Огонь сильнее мрака (СИ)

Питтен задыхался. Лицо его было красное и мокрое, как давленный томат.
– Если надо... денег… – пропыхтел он, – то дам… сколько… 
Джон пожал плечами:
– Пока дополнительных расходов не предвидится. Что мне нужно – так это сведения о башнях. Он ищет что-то особое. Хитчмен сказал, пригодных для зарядки башен мало, поэтому Найвел, скорей всего, управится очень скоро.
– Управится? – натужно выдохнул Питтен.
Репейник сжал губы.
– Или ему удастся зарядить шкатулку, или он погибнет вместе с Ширли. Вот что я имел в виду. В любом случае, времени в обрез. Нужно понять, что было особенного в Тоунстедской башне, и как можно быстрей. 
Мэллори-старший тонко застонал.
– У нас нет специалиста… по таким вещам, – с мукой сказал он. – Найвел, пожалуй, был… единственным.
– Тогда придется разбираться самостоятельно, – сказал Джон.
Они сидели у Мэллори в кабинете. Здесь все было огромным: монументальный стол с тяжелыми бюрократическими тумбами, бронированный шкаф до потолка, роскошные кресла, мерку для которых, очевидно, снимали с владельца кабинета – кресла могли вместить быка. Джон не стал заезжать домой, взял кэб сразу до Министерства. По приезде сначала пришлось толковать с охранниками: они держали Репейника на прицеле все время, пока переговаривались по слуховой трубе с Мэллори. Когда Джон поднялся в кабинет господина канцлера, то рухнул в кресло, не снимая плаща. При этом в воздух поднялось облако известковой пыли. В другое время Джону было бы стыдно за испачканную мебель, но не сейчас. Бок болел. Хотелось есть. Револьвер лежал на дне Линни. Вместо поисков вымогателя пришлось разыскивать какого-то проклятого юнца, который сбежал вместе с проклятой девчонкой. Всё было плохо. 
«Вентора мне надо, – подумал он вскользь. – Буду гадёныша ловить – один не управлюсь. Заеду в Гильдию, возьму кого-нибудь. Хотя что это я – кого-нибудь… Возьму Джил».
– Разбираться самостоятельно? – переспросил Мэллори в ужасе.
Джон потряс головой. О чем это он? Ах да...
– Раз нет специалиста, больше ничего не остаётся, – сказал он с нажимом. – Авось сумеем что-нибудь придумать. Есть у вас какие-нибудь материалы по башням? Справочники?
– Попробую провести вас в архив, – выдавил Мэллори. – Там, помнится, что-то было. Только придется халат накинуть, – он мельком глянул на пыльного Джона и отвёл глаза. – Правила…
– Да, – сказал Джон. – Да, конечно.
Они спустились на лифте в архив, где архивариус выдал Джону лабораторный халат. Архивариус – его звали Лирелл, Аугус Лирелл – оказался нестарым еще мужчиной, совершенно лысым, в странного вида очках, левое стекло которых было обычным, прозрачным, а правое, темное, полностью закрывало глаз. Мэллори о чем-то долго с ним шептался, а Джон разглядывал бесконечные кипы бумаг, что лежали на бесконечных полках, уходивших вглубь бесконечного зала. Архивариус наговорился с канцлером и, взмахнув рукой, повел Джона вдоль полок. Было холодно, грязноватый свет брезжил из окошек-бойниц с матовыми стеклами. Репейник успел пройти изрядно далеко, прежде чем сообразил, что Мэллори с ними нет. «Ах ты ж», – проворчал Джон. Он понимал, что толстяк и без того успел набегаться за день, что помощи от него в любом случае было бы мало – но всё равно почувствовал раздражение. Бросил меня, бюрократ жирный. Ну и ладно, без тебя обойдусь.
– Здесь, – вдруг сказал звучным басом Лирелл и остановился.
– Что здесь? – спросил Джон. Архивариус поглядел на него, откинув голову. Правую руку он держал глубоко в кармане.
– Вы, добрый человек, зарядными станциями интересовались?
– В изве… ну да, – признал Джон.
– Так вот она, полка с данными по станциям. Выносить нельзя. Читать – прямо здесь. У вас допуск-то имеется?
– Имеется, – легко соврал Джон.
– Ну и ладно, – так же легко согласился Лирелл. – Читайте. А я пойду. Дорогу найдете?
– Найду. Прямо, затем... тоже прямо.
– Покричите, если что, – снисходительно посоветовал архивариус и, чуть скособочившись, удалился. Джон остался наедине с длинной полкой, забитой папками. Наугад вытащив одну и раскрыв, он прочел:
Зарядно-распределительное устройство 306 
Расп. 52015' СШ 209' ВД 
Осн. в 432 г. до Н. В. 
