Человеческая память - странная вещь (СИ)

У драконов считалось особым шиком в поединке развалить своего противника на части одним ударом в самом начале поединка, и мой оппонент не был исключением. Видно было, что в свой рывок этот монстр вложил всю силу и ярость природного хищника разозленного позорным проигрышем в космическом сражении заведомо более слабому, но более хитрому противнику.
Я не успел еще подумать, а тело начало само действовать согласно тщательно просчитанной искусственным интеллектом линкора тактике. Имитация ухода вправо, рывок, и тут же поворот и кувырок влево с уходом с линии удара. Дракон был еще в воздухе и, поведясь на ложный финт, чуть развернулся в воздухе, чтоб в случае промаха долбануть меня своим хвостом, которым хвостатики очень любили и главное умели использовать в поединках.
Не успев встать на ноги, услышал за спиной глухой стук, приземлившегося дракона и хруст входящего в покрытие стадиона тяжелого топора. Противник зарычал от разочарования и стал рывками выдергивать свое оружия. Единственное что я успел сделать, разворачиваясь вокруг оси, нанести рубящий удар на уровни своей груди и тут же получил тупой удар хвостом в бедро, отлетел в сторону, чуть не выронив меч. Забитые рефлексы позволили хоть как-то сгруппироваться и покатиться по земле без особых повреждений, но множественные гематомы были точно обеспечены.
Рев дракона, в котором присутствовали визгливые нотки раненного чудовища, чуть ослабил боль и позволил снова подняться на ноги и приготовиться к новому столкновению.
Дракон уже выдернул свое оружие из земли и развернулся ко мне. Но крутить топор он уже не стал, правая лапка, которой он держал топор, явно повреждена. Поэтому перехватив рукоять двумя лапами, он опять взревел и снова напал, но уже без умопомрачительных прыжков и эффектных маханий. Теперь пошли четко отточенные удары с короткими шагами, как на тренировке, причем скорость была очень высокой. Я с трудом уклонялся и как мог, пытался отвести мелькающий топор клинком меча, стараясь вообще не отбивать — слишком была большая разница а весе.
Но защита не лучшая тактика для поединка и это была аксиома любого сражения. Рано или поздно, но зубастый урод пробьет мою защиту — достаточно один раз пропустить удар и все, у меня не будет шансов. Несколько раз пытался атаковать, но не рубящими, а колющими ударами, насколько хватало длины рук и длины клинка.
Из-за особенностей физиологии, толстой кожи, мощного костяка, драконы изначально предпочитали только рубящие топоры, и колющие удары как таковые вообще не были распространены из-за низкой эффективности. Поэтому мои выпады, плюс легкость и подвижность, позволили несколько раз ощутимо задеть противника, который уже реально был разъярен — в его понимании я ему не соперник и давно уже должен был превратиться в изрубленный освежеванный кусок мяса. А тут правая верхняя лапа подрезана и весьма основательно, несколько проколов в левой нижней и верхней лапе, которые не были фатальными, но сильно кровоточили и в некоторой степени уменьшили подвижность.
Яростный рев раненного дракона резко сошел на нет, и осталось тихое сосредоточенное порыкивание, которое сопровождалось резким изменением тактики. Военный вождь народа Лавэ понял, что противник ему попался действительно непростой, раз столько времени умудряется остаться в живых и теперь все недавние поражения рассматривались в другом свете. Теперь появилась еще одна причина, чтоб убить этого мерзкого белого, гладкого червяка.
Теперь ход поединка резко изменился. Дракон атаковал очень осторожно и осмотрительно. Шаг, удар, отскок, удар, четко, как привык работать на учебной площадке с лучшими спаринг-партнерами, да опасный хвост снова пошел в работу и несколько раз чуть не сшиб с ног.
