Падение Фаэтона | Том I | Огонь Ра (СИ)
– Почему? – задал я вопрос, ответ на который не был для меня новостью.
– Потому что за Землю, потому что за тех, кого ты убил.
Голос Вары хрипел, ее взгляд источал злобу и боль, но не ту, от которой корчилось ее тело, а другую боль – боль от того, чего она не сумела сделать.
– Парик, цвет кожи, манера одежды выбрана не случайно?! – пытал я уже бездыханное тело мертвой, смотрящей прямо мне в глаза, девушки.
Я не отводил взгляд, пока ее глаза не потеряли свой прижизненный блеск. Вставая в полный рост и включая нейросеть, я дождался, когда на другом конце нейроволны ответят. Мое послание было коротким:
– Лар, среди нас предатель!
Глава 31. Пение птиц
Внизу продолжали звучать музыка и веселые крики штурмовиков. Я прикрыл дверь в комнату. Дверь, через которую теперь можно было смотреть одновременно тремя глазами.
Под подозрением были все. Каждый, кто присутствовал в комнате управления во время обсуждения операции на северном тракте – Вис, Жико, Лар и Окус-Файус. Каждый, кто знал, что я иду в капельницу, а это Базиль и добрая половина нашего войска. Начнем убирать из списка тех, у кого не было мотива.
Я поднял тело Вары и кинул его на кровать. Голограмма погасла, а капкан начал сдавливать внутренности девушки, выдавливая на кровать все содержимое через дыру от бластера. Зрелище так себе. Я взял лазер и бластер в обе руки и закрылся в шкафу, наблюдая через пропаянную плазмой дыру, как капкан ломает незащищенные ничем кости своей хозяйки.
Лара я отмел сразу – он мог убить меня в любой момент или мог взять меня под стражу, если бы что-то шло не по его плану. Да и зачем ему убивать своего самого эффективного солдата, тем более в капельнице. Окус-Файус не заинтересован в том, чтобы мы ослабли, иначе не помог бы нам с титанами во время нашего наступления на пирамиды. Остается Жико или Вис. Вис вел еретические беседы, а Жико – единственный, кто уцелел при зачистке «D» классом в куполе. Возможно, это неспроста.
Мои размышления прервал скрип в коридоре. Кто-то поднимался по лестнице, и этот кто-то имел железную цокающую обувь. В моей комнате было темно, но даже без шлема мой костюм расширял мои визуальные возможности, и я видел. Видел, как дверь отворилась, и на пороге появилась пернатая фигура. Голова хищника наклонилась под углом к постели, чтобы лучше видеть левым глазом. Может, у птиц так принято, а может дешёвый имплантат лазерной пушки в правой глазнице давал плохое качество картинки.
– Ис-абель? – позвала с акцентом птица, входя в комнату.
Его стальные когти выдвинулись межмолекулярными режущими гранями.
Каждый его шаг оставлял на полу резаные углубления, как будто птица шла по мягкому песку, а не по камню. Эта тварь нужна была живой, у нее должны были быть отгадки. Но птиц был серьезно вооружен и медлить было нельзя. Я стрелял первым из лазера в левой руке в правую часть головы, где находился имплантат, а из бластера по когтистым лапам. Оба оружия без проблем прожгли дверь шкафа, но птица была быстрее – совершив вращательное движение, птиц взлетел под потолок, разрезая мое укрытие пополам лучом из своего правого глаза, от чего я неприятно удивился. Ну ладно уклониться от куска плазмы, но от лазерного луча... Возможно, я каким-то образом себя выдал, и хищник среагировал раньше, чем я нажал на спусковые сенсоры. Время замедлилось, и наотмашь пущенный лазерный луч был предсказуемым решением. Мой кувырок спас меня, а вот шкафа теперь было два. Я остановил свой кувырок двумя ногами, ударившими в пол перед самым ложе-капканом, на котором продолжало плющиться уже не узнаваемое тело девушки. Держа бластер и лазер руками наперекрест, я пальнул по расправившей крылья летающей фигуре. Щиты противника сработали, отразив плазму, отклонив лазерный луч и проплавив птице лишь левое крыло. Оглушающий крик пронзил комнату. От боли и внезапной потери воздушной опоры птица выстрелила не прицельно. Луч ударил в пол, но я все равно откатился в сторону двери. Видя каждый день перерубленные останки, поневоле начинаешь панически бояться прямого попадания лазера. Мой выстрел с нижней позиции после переката вновь напоролся на щиты – на этот раз лазер отразился полностью, прожигая дыру в соседнюю комнату, откуда незамедлительно послышался истошный мат, а вот плазма коснулась правой части птичьей головы. Лучевой имплантат вспыхнул. Птиц с криком прыгнул на меня, и я инстинктивно закрылся руками, в которые вонзились межмолекулярные резаки птичьих когтей. Щиты сработали, но только для того, чтобы не пустить когти внутрь моей груди. Мои руки были искромсаны вместе с оружием, но я нашел силы оттолкнуть птицу от себя неравномерными кровоточащими обрубками, от чего та ударилась спиной о противоположную стену.
