Плохие мальчики не влюбляются
— Дина, — тихо. — Ты не против, если я тебя запишу на развернутые анализы крови. И консультацию к хорошему врачу?
— Почему Вы предлагаете?
— Твоя мама не предоставила твою мед. карту. А школа не приветствует голодовки, — бросает взгляд на Беллу. — Мы несем за тебя юридическую ответственность.
— Я — за, — встаю я на колени, тоже бросаю взгляд на Беллу. — Но разве не нужно мамино согласие? Я наблюдаюсь у спортивного врача. И думаю, мама будет против, чтобы кто-то вмешивался.
— На время, пока ты в школе вопросы мед обслуживания и оказания помощи решаем мы. Твоя, мама подписала документы. Если ты хочешь, конечно.
— Хочу! Только Белле не говорите!
Алла кивает и уходит. Валяюсь на досках, смотрю в потолок. В зале уже пусто, бальники разошлись.
— Дина, откатай переходы. Ужин…
Ставит рядом со мной маленький пакетик. Я знаю, что там. Мои ненаглядные киви и протеиновые таблетки.
— Мне срочно нужно уехать. Завтра после уроков приеду.
— Аха…
Достаю ключ из рюкзака. Четырнадцатая комната, значит. Где там мои топоры?..
Глава 9. Охота началасьРафаэль
На моей стене интерактивная панель с играми. Мне разрешили установить ее только из-за шахмат. Она подключена к интернету, я люблю играть с живыми соперниками.
До отбоя минут еще двадцать, потом интернет вырубят. Веду пальцем по панели, делая, очередной ход.
— «Лошадью ходи!» — подкалывает Кислицын.
— Тихо!
Я играю всегда на время. У меня высокий рейтинг.
— У Яны новенькая в комнате, — заходит Макс.
Вся схема в моей голове мгновенно сбивается. Так и «держу» фигуру, прижимая палец к поверхности панели. Куда я хотел ее поставить?
Максовская Янка в четырнадцатой комнате, и Гала тоже там…
Сигнал на панели пикает, напоминая, что я так и не сделал ход. По времени и так проигрывал. Сливаю партию. Рейтинг мой падает. Вырубаю экран.
— Царева? — уточняю я. — К нам в класс сегодня пришла. Соседи наши.
Есть в Швейцарии шикарная традиция — селить врагов на соседние кровати. Это учит «экстремальным коммуникациям, конфликтологии и быстро социализирует». Иногда мирит — как нас с Сэмом. А иногда доводит до драк и суда — как Макса со Стоцким. Всякое бывает в нашей чудной школе. Благо, в нашей комнате точек напряжения больше не осталось. Хотя и тесновато: я, Сэм Решетов, Макс Шагалов и Алекс Кислицын.
А у Царевой — да, сейчас будет праздник каждый день! Гала дама злопамятная и деятельная. Но это ничего, зубки у Аллигатора острые, да может, хоть немного отвлечется от моей персоны.
— Нормальная? — интересуется Макс. — Не хочу, чтобы Янка с неадекватными жила. Там Галы за глаза.
— Нормальная? Не, это вряд ли. Но не думаю, что с Янкой будут конфликтовать, она уже с Галой заискрила, а значит, автоматом ушла на сторону «света».
Одна из бородатых шуток школы. Каждый выбирает где он — на стороне света или на стороне тьмы. Я — до сих пор фигура пограничная. Как карта ляжет.
— Мажорка?
— Нет. Люмпен. Юное дарование. Гимнастка.
— Гала сожрет это «юное дарование».
— Обидеть Динку может каждый, не каждый может убежать! — изрекаю я, ухмыляясь. — Придури на ответки там с избытком.
Машинально прижимаю ладонь к лицу.
— Так эта, что ли, звезда тебе путь осветила? — угорает Сэм.
— Мда, — признаюсь я.
— Тогда точно девчонка на стороне «света», — ржут они. — А как?
— Все вам расскажи. Обойдетесь без скабрезных подробностей. Пока.
Выхожу в коридор. В нашем корпусе живет только четыре старших класса. Девочки на первом, парни на втором. Малышня живет во втором корпусе.
Спускаюсь вниз. Там холодильники с йогуртами и напитками. У одного из них Динка. Хмурясь читает этикетки.
Молча подхожу к соседнему холодильнику. Зависаю, разглядывая напитки. Взгляд теряет фокус. А потом, автономно от мозгов, фокусируется уже на ее голых длинных гибких… В моей голове крутится столько эпитетов, что я захлебываюсь от них. Короче — идеальных ногах.
Машинально поднимаю взгляд, пока не встречаюсь взглядом с ней. Молча смотрим друг другу в глаза. Слишком долго. Почти что неловкий момент.
Почти.
Неловкость — не моя стихия.
Я позволяю себе выражать эмоции открыто. А не смущаться их как подросток. И я быстро определяю причину этого момента, отыскиваю ее в себе. И… выражаю:
— В танцевальном классе было очень красиво.
Говорить заслуженные комплименты девушкам — это особый вид удовольствия. И очень редкий случай для меня, к сожалению. Пока что их получала только Агния.
Дина равнодушно отворачивается, снова разглядывая йогурты. Недоверчиво косится на меня.
— Конкретней говори — чего хотел?
— Это был комплемент, Царева! Искренний! — закатываю глаза. — Но… забудь.
— Уже забыла.
Дуреха!
Забирает парочку каких-то творожков.
Смотрю на ее удаляющуюся задницу, обтянутую черными жим-шортами. Ух! Чуть-чуть вес набрать и будет вообще бомба!
— Царе-е-ева! — догоняет ее Паша Воронин, одноклассник, который, вроде как теперь рулевой в Золотом чате. — Покажи шпагат у стеночки!
Динка поворачивается к нему.
— Минуту… — не поднимая глаз, что-то набирает в телефоне.
Он облизывается на нее, как кот на сметану. Охота началась?
— Вот, — сует ему телефон экраном в лицо.
— Фу, это же мужик.
— Это — шпагат!
Тихо смеюсь, откручивая крышку на бутылке.
— Ну дай что-нибудь вкусного голодным мальчикам, ты чего такая жадная, Царева? — разводит ее Воронин.
— Держи, — отдает ему один йогурт. — И слюни подотри тут, — показывает пальчиком на пол между ними, — поскользнется кто-нибудь.
— Ааа! — ржут в голос остальные парни, наблюдавшие подкат со стороны. — Облом, Воронин?
— С наскока было бы неинтересно! — играет он бровями.
Согласен… Но и длительная осада тебе не поможет. Не по зубам тебе Царева. А вот я бы смог. Но — не хочу.
Глава 10. Фантастические твариДина