Пока мы прыгали друг вокруг друга, я чувствовал как боль в бедре и в явно треснувшем ребре постепенно затухает — работают нанороботы в моем организме, которые в некоторой степени были моим тайным оружием. Это хоть как-то нивелировано преимущество в массе и силе моего противника. На крайний случай, конечно, была заготовка, которой я воспользовался несколько месяцев назад, когда нашу колонну расхерячили уринские диверсанты и пришлось срочно включать сверхскорость, чтоб уничтожить нападавших и спасти жизнь девушки, за жизнь которой тогда я в некоторой степени нес ответственность. Но сейчас не тот случай. Уверен, что за нашим поединком наблюдают не только с эскадры людей. Согласно кодексу поединка Боро, старейшины клана тоже наблюдают за соблюдением всех условий, и если я включу сверхскорость как электровеник, они посчитают это нарушением и все мои дерганья пойдут прахом.
Мысли неслись потоком, при этом тело работало само, уворачиваясь от ударов. Такое чувство, что дракон начал выматываться и уставать, но что-то мне говорило, что это хитрость, на которой он меня хочет подловить. И я был очень осторожен и собран, ожидая подлянку, но все равно пропустил, когда он пошел в последнюю атаку, взвинтив скорость.
Фух-х-х. Лезвие топора мелькнуло перед самым лицом — я не успел среагировать на резкий рывок вперед и пропустил сокращение дистанции. Резко отшатнулся и тут же получил жесткий удар хвостом в грудь. Небо, земля, стоящие вдалеке космические челноки, все закрутилось и меня отбросило метров на пять.
Боль, жуткая боль, такая, что я не мог вздохнуть. В ушах стоял звон, в глазах потемнело, и я мог только медленно моргать и хрипеть. Явно в груди что-то сломалось. Несколько мгновений и хрипы стали сменяться бульканьем — сломанное ребро пробило легкое и оно начало заполняться кровью.
В голове было пусто. Я смотрел, как дракон чуть танцующей походкой приближается ко мне, поигрывая топором. Его морда и лапы были в крови — ясно видны следы моих уколов.
Он подошел ко мне, чуть навис, смотря мне в глаза. В его взгляде чувствовалось призрение и торжество, ну насколько это может быть выражено у дракона. Он оскалил зубы и утробно зарычал, модулируя свой голос. Явно говорил что-то обидное, но я его не понимал: все электронные устройства давно вышли из строя из-за специальных подавителей, которые должны были обеспечить чистоту поединка без всяких высокотехнологических помощников. Поэтому мой универсальный коммутатор, в котором была и функция онлайн переводчика, не смог мне помочь.
Я попытался его послать по-русски, но вместо этого на губах запузырилась кровь. Дракон рыкнул, наверно захотел меня услышать и поглумиться, поэтому, стал чуть сбоку и наклонил голову ко мне, так что между нашими глазами осталось расстояние не больше полуметра.
Я чувствовал его характерный мускусный запах, от которого в другой ситуации меня бы вырвало, но сейчас уже сил ни на что не было.
Мой противник опять зарычал, чуть покачиваясь, но видимо ему надоело со мной играть в гляделки, и он отклонился назад, опираясь на хвост, заревел как носорог, поднял над головой двумя лапами топор для последнего, завершающего удара.
Это все, конец.
На фоне нестерпимой боли в груди почувствовал жжение в правой ладони, но жжение было странное, не боль, а тепло, резкое, колкое тепло. Я пошевелил пальцами и почувствовал в руке рукоять меча, от которой по руке расходилось тепло.
Странно, но мне мгновенно стало легче и все в моем восприятии чуть замедлилось. Топор дракон медленно-медленно стал опускаться, а я чувствовал, как тело наполняется жаром, который забивает боль, усталость и превращается в ярость, которая захлестывает и отключает мозг.
Лезвие топора опускалось, целя мне точно в голову. По тому, как скалился дракон, разбрызгивая вокруг себя кровавые слюни, он сам был не в лучшем состоянии и для него этот последний удар был спасительным окончанием эпохального поединка. Ведь слабый человек сумел столько продержаться против него и нанести несколько глубоких и опасных ран.
Когда топору оставалось до моего лица сантиметров пятьдесят, не смотря на боль, рывком повернулся на левый бок. Рядом с затылком раздался хруст входящего в покрытие стадиона лезвия топора. Больше по наитию я, чуть приподнявшись, в ответ махнул правой рукой сжимающей меч, на мгновение почувствовав небольшое сопротивление, как будто перерезал что-то легкое и невесомое.