Наполеон III. Триумф и трагедия

Война больше не была уделом небольших армий на относительно ограниченных территориях. Теперь войны становились делом всего государства и его народа, с мобилизацией всех ресурсов и возможностей. Чем быстрее проводятся мобилизационные мероприятия, тем больше шансов упредить противника и прочно взять в свои руки стратегическую инициативу.
Франция начала мобилизацию 14 июля 1870 года, Пруссия и государства Северогерманского союза — 15 июля, Бавария и Баден — 16 июля и Вюртемберг — 17 июля [2195]. По довоенным мобилизационным планам Франция (население — около 36–37 миллионов человек) должна была располагать к 1875 году армией в количестве 1 миллион 200 тысяч (800 тысяч — регулярная армия и 400 тысяч — резервисты), но в 1870 году регулярная армия насчитывала около 377 тысяч солдат и около 173 тысяч резервистов [2196].
Северогерманский союз (население — около 29–30 миллионов) — 930 тысяч (730 тысяч — регулярная армия и 200 тысяч — резервисты) и южногерманские государства (Бавария, Баден и Вюртемберг, население — около 8 миллионов) — 100 тысяч (80 тысяч — регулярная армия и 20 тысяч — резервисты) [2197].
Важной особенностью военного положения противоборствовавших сторон была степень завершенности осуществления военных реформ. В Пруссии реформы начались в конце 1850-х годов и, с учетом опыта войн с Данией и Австрией, к 1870-му были практически завершены. Во Франции реформы начались только в 1867 году под влиянием войны между Пруссией и Австрией в 1866-м.
Отличительной особенностью Пруссии было наличие великолепного Генерального штаба, во главе которого находился один из талантливейших новаторов военного дела Хельмут Мольтке. Благодаря его усилиям в предыдущее десятилетие была проведена коренная реформа прусской военной системы и создан Генеральный штаб со множеством функций, ставший впоследствии классическим прообразом штабной работы для всех остальных армий мира.
Мобилизация в прусской военной машине была одним из ключевых звеньев во всей системе подготовки к войне. К ней готовились самым тщательным образом много лет, поскольку считалось, что четкая и быстрая реализация мобилизационных мероприятий гарантирует успешное начало боевых действий и последующий разгром противника.
Многократно возросло значение железных дорог, которые с этого времени приобрели статус стратегического ресурса. Несмотря на железнодорожный бум во Франции во времена Второй империи, Пруссия превосходила противника по количеству и качеству железных дорог. Франция не имела в достатке стратегических железных дорог. Особенно это проявлялось в нехватке двухколейных дорог. Пруссия же располагала шестью линиями таких магистралей: три из Берлина, охватывавшие бóльшую часть севера и центра страны, а также три других линии — из Гамбурга, Дрездена и Мюнхена. У Франции было только четыре линии: Париж — Седан — Тионвиль, Париж — Мец — Форбах, Париж — Нанси — Хагенау и Бельфор — Страсбург. Еще одна важнейшая линия — Верден — Мец — находилась в стадии строительства, и если бы она была завершена к началу войны, то двухколейной магистралью были бы связаны все названные линии с городами Тионвиль, Форбах, Страсбург и Хагенау [2198].
Нерешенность вопросов с железными дорогами предопределила последующие проблемы Франции в период мобилизации и проведения других необходимых мероприятий. По мнению американского военного историка Джеффри Вавро, слабостью французской системы была «ее чрезмерная ориентация на одноколейные пути, по которым можно было организовать движение только в одном направлении. А германская железнодорожная сеть была двухколейной, что позволяло немцам в 1870 году перемещать к французской границе в среднем до 50 составов в день. Французы же перегоняли только 12. Поэтому французский состав мог перевезти лишь один пехотный батальон, эскадрон конницы, артиллерийскую батарею и соответствующие грузы. Чтобы собрать армейский корпус, французам требовалось три недели. Лучше организованные пруссаки выполняли эти задачи за три — семь дней» [2199].
Полностью солидарен со своим соотечественником и Стейнберг, который говорит, что «сроки мобилизационного развертывания прусской армии значительно сократились. К январю 1870 года на мобилизацию при помощи железнодорожного сообщения уже требовалось двадцать суток — на 260 процентов меньше, чем в 1867 году. При этом следует отметить, что по сравнению с 1866-м численность вооруженных сил увеличилась почти втрое, а мобилизационное пространство — в семь раз. Германские войска перебрасывались к французской границе как по заводскому конвейеру… На десятый день мобилизационного развертывания у французской границы выгрузились первые части, на тринадцатый день прибыли войска Второй армии, на восемнадцатый день численность войск уже составляла 300 тысяч человек» [2200]. За первые восемнадцать дней войны в Германии было мобилизовано 1 миллион 183 тысячи человек [2201].
Точные цифры и темпы перемещения войск к границе с Францией до сих пор являются предметом дискуссии между историками. Но большинство склоняется к тому, что к 5–6 августа 1870 года у границы с Францией были сконцентрированы следующие немецкие силы: Северогерманский союз — 382 тысячи пехоты и 48 тысяч кавалерии; южногерманские государства — 80 тысяч пехоты и 8 тысяч кавалерии. Общее количество германских войск — 462 тысячи пехоты, 56 тысяч кавалерии, 80 тысяч лошадей и 1584 единицы артиллерии [2202].