Человеческая память - странная вещь (СИ)

Десантники, которые меня сопровождали все это время, так и остались рядом со мной и после короткого разговора с их коллегами с линкора, так же сопровождали меня по многочисленным коридорам, лифтам.
И вот я снова в святая святых — в центре управления кораблем и всей эскадрой. Десятки офицеров-операторов за терминалами, тихая, рабочая обстановка, множество тактических голографических экранов, показывающих и тактическую и стратегическую обстановку, состояние кораблей, прогнозы на возможные действия противника, рекомендации, вероятности попадания в противников, боевые потенциалы крепостей противника, сектора обстрела, зоны радиолокационного обнаружения.
На основании всего этого два мощных искусственных интеллекта вырабатывали уже готовые рекомендации командованию эскадры, и тут уже включался пресловутый человеческий фактор и главное — принятие решения.
Меня завели все в тот же большой кабинет, отделенный от общего зала звуконепроницаемой прозрачной стеной. Тут то меня и ждал генерал тори Ансельмо и еще один уже фактически друг-соратник генерал имперского десанта Родион Невзоров, он же Род Невзор.
Так я был младше по званию, приветствовал первым:
— Лэры генералы, — и отдал честь.
Но, не смотря на все, и тори Ансельмо и Родион показали, что они истинные боляре и чуть наклонили головы:
— Князь.
На этом официальная часть была закончена и мы просто пожали руки, и расселись по креслам. Тори Ансельмо, будучи намного старше меня и по званию и по возрасту и конечно по жизненному опыту, смотрел с каким-то странным выражением глаз. Тут было и одобрение, и здоровый интерес и может быть, даже некоторая толика восхищения. Ну, Родион тот проще и легче читается — он был доволен. Задача, которая изначально считалась очень трудной и если и выполнимой, то ценой большой крови, была решена изящно и без лишних потерь. В его взгляде я читал одобрение и гордость, типа «знай наших».
И мы трое, кто собрался в этом кабинете, прекрасно понимали, во что это все может вылиться. Победа победой, но вот врагов мы нажили множество, причем не только в республике, но что особенно прискорбно — в Империи и на самом высоком уровне. Ведь Император сделал ставку на боляр, дал нам волю воевать по своему усмотрению и не прогадал, результат оказался очень эффектен. Естественно это не могло понравиться множеству всякого рода сановников, на глазах которых Император снова почувствовал прочную опору своей власти.
Я, как мог, доложился о проведенной работе, о результатах, о множестве вещей, которые не попали в рапорта и отчеты, о кораблях Ушедших, про которые Повелители драконов знают уж как-то слишком больше, чем нужно.
Тори Ансельмо, слушая меня, изредка задавал уточняющие вопросы, и когда повествование закончилось, ну уж очень осторожно спросил:
— Максим, как я понял, считалось, что конфедераты продвинулись намного дальше всех остальных в вопросе Наследия Ушедших. А тут получилось, что кто-то знает несколько больше и из-за этого вся эта чехарда с нашествиями.
— Ну, это как один из вариантов. Думаю тут все намешано.
— Так получилось, что в этом вопросе ты оказался более информированным и, скажем так, более приближенным к этой теме. Что нам делать в данной ситуации? Защищать артефакты, громить противника, отбивать системы. Нужна ясность, причем так, чтоб нам потом не аукнулось это знание.
Такая вот демонстративная осторожность в вопросе Наследия Ушедших показывала, как все это видится с точки зрения имперских властей. Вот значит как. Видимо многие пострадали и были наказаны за ненужный интерес в этом вопросе.
— Думаю, не стоит в это вообще лезть. Мы воины. Имперцы знают об артефакте, конфедераты там сидят и все видят и контролируют. По их словам, драконам не удалось там чем-то поживиться, система защиты артефакта сработала очень жестко. Поэтому просто доложимся по своим каналам и будем продолжать работать в рамках плана по разгрому драконовской группировки. Кому надо, сами полезут в облако изучать. Тут именно тот случай, когда верна поговорка: «инициатива имеет инициатора».