Выс. 64 р, обхв. ¾ р, обхв. куп. 20 ½ р 
Глуб. залегания шахты 5 ¼ р 
Остат. фон 78 Сп. 
Описана д-ром фил. по маг. техн. Р.Пондлтоном 
Отн. к безнкп. устр. маг. хар-ра. Имеет призем. участок РПД, снабж. центр. осевой констр. (тип С). Механ. пит. предполож. возвр. рода, классиф. 456 (по Тентону). Конвергенция НП-парам., со значит. экстрем. по нисход. оси., кардиоидн. искр., опис. след. набором формул... 
Дальше по бумаге ползли бесконечные уравнения. Джон осторожно заглянул на следующую страницу, узнал, что Купольн. магич. конд-р оборуд. инерц. упр., разрядно-генер. класса 2, при порогов. знач. давления чар более 500 Нп (Кастермилл), закрыл папку и аккуратно поставил её на место, проворчав под нос: «умники гребаные». Следующие полчаса жизни он потратил на то, чтобы понять, в каком порядке лежат материалы. Выяснилось, что ученые мужи во главу угла ставили местонахождение башен: папки были сгруппированы по городам и графствам. После упорных розысков удалось найти досье на разрушенную в результате эксперимента Найвела Тоунстедскую башню.
Поглаживая отбитые ребра, Джон тщетно вчитывался в научную тайнопись, морщился, пытался расшифровать сокращения, но единственное, что ему открылось – то, что «безнкп.» означало «безнакопительный». Спокойно, спокойно. Башни, которые искал Найвел, могли отличаться чем-то простым, заметным непосвященному. Нечто сходное – в самых простых характеристиках, в высоте, объеме купола… Ну, или отличия лежат намного глубже, и ничего не выйдет, но попытаться все равно стоит, потому что это последняя возможность нагнать Мэллори-младшего и его невесту. Джон принялся вытаскивать бумаги охапками и сбрасывать их на пол. Вернувшийся через пару часов архивариус нашел Джона ползающим на четвереньках в лабиринте открытых папок, разложенных на сером зашарканном паркете. 
– Нашли, что искали? – осведомился он с заметным безразличием.
– Почти, – невнятно отозвался Джон. Глаза его слезились, в голове жужжало от заумных сокращений («доп. технол. рецирк. по ортогон. вект.»), но он кое-что выяснил. Тоунстедская башня была самой древней в Дуббинге. Больше того, оказалось, что её возвели одной из первых в стране, и постройкой лично руководила Прекрасная Хальдер. Башен такого возраста набралась дюжина, и почти все они лежали в руинах – если, конечно, Джон верно расшифровал «в наст. вр. разруш». До нынешнего дня уцелевшими считались три штуки. Одна – в Линсе на Ноксвелл-плаза, другая – близ Кинки, на перекрестке старых торговых дорог, и третья – в Дуббинге, та, которую взорвал Найвел. Джону оставалось просмотреть каких-то два десятка папок, чтобы убедиться наверняка – больше таких старых башен в Энландрии нет. Архивариус протянул руку и взял одну из папок.
– А, – проронил он, глянув на координаты, – это которую на открытках рисуют.
Джон поглядел на него снизу вверх. Лирелл вглядывался в буквы, шевеля губами. Только сейчас Джон заметил, что архивариусу попалась злополучная Тоунстедская.
– Что-нибудь знаете о таких устройствах? – спросил Репейник.
Лирелл наморщил лоб.
– Я-то? Нет, уважаемый, я по части старой энергетики не знаток. Моя специализация – массовые военные чары... Была раньше.
Он дернул головой, темное стекло очков сухо блеснуло. Правая рука его по-прежнему была в кармане, и только сейчас Джон заметил, что карман – плоский, пустой. Да и весь рукав был пустым, начиная от самого плеча.
– Вот есть у нас один парень, смышленый, – продолжал архивариус. – Канцлеров племянник, между прочим.
– Найвел, – подсказал Джон.
– Да-да, Найвел. Он частенько после службы ко мне спускается, идет сюда и сидит до рассвета. Я ему ключи оставляю, сам ухожу домой. Верите ли – недавно пришёл утром, а он здесь. Всю ночь корпел. Усталый был тогда, но довольный. Я, говорит, кажется, открытие совершил, господин Лирелл. Какое, говорю, открытие, поделитесь, коллега. А он, счастливый весь, аж светится, отвечает: их всего три! Всего, говорит, три, представляете? И убежал сразу. Вот бы вам с ним побеседовать...