Кукловод Тысячи и одного заговора (СИ)
— Что ж, — произнес я, закончив собеседование, о сути которого, вот беда, совершенно забыл сообщить кандидату на должность, — теперь я должен сказать, что у тебя есть небольшой выбор…
— Выбор? — удивилась Агнешка.
— Да, — кивнул я. — Небольшой, но есть.
— Какой же? — формально был выражен интерес, но реально — простая вежливость, не более.
— Ты можешь остаться здесь на правах вынужденной, но почетной гостьи, — начал я. — Прокормить одну девушку я как-нибудь смогу.
— Или? — столь же формально поинтересовалась Агнешка. — Присяга, не так ли?
— Разумеется, — подтвердил я догадку колдуньи.
— Извращенец, — припечатала Агнешка. — Но я согласна.
— Почему это — "извращенец"? — заинтересовался я.
— Ну, если тебе нужна такая, как я… — вздохнула пленница. Правда, в этом вздохе слышна была некоторая надежда.
— Ты ошибаешься во всем высказанном, — усмехнулся я.
— …? — взгляд колдуньи был наполнен изумлением и непониманием.
— Во-первых, вот… — я взмахнул рукой, и на новую соратницу легло заклинание "Красота от природы". К счастью, изуродовавший ее ожог был совершенно не магическим, и не затронул ничего жизненно важного. Так что заклятье второго круга с ним вполне справилось. Девушка оказалась вполне приятного облика… так что не думаю, что для нее станет проблемой найти себе парня. — А во-вторых, у меня уже есть и любовница и возлюбленная. И ты нужна мне в качестве колдуньи, а не постельной игрушки.
Ошеломленная демонолог рухнула на колени, и быстро, как будто опасаясь, что я могу передумать, и вернуть ее в прежнее состояние, произнесла слова присяги.
Агнешка
Класс: Культист (4 ранг).
Уровень 11
Сила 10
Ловкость 10
Выносливость 10
Сила магии 28
Устойчивость к откату 28
Ментальная выносливость 27
Интеллект 18
Навыки: Магия Тьмы 3, Демонология 3, Магия Разума 1, Мастер ритуалов Тьмы 1, Магия Хаоса 1.
Заклинания:
Магия Тьмы: Стрела Тьмы (1), Тьма (2).
Демонология: Призыв импов (1), Призыв гвардейца Инферно (2), Призыв цербера (3).
Магия разума: Стрела разума (1), Чувство лжи (1).
Магия Хаоса: Стрела Хаоса (1), Оружие Хаоса (1), Голос Древнего врага (1), Малое проявление Всетворящего (1).
Также в числе достижений девушки значилось "Отступник веры 1", который "Понижает репутацию при общении с представителями культов Бездны", и неплохо так понижает. У некоторых фанатиков может даже вызвать реакцию вида "сам сдохну, но отступник жить не будет". Хотя, надо сказать, что от более адекватных представителей инфернальных культов — может и отболтаться.
В целом же параметры Агнешки меня не удивили. Магия Хаоса у нее явно появилась при принятии присяги, вместе с клеймом вероотступничества. Характеристики — вполне себе адекватные классу, рангу и уровню. Набор заклинаний… Откуда культу откровенно криминального характера, не имеющему доступа к Месту Силы и заклинательному покою располагать обширными запасами заклинаний? То, что нашли где-то "Призыв Цербера" для своей, видимо, сильнейшей, колдуньи — уже немалое достижение.
— Агнешка, — позвал я девушку, уже призвавшую себе из Хаоса зеркальце и старательно любующуюся на свое обновленное лицо.
— Да, Господин? — повернутое ко мне лицо оставалось почти неподвижным, а голос — спокойным, но сейчас малый дух разума подсказывал мне, что "покой — ложь, есть только страсть".
— Если тебя еще не покормили — отправляйся наверх и обратись в Палаты Вечности, там покормят, а заодно — объяснят, как вписать на ее стены заклятья Призыва гвардейца Инферно и Призыва Цербера. Это тебя займет надолго… а когда закончишь — присоединишься к культу Изменяющего пути в его повседневной деятельности.
— То есть — войне? — ровным голосом спросила Агнешка.
— Не обязательно. Можешь заняться проповедями. Сейчас пока у меня нет никого, кто мог бы научить тебя алхимии и сотворению артефактов, на как появятся — сможешь научиться и этому, и заниматься ремеслом…
— Я буду сражаться, — произнесла Агнешка таким тоном, что перед моим воображением она предстала облаченной в белые сапожки, короткое сине-белое платье… и с клинком, спрятанном в широком и длинном рукаве. А поседевшие от непростой жизни волосы у нее и так есть.