– Обратная тяга! Залп! – крикнул я.
Щиты ударили, вдавливая птицу в стену. Упорный хищник карабкался на меня через энергию щитов, цепляясь за каменный пол искрящими в темноте когтями. Его клюв был широко раскрыт, а язык трепыхался, издавая злобное шипение. Щиты отключились, и я уже приготовился быть разорванным в клочья, но внезапный выстрел в пернатую голову остановил хищника.
В свете дверного проема стоял абсолютно голый Базиль с болтающимися на свету причиндалами и пороховым пистолетом в вытянутой руке. Кровь из обрубков рук хлестала все меньше – эко-костюм перетягивал мои запястья. Я сидел на полу в луже своей и чужой крови, а напротив меня лежала огромная боевая птица. По счастливому случаю, без головы. Костюм выделял в мою кровь сумасшедшую дозу обезболивающих, и я закатился истеричным смехом. Базиль и набежавшая на выстрел куча пьяных штурмовиков пытались говорить со мной и толпились в комнате, где остывающей липкой краской были покрашены пол, стены и даже потолок. Прости, Базиль, что подозревал тебя, мой круг сузился.
Тем временем «Анютины глазки» были плотно взяты в кольцо полицейскими дронами и штурмовиками, у которых сегодня был рабочий день.
Глава 32. Диалог с Душой
Инженера у нас больше не было – Вис не прошел тест правды на ересь и, кроме того, оказалось, что он делился своими мыслями и многим еще с коллегой по работе из 232 купола, а уже та была тайно связана с подпольем армии свободы и труда. Вряд ли их казнят, скорее всего, просто изолируют, дав работу по их новому статусу в империи Ра. Кроме того, ту, с которой откровенничал Вис, еще будут допрашивать, раскрывая сепаратную агентурную сеть. Жрецы в 232 куполе рано или поздно справятся со своей задачей, и мы получим всю картину целиком. Формально Вис не предавал, но болтая по душам, навлек на меня беду, и неизвестно еще, сколько информации уплыло к еретикам по этому каналу. Скорее всего, птиц и Вара действовали на свой страх и риск, узнав от треплющихся штурмовиков, что в Анютиных глазках отдыхаю именно я. Решили избавить армию Ра от ценного «В» класса.
Инженера у нас больше не было, и вместо того, чтобы как всегда отдать Вису свой модернизированный эко-костюм на плановую починку и зарядку батарей и капсул с препаратами, я ехал в отдел искусственного интеллекта самостоятельно. Самостоятельно в лечтехнической капсуле. Впереди и сзади меня парили боевые дроны, даже не пуская ко мне машину, которая несла за мной мой изорванный эко-костюм.
– Может тебя целиком клонировать, а твое сознание просто из одного тела, которое ты постоянно портишь, в другое перемещать?
Жико шутил. Он знал, что это против закона Ра. Я только смущенно улыбался. Я ехал, а капсула печатала мне по волокнам разорванные руки.
– Спасибо тебе, Жико, что собираешь меня каждый раз по частям, – промямлил я – капсула как-то действовала на подвижность языка.
– Все ради Ра! Если тебе так везет, что ты успеваешь добраться до меня, значит так надо.
Палец Жико указал куда-то наверх, но куда, я не видел, так как картинка не влезла в экран.
– Последнее время не так уж и везет, – выдохнул я. – Не отрезви я себя перед входом в комнату, не ошибись та девка в ключевой фразе, не задержись птиц на первом этаже на минуту, не окажись Базиля в той комнате по соседству, меня бы уже не было.