Родион оскалился и внимательно посмотрел на меня и чуть скривился, выпадая из образа простого, как гладильная доска, вояки:
— Я тоже так думаю. Включаем режим тупого солдафона, и уходим на мороз вообще от этой темы. Уверен, что драться с драконами, в такой ситуации, будет более безопасно, нежели лезть к артефактам и искать какие-то выгоды.
Тори Ансельмо, поджал губы и коротко констатировал:
— Согласен. Тогда ты Максим, по своим каналам, докладываешь обстановку в облаке, с упором на то, что к артефактам вообще никто не совался, кроме конфедератов, даешь оперативную обстановку по облаку и все. Будут дополнительные распоряжения с конкретикой, будем выполнять, а так вообще забываем и продолжаем ломать крепостную группировку драконов.
Мы, Родионом закивали в знак согласия. А тори Ансельмо чуть прищурился и спросил:
— Максим, может по системе есть какие-либо идеи и нестандартные шаги? Время играет против нас, если будем ломить стандартными путями. Да и потерь будет много.
Я отрицательно покачал головой. Реально пока ничего в голову не приходило.
— Пока нет. Надо хотя бы изучить обстановку.
Тори Ансельно, согласно кивнул.
— Хорошо, Максим. Ты и так сделал очень много. Давай так. Отдыхаешь, спишь, потом, как будешь готов, получишь терминал в общем зале. Дадим тебе полный доступ ко всей информации по этой системе. Твои запросы будут обрабатываться в первую очередь. Согласен?
— А есть варианты?
— Есть, но не для тебя, не тот у тебя характер. В общем, как что придумаешь или что-то понадобится, я всегда на связи.
Я согласно кивнул головой.
На этом мы и разошлись. Как я понял, моих имперских соратников волновал именно вопрос артефактов и как не вляпаться по самые уши в связи с этим.
В сопровождении дежурного офицера и охраны, меня проводили в комнату спецсвязи, откуда я, пользуясь Офицерской Ратой как ключом шифрования, отправил доклад полковнику Моргу, дождался подтверждения о приеме и с чистой совестью отправился спать.
Не смотря на усталость и психическое истощение, спал не долго, всего пару часов, все-таки шло сражение, и меня все не отпускал мандраж, который чувствуют охотники, догоняющие жертву. Так и у меня, слишком много долгов по отношению к драконам накопилось. Да и понимание одной простой истины, что сражение не закончено, и мы уперлись в новую непробиваемую задачу, не располагало к спокойному сну. Даже в состоянии полудремы, мозг активно работал в поисках нестандартного решения.
Поэтому наскоро приведя себя в порядок, после контрастного душа и кружки крепкого санта, аналога нашего кофе, я, в сопровождении охраны прибыл в центр управления линкором, где дежурный офицер, показательно уважительно указал мне терминал, за которым мне придется провести все ближайшее время, в поисках нестандартного решения.
Видимо про меня тут многие знали и я не раз ловил на себе заинтересованные взгляды, но, что удивительно, интерес был явно положительный. Никакого негатива, обращенного в мою сторону, не почувствовал. Ух, как их тут тори Ансельмо выдрессировал, хотя может быть устроили контролируемую утечку информации, что я болярин… Во всяком случае, атмосфера в центре управления была вполне деловая, без нервозности и через некоторое время, настроив под себя интерфейс терминала, я приступил к работе, окунувшись в большие объемы информации. Так увлекся, и уже через минут двадцать странным образом на пару мгновений ощутил, что вроде как нахожусь снова на борту «Миркома» в окружении друзей и соратников.
Когда часа через два я, отвлекся от экрана, с хрустом потянулся и начал озираться по сторонам, где бы разжиться чашкой свежезаваренного санта, тут же нарисовалась девушка-лейтенант, с дымящейся чашкой, которую она осторожно водрузила рядом с моей рукой на специальную пластиковую подставочку с эмблемой имперского флота. Я еле успел благодарно кивнуть, а от девушки уже след остыл. Но не суть важно. Прихлебывая уж очень качественный сант, явно из генеральских запасов, опять погрузился в изучение материалов по системе.