Искупление грехов (СИ)

Мои попытки решить этот вопрос у себя в голове столкнулись с отказом этой самой головы запоминать всех бойцов. Поэтому следующим шагом стал поиск писчих принадлежностей и рисование схемы на дощечке. За этим занятием меня как-то и застал Хохо. Я пристроился у окошка в трюме и старательно выводил имена бойцов на тонкой леревяшке кусочком угля.
— Мемуары писать не рано начал? — хохотнул десятник, глядя, как я вывожу схему, высунув кончик языка.
— Готовлю почву для того, чтобы их когда-нибудь написать, — признался я, кивнув на записи и откладывая работу в сторону с облегчённым вздохом.
Хохо внимательно посмотрел на мои записи, а потом пришёл на помощь:
— Ты зачем в мой десяток бойцов пристроить пытаешься?
— А кто у тебя в десятке будет сражаться? — удивился я.
— Зенку давай. Я её бойцом поставлю, — предложил Хохо. — А лучше Ленту! Она лучше всех выполняет приказ на отступление.
— Фука быстрее от нежити бегает, — не согласился я.
— Ну вот и давай мне тогда Фуку! — благосклонно кивнул Хохо.
— Ты это к чему язвишь-то? — решил я уточнить на всякий случай.
— Да это я к тому, что ты сейчас пытаешься из нашей толпы сделать десять никому не нужных десятков, — пояснил Хохо. — Ты здесь у себя пометил десяток Ножа и пытаешься туда пристроить безымянных. Вот смысл?
— Ну и что? А ты куда их предлагаешь?
— Безымянные же с копьём только умеют биться? Вот и сформируй из них десятки с копьями, — ответил Хохо. — А к Ножу запихни всех, кто хорошо обращается с мечом. А ко мне и Ша-арми отправь лучников и девушек. И к Пятнашке — девочек.
— Не тяжело будет девочкам с луками? — уточнил я. — Всё-таки луки хочется потуже… А как они их натягивать станут?
— А зачем тебе луки потуже, если мы из наших, нынешних, толком стрелять не умеем? — поинтересовался Хохо. — Что изменённые, что нежить — вообще луков и стрел не очень-то и боятся. Разве что серые или кочевники, но им и слабеньких хватит. Слушай… Шрам, я не самый лучший боец, но вот тебе задачка. Есть у меня десять мешков крупы. Девять нормальные — а один подмок и испортился. Что надо делать? Перемешать заново крупу в десяти мешках? Или один, подпортившийся, перебрать и использовать?
— Если всё смешаешь, то испортишь все десять мешков, — кивнул я. — А так есть шанс, что можно часть десятого мешка спасти…
— Так вот и ты ерундой не занимайся… Не перемешивай состав. Конечно, одного-двух новичков в каждом опытном десятке можно оставить — чтобы быстрее учились, — кивнул Хохо. — Решать тебе, конечно, но на твоём месте я бы выделил четыре десятка «бесполезных» бойцов. Зато шесть оставшихся будут нормальными. Как-то так…
— Тогда всё переделывать надо, — расстроенно пробормотал я. Приходилось признать, что идея у Хохо не самая плохая. — Ладно, спасибо. Попробую.
Попробовал. И уже к вечеру смог представить новую схему своим десятникам. Схема им, само собой, не понравилась, и вечернее обсуждение внесло в неё изменения, которые всех устроили. А потом, после разговоров десятников с бойцами, пришлось заново вносить правки. Но к Форту Ааори через четыре дня мы приплыли уже с готовым новым составом. Хмур и Нож стали тренировать свои десятки с упором на ближний бой мечом. Новый десятник — Пузо — набрал к себе тех, кто научился работать топором. Лысый, Эр-нори и повышенный в звании Одноглазый стали тренировать копейщиков. К Пятнашке ушли все девушки-лекари. К Хохо отобрали тех, кто и так больше занимался хозяйственной частью, а к Ша-арми перебросили всех лучников.
Больше всего вопросов было с последним десятком. Но и там как-то всё сложилось само собой. Десятником я сделал, как и обещал, Кри-ану. Во-первых, она взялась учить бойцов мудрости, а во-вторых, она уже и так была вэри. К себе она взяла Молчка, который уже видел мудрость, и Ри-эну, которая успела немного поучиться. Самым неожиданным стало приглашение Зенки. Та сначала упиралась, но Кри-ана нашла доводы: когда она впервые очнулась у нас — тяжелее всего ей было справиться именно с Зенкой. Девушка неосознанно формировала слабенькую защиту вокруг себя, Ладны и Пятнашки.
