться же? Моё лицо полыхает так, что я вспоминаю, что такое веер!
Встречаюсь с шокированным взглядом Тины.
Хочется провалиться под землю. Зачем он это сделал? Я же сказала, что подожду!
— Сэм? Вот сейчас не поняла… — переводит она наманикюренный палец с меня на него и обратно.
— Мы — сводные, — рычит оскаливаясь.
— Че-го?! — открывает она рот.
— Что не ясно, Тина? Мы — сводные!
Мне кажется, я медленно проваливаюсь. Сквозь землю.
Сэм достает мой рюкзак, всовывает мне его в руки.
— Довольна?
— При чем тут я?! Я тебя НЕ просила! — тихо шиплю ему в лицо. — Я тебя не знаю. Ты меня — тем более!
Выдернув рюкзак, сбегаю в сторону общежития, оставляя их вдвоем.
Что это было?! Вот — что? Что за неадекватный человек? Кто его просил?!
— Ася! — возле входа в общежитие.
Тебя только мне ее хватало! Натягиваю улыбку пошире. Разворачиваюсь.
— Рафаэль!
— Давай помогу, — забирает мой рюкзак.
— Благодарю…
В холе беру из холодильника творожок с вишней. Из второго — минералку.
— Жаль, что ты уехала в субботу, было весело.
— Мне нужно было подготовиться к балу.
Останавливаемся у дверей моей комнаты.
— Ребята, по комнатам! — идет по коридору Алла. — Агния, добрый вечер!
— Добрый вечер.
— Рафаэль… — показывает она ему рукой в противоположное крыло. — Я тебя провожу.
— Алла, три минуты, пожалуйста! Мы только договорим.
— Хорошо, — бросает она взгляд на часы и уходит дальше по коридору.
Дагер ловит мои пальцы.
Сэм тоже провожает Тину до двери. Они останавливаются в паре метрах от нас. И сразу же накаляется атмосфера. Она что-то едва слышно недовольно шипит ему.
— Мне жаль, что не я сопровождаю тебя на бал, — преданно смотрит в глаза мне Рафаэль.
— Да, мне тоже очень жаль, Раф. Ты единственный, с кем бы мне хотелось пойти.
Врать противно. Но еще противнее не дать ему в нос за то, что он делает. И я, абсолютный профан, прилежно учусь женской версии пикапа. Преданно смотреть в глаза и хвалить, хвалить, хвалить. А потом резко отмораживаться. Ужас…
— Но я, всё же хочу немного поучаствовать в твоём дебюте.
— Это очень мило… Ты такой внимательный!
Слышу, как показательно громко и устало вздыхает Сэм. Возможно, в разговоре с Тиной. Но не думаю…
Дагер достает бархатную коробочку.
— Это тебе…
— Что это? — неловко замираю я.
— Подвеска… Я хочу, чтобы ты надела ее на бал.
Открывает щелчком коробочку, там большой скошенный ромб из белого золота, стилизованный золотой паутиной.
Это так шокирует, что я выхожу из образа.
— Раф… Да ты что?… — нервно улыбаюсь я, делая шаг назад.
— Ася, это подарок. Ты должна его просто принять.
— Нет. Я не могу принять. Это СЛИШКОМ дорого.
— Это неправильный ответ. У нас так непринято.
— Как — так?
— Отказываться от дорогих. Можно отказываться только от дешёвых. Это кодекс!
— У кого — у вас?
Раф показывает рукой вокруг.
— Золотых!
— Так я же не ваша, Раф, — улыбаюсь я. — У нас — обычных девушек — свой кодекс. И он гласит, не принимать дорогие подарки от чужих мужчин. Тем более — от Золотых.
— Почему?
— Это может создать для парня… ммм… иллюзию покупки девушки. И он будет ожидать в ответ платы за свой подарок.
— Это слишком дёшево для покупки девушки, Ася, — ухмыляется он.
— Этого я не могу знать наверняка. Выглядящие достойно люди иногда делают очень дешёвые вещи. Совершенно неожиданные люди, которых ты считал гораздо выше и "дороже" таких поступков.
Дагер, вспыхнув, опускает взгляд.
— Давай так… — поднимает он глаза, и взгляд очень простой и пронзительный, мне кажется даже, что искренний.