Между Раем и Адом (СИ)
— Сядь, Катрин. — Спокойно приказал мне отец, и я тут же послушала его. — Это немногочисленно. Поверь. Тебя пугает цифра солдат? Не переживай, нас в сотни раз больше. Тем более, когда теперь вы с Кейт будете сражаться вместе, это создаст мощнейший дуэт, — произнес он, глядя в мои глаза.
— Скажи. Почему нельзя всех заставить уверовать, как мы планируем это сделать с Кейт? — Спросила я, держа в руках уже пустую чашку и смотря в нее. От стенок по-прежнему веяло теплом и ароматом трав.
— А ты представь, сколько сил тогда потребуется Уриилу, чтобы заставить поверить такое количество ирамитасов? Он ослабнет, Кэт, и очень сильно. Если даже не погибнет от истощения, — сказал Михаил, меняя позу в кресле. Он поставил локти на колени и слегка подался ко мне, сцепив руки в замок.
Папа пытался меня успокоить, я это видела по его взгляду. Однако тяжело успокоить человека, который только и думает о том, что его могут убить. Что на него пойдет эта толпа. Но ведь… я буду не одна. Будет и остальная армия под руководством отца, а он — великий воин. И быть может трусость — самый великий мой грех, но я ни разу не была в сражениях! Да, в первой войне, в которой участвовала наша мать я помогала в штабе — сидела с Рафаилом и выполняла его указания.
На этой неоднозначной фразе, на которую я так и не нашлась, что же ответить, разговор с Михаилом закончился. Я не стала спрашивать подробности штаба, а отец не узнавал в деталях про полёты. Над нами так и повисла недосказанность.
Поднявшись с кресла, я кинула отцу фразу о спокойных снах и ушла прочь. Тяжелая дубовая дверь, ведущая в библиотеку, с легкостью поддалась мне, пропуская в гостиную. Конечно, можно было бы использовать и потайные ходы, с помощью которых получалось перемещаться по особняку вдвое быстрее, но сейчас как-то было не до них.
Моя комната находилось в противоположном крыле от комнаты Кейт. Так произошло после смерти матери. Я знала ту легенду, что отец рассказал сестричке: о черных крыльях, и не очень хотела быть следующей. Да, я верила в это проклятие и потому не хотела, что бы Эмми так много времени проводила с этим демоном. Не хотела рисковать нашим рыжим ангелом.
Мои шаги глухим эхом раздавались по коридору, а им вторило сердце. Неспешно, ровно. Успокоившись от мысли о численности врагов и даже немного смирившись с неизбежным, я остужала разум и пыталась думать рационально.
Дойдя до комнаты, я осторожно толкнула дверь. Моё убежище поприветствовало меня легким скрипом и прохладным ветерком от форточки, что по глупости и, видимо, спешки забыла закрыть. «Вот мотылек», — подумала я, закрывая окно. На улице уже вовсю царствовала ночь, укрывая звездным одеялом город. Неспешно я расстелила себе кровать, а перед тем, как провалилась в сон, думала только об одном: завтра нужно будет достать Рафаила и выведать у него все подробности, а то негоже, чтобы я и не знала всего, что в дальнейшем коснется не только моих крыльев, но и всей моей семьи.
Яркие лучи солнца, проникающие через окно и заскользившие по комнате, заставили на пару секунд спрятаться от них под одеялом. Не люблю я такое: когда с ночи забываю закрыть шторы, а утром меня будит яркий райский свет. Однако чем раньше ты встанешь, тем больше дел успеешь за день. С утра мы обычно с отцом уходим в Штаб и там проводим целый день, а сон и лень созданы для таких, как Кейт. Я искренне надеялась, что сегодня от архангелов новости будут получше, и мы все же найдем способ не приплетать к этой борьбе мою сестричку.
Приведя себя в порядок, я спустилась к отцу. Стоит отметить, что в Раю в то время одевались крайне строго — для девушек были придуманы белые, не вызывающие платья с длинными прозрачными рукавами и юбками в пол. Мужчины же одевались по классике — черные брюки, белая рубашка, черный пиджак. Больше всего мне нравится, что этот образ смертные перенесли сквозь века и даже в 21 веке считают красивым. Однако, сегодня в столовой сидели только я и отец. Эмми давно уже убежала на учебу, а Кейт дали отдых в один день. На мой взгляд, демоны слишком недобросовестно относятся к своей работе. Да и черт с ними.
Штаб. Величественное место, выглядящее, как огромный замок. Он был построен из светлого камня, что на солнце отливал ярчайшим светом, который вынести мог только глаз ангела. Сотни ступеней вели к огромной двери, а по бокам лестницы красовались статуи ангелов и архангелов. У подножия были изображены Гавриил и Рафаил, а у самого верха, у дверей, мой отец и Уриил. Воинственные, в доспехах. Я всегда мечтала, чтобы моя статуя тоже когда-нибудь тут стояла, чтобы я была в почете, и меня знал весь Рай как лучшего воина. Именно потому я каждый день тренировалась, узнавала структуру нашего измерения, работала в штабе чтобы достичь таких же высот, как остальные архангелы. Чтобы быть ничем не хуже их.
Распахнув двери, мы тут же попали в огромный зал. Потолок поддерживался огромными толстыми колоннами, что были украшены сотнями узоров. На полу не было ковров, только холодная мраморная плитка. У дальней стены зала стояло восемь высоких кресел, на