Синдром властного негодяя (СИ)
— Ну знаете!
Я вскочила, подхватила сумку и крикнула уже от двери:
— И я себя не на стенде "Все по тридцать" нашла, чтобы сдаваться в рабство! Женщина в двадцать первом веке может позволить себе работать в такси и не лечиться рабством! Ещё бы массовое изнасилование предложили или битьё камнями!
Почувствовав себе Кларой Цеткин, как минимум, я гордо вздернула нос и развернулась к Доктору спиной.
— Фира, когда вы поймёте, что жизнь — полное дно, а без решительных перемен по нему стучат все активнее, тогда вернётесь, и я буду ждать. Это для вашего же блага!
= 3 =
— Все же ради тебя, Фира! — сестра неслась по торговому центру и тащила меня вперёд, как на буксире. — Ну когда ты сама ещё слетаешь отдохнуть? А мы с Игоряшей купим тебе билет и оплатим проживание. Пять звёзд, все включено.
— Я поработать хотела, — слабый аргумент для Нади, но очень весомый для меня.
Для таксиста новогодние праздники — самая горячая пора, можно солидно заработать, если желание есть. Тем более многие конкуренты разъезжаются на отдых, а у меня нет мужа или детей, с которыми нужно ходить по гостям и на утренники. Я могу только возить других на эти маленькие праздники.
Но Надя же как танк: если вбила себе в голову, что сестра должна ехать с ними на отдых, то переубедить не получится. Она же в самом деле желает мне добра: не так и плохо слетать на море вместе с племяшками.
— Ну нельзя же постоянно работать, Фир! Развеешься, познакомишься с кем-то, давай, соглашайся, все ради тебя! Игоряша не хотел тратиться на лишний билет, а я настояла! Слетаем впятером, с тебя всего-то немного денег на личные расходы и одежда. Ну и пару часиков в день приглядеть за мелкими, пустяки же!
В ее огромных голубых глазах светилось столько искренней мольбы и так трогательно дрожали мелкие слезинки, что лёгкие уже выталкивали воздух, чтобы озвучить "да". Хотя никуда лететь мне не хотелось. Люблю племяшей, но не двадцать четыре часа в сутки. Эта банда способна и святого довести. Как и Игоряша. Зять постоянно смотрит на меня, как на бедную родственницу, которую принимает дома из милости. Десять дней с ним в одном отеле не то, что хочется пережить в отпуске. Лучше уж Дубровскому сдаться в рабство на месяц, чем это. Пожалуй, с такого ракурса методика доктора уже не выглядит настолько глупой. "Не смогла полететь, потому что была на лечении" — отличная же отговорка!
— Не…
— Даже не буду слушать твои глупости, — Надя застыла напротив витрины, сулившей соблазнительные скидки на кошмарных кукол в шариках. Наверняка сейчас потащит меня в "магазин зла", вот честное слово, лучше зимнюю резину купить, чем набор этих кукол. И дешевле. Но кому же интересно мое мнение?
— Сама не понимаешь своего счастья, — давила сестра. — Ну что киснуть в одиночестве, а так проведешь время с семьёй!
С ее семьёй, стоило бы уточнить. С которой я и так живу, точнее — они со мной, но это долгая история. И в Новый год всем хочется чуда, мое же будет заключаться в одиночестве. И ей богу, встретить праздник сидя в машине с бутылкой детского шампанского и чокнуться с кивающей собачкой — не самый плохой вариант. Она, по крайней мере, не хмурит брови, когда я тянусь к тарелке или прошу племяшей не кричать на ухо.
После покупки кукол Надя пыталась затащить меня и в другой магазин, с платьями, но от избытка шума, розового, блестящего и единорогов уже кружилась голова и я позорно сбежала, прикрывшись неотложным вызовом на работу. На подземной парковке выдохнула, щёлкнула брелоком от сигнализации и со вздохом плюхнулась в салон. Там легонько стукнула по носу кивающую корги и завела мотор.
Я ещё никому не говорила, но уже приготовила себе подарок к празднику: договорилась о покупке щенка, девочки. Та только-только родилась и ещё не открыла глаза, но я уже почти влюбилась в эту черно-белую мордашку. Конечно, Надя с мужем будут против, но, в конце концов, они могут съехать к себе. Так и скажу им. Вот.