— Ты можешь не любить меня… Но за что ты не любишь себя и свои таланты? — вопрошала Кри-ана. — Ты умеешь делать щиты, не владея мудростью! Значит, и мудрость скоро увидишь. Это надо развивать!
Заместителем Кри-аны стал Кирри. Под его начало пошли все те, кого он брал с собой на разведку: Ин-ано, Нытик, Га-мари, Летун и Шустрый. В результате десятый десяток стал смесью разведчиков и мудрецов. Кирри руководил своими, Кри-ана — своими. Поэтому в порту Форта на берег сходил не разношёрстный сброд, а уже более или менее организованная толпа.
В следующие несколько дней мы закопались в бытовых делах. Нанятый архитектор представил свои проекты по обустройству казармы. Само собой, всё пришлось менять и заново доплачивать архитектору, но уже через пять дней были приглашены рабочие, закуплены строительные материалы — и на заднем дворе таверны закипела работа.
Навестил я в очередной раз замок и вывезенных из Линга детей. Спасёнышей уже не было — остался только сундук с деньгами. Как оказалось, всех разобрали, пока мы были в Пуще. Деньги пришлись очень кстати, потому что строительство ударило нам по кошельку, а услуги архитектора — тем более. Пока мы ждали бойцов, которые доставят тяжёлый сундук в казарму, меня нашёл вездесущий Энари — и порекомендовал «честного» менялу. Выходило, что он готов доплатить за феры, если обнаружатся монеты в хорошем состоянии, а остальные обменять по нормальному курсу. Феров в хорошем состоянии было всего около пары сотен. Заодно с ферами мы сбыли другие ценности из Пущи — тарелки, кубки, вилки, ножи и украшения.
И всем этим приходилось заниматься — точно зная, что вечером мне и Пятнашке ещё надо навестить Амо-Они. Но и это была только часть проблемы. Эр и эра не собирались пускать на самотёк развитие нашего отряда. За нашими мелкими успехами и неудачами внимательно следили, давая советы, раздавая щелчки по самолюбию и щедро сдабривая всё это новыми задачами. Надо признать, многие советы эров оказались полезными, а некоторые — очень ценными. На третье посещение эр Скаэн отвёл меня к себе в кабинет и выложил на стол стопку кожаных листов:
— На, полюбуйся! — предложил он.
Я поднял первый лист и прочитал написанное. Это было донесение одной из групп разведчиков, которых Форт Ааори постоянно рассылал во все стороны — на юг, на восток, на север. Из первого донесения следовало, что в степях замечена повышенная активность кочевников. Во втором донесении говорилось о перемещениях изменённых за стеной — и тоже указывалось на изменение миграции.
— Что-то меняется, да? — спросил я, дочитав пятый или шестой документ.
— Нет, Шрам. Всё, как обычно… Примерно то же самое творилось в прошлом году, — усмехнулся Скаэн.
— Будет ещё одно нашествие, эр? — удивился я. — Вроде бы они случаются не каждый год…
— Будет, — кивнул эр. — И хорошо, если с юга придут. Прошлогоднее нашествие, видимо, не сняло напряжение… Мы это называем «напряжением». Там, в Диких Землях, есть своё равновесие. Одни животные жрут других, изменённые враждуют, но их становится больше, мудрости — тоже. И всё это создает напряжение, которое и сбрасывается нашествиями. Как если котёл с водой поставить над костром и крышкой прикрыть. Вода закипает — и крышка начинает дрожать.
— Но почему так быстро?
— Серые пришли только с кочевниками и нежитью, — пояснил эр Скаэн. — Не было особо изменённых тварей, не было мудрых созданий — одни шаманы. Да и пришли они из далёких земель по непривычному направлению. Вот и не снялось напряжение.
— Чем нам это грозит, эр? — уточнил я.
— Пока ничем, — Скаэн пожал плечами. — Но рано или поздно вы начнёте ходить в Дикие Земли, так вот… будьте всегда начеку. Любое странное поведение вокруг — это признак опасности. Если бы ты знал это раньше, был бы осторожнее в Пуще, не увидев там нежить. Попасть под нашествие в Диких Землях — это смерть. С гарантией. Но если ты видишь странное поведение, то это повод быстро бежать и обо всём сообщить. Между прочим, за это тоже деньги платят.