— Хорошо — я потрепал колдунью по голове. Хотя возрастом она и была старше героини "Сердец Пандоры", но не так уж намного. — Кстати, — вспомнил я важный момент, — а почему, когда мы впервые встретились, призывала церберов не заклинанием, а ритуалом?
— Я… — демонолог вздрогнула. — Я… я просто боюсь их.
Агнешка повесила голову, а я просто замер в шоке.
— Кого "их"? — на всякий случай уточнил я.
— Демонов, — еще раз вздрогнув, ответила Агнешка. — Только Арр и Гирр, только их я могу терпеть… И… и я не хочу вспоминать, как Марроган, мой наставник в культе этого добился. Он ломал меня… и, боюсь, сломал. Я никогда не смогу выступить против него… и я не уверена, что смогу не исполнить его приказ…
Я молча кивнул. В принципе, в ходе моей работы в той, прошлой части моего существования, мне приходилось иметь дело с информацией о деятельности тех, кого называли "тоталитарными сектами", а сейчас я даже возглавляю одну такую, так что о методах вербовки и обеспечения лояльности я имею некоторые представления. И, в частности, сейчас собираюсь воспользоваться некоторыми из них.
Постепенно мне удалось выяснить, какими методами Агнешку приучили не бояться церберов, призываемых ритуалом. И способы эти показались мне отвратительными. Шантаж жизнями, наказание болью, голодом, тьмой, угрозы изуродовать еще сильнее, чем было… весь арсенал маньяка-садиста. Даже немного удивительно, что девушка сохранила в себе хоть что-то доброе. В последнем я уверен — стат "Репутация" не врет. Или, по крайней мере, информация о таких выходках системы не стала общеизвестной. Но даже такими изуверскими методами от начинающего демонолога удалось добиться только того, что она с грехом пополам могла не знакомить окружающих с недавно съеденным. И это только потому, что ей с трудом, но удалось наладить общение с двумя конкретными церберами, которых она и призывала в случае крайней необходимости. А вот на тварей, что приходили на заклинания — реакция оставалась та же, что и раньше.
— А ты пробовала вплести в заклинание их имена? — заинтересовался я.
— Нет, — покачала она головой. — А разве так можно?
— Давай попробуем, — улыбнулся я. — Только выйдем туда, где места побольше.
Моя теория о взаимосвязи призыва и внешнего имени — опровергнута не была. На заклинание, в которое Агнешка включила имя Арра — пришел именно тот цербер, которого Агнешка если не "хотела", то не слишком боялась увидеть.
Посмотрев на меня круглыми глазами, Агнешка по моему приказу отозвала цербера, и двинулась в Палаты вихрей, общаться с остальными культистами. Ну а то, что за ней двинулся заранее призванный смотрящий — это уже технические детали.
Я же спустился обратно в подземелья донжона, а именно — в камеру, где хранился конфискат. Признаться, большая часть конфискованного представляла собой просто хлам, из которого с некоторым трудом удалось набрать 1000 золотых монет (на всех арестованных) и 2 меры самоцветов (пришлось выдергивать камни из отвратительного вида "украшений", которые в Торговой гильдии оценили даже дешевле указанной суммы, и получившийся золотой лом швырять в сокровищницу вместе с поступившим в прииска золотым песком, который механика игры сразу превращала в звонкую монету). Артефактов, даже самых дешевых — не нашлось совсем.
Зато меня сильно заинтересовала серия миниатюр, конфискованных у одного из перекупщиков, что, впрямую не состоя в Гильдии торговцев, скупали для нее плоды крестьянских трудов. Самого перекупщика загребли "за компанию" с одним из его знакомых, который попался на пропаганде человеческих жертвоприношений, и высказываниях вида "Вот нас, тупых, завоюют умные и развитые демоны — и всем будет хорошо. Сильмэран [63] будем пить". В отличие от толерантной Земли, с ее "свободой совести и слова", в моих владениях подобные высказывания вполне себе являются составом преступления. Как и в случае с рабовладением, я установил жесткую государственную монополию на жертвоприношения. А уж пораженческие настроения и призывы к смене существующего строя — и вовсе повод для применения Высшей меры социальной защиты, то есть — смертной казни… через мумбо-юмбо. То есть — отдание на поругание сфено.