Чтобы не сидеть без дела, я включила приложение и почти сразу поймала заказ. Перед праздниками все суетились и куда-то спешили, почти у каждого в руках был то пакет, то чехол с костюмом для утренника. Один мужчина влез даже с небольшой ёлкой, не предупредив об этом, набросал иголок на заднее сидение, зато оставил неплохие чаевые.
Последнего пассажира я взяла ближе к девяти вечера, чтобы вернуться домой, когда все начинают готовиться ко сну. На практике именно в это время меньше всего риск нарваться на недовольство зятя. А работать дальше уже рискованно, чем позднее едешь, тем больше риск нарваться на подвыпившую компанию, а они всегда приносят проблемы.
… Последний. Все, хватит, этот точно будет последним. Шея уже ныла, и внимание начинало рассеиваться, а мне ещё нужно подготовиться к завтрашним парам. Оператор по рации назвал адрес, совсем недалеко, и я поспешила перехватить заказ.
Вместо одного пассажира в салон сели сразу четверо: две девушки и два парня, трое из которых — мои одногруппнику. А рядом, заполонив салон запахом туалетной воды и геля для душа — сам Денис "Я выше всего этого" Дубровский. Он узнал меня сразу, слишком долго смотрел в первую минуту, но не стал здороваться или подначивать, назвал адрес и отвернулся, так и не пристегнув ремень безопасности. Троица сзади постоянно смеялась, особенно старалась Ирка, ее лошадиные погыгикивания били по правому виску не слабее мигрени. Шатохина сама себя считала девушкой Дубровского и пыталась убедить в этом его и окружающих.
Одногруппники обсуждали сегодняшний день, преподавателей и Сороку, то есть меня. Во что одета, как покупаю в столовой суп без хлеба и второго, как заснула вчера на паре или пришла в дырявых колготках. Последнее, кстати, вышло случайно: я просто упала на обледенелых ступенях универа.
В конце поездки Ден пихнул мне крупную купюру, почти силком вытащил из салона Ирку и вторую девушку, кажется, с младшего курса, а затем увел их и Никольского подальше.
К следующему дню я разменяла деньги, отложила то, что полагалось за поездку, остальное попыталась на перемене, пока никто не видит, всучить Дену. Он изогнул брови, затем резко шагнул вперёд, прижал меня к стене и вернул все.
- Ещё раз так сделаешь — снова платье стащу.
У меня от страха коленки задрожали, а деньги камнем оттягивали карман. Но перечить Дубровскому себе дороже.
- Н-не надо, — только и смогла пробормотать.
Тогда Ден отступил и снова как будто прекратил меня замечать, ровно до того раза, как я съела его контрольную.
= 4 =
Вот и сегодня с последним пассажиром не очень повезло. Мужчина в темном пальто и странной шапке, распространял такой стойкий и неприятно резкий запах парфюма, что я чихнула. Пассажир почти постоянно разговаривал по телефону, флиртуя с кем-то настолько неловко и пошло, что даже мне стало за него стыдно. Надо очень страдать от одиночества, чтобы искренне и с радостью принимать такое. И внешностью Ромео тоже не вышел: чуть старше моего отчима, с солидным животом, от которого пуховик почти трещал и сальной улыбочкой. Последнее раздражало сильнее всего. Особенно когда разговор закончился, а пассажир переключился на меня, засыпав вопросами.
А как зовут красавицу? Как ее муж отпустил работать в такси? Во сколько она заканчивает? Какие планы на вечер? Я неопределенно угукала, пожимала плечами и в целом делала вид, что блондинки, однозадачные существа, не приспособленные болтать и управлять автомобилем. Пассажиру это не нравилось, кажется, в его планах на вечер внезапно и без всякого согласования со второй стороной появилось жаркое интимное действо с таксисткой. Хотя на работу я всегда старалась одеться как можно неприметнее, убрать волосы под берет и не делать макияж. Но некоторых и такое заводило: не стюардесса, конечно, но тоже экстрим и экзотика. Как правило, дальше пошловатых шуточек и предложений вместе провести ночь дело не шло, но на всякий случай у меня под сидением лежал шокер. Для общей уверенности скорее, чем для реальной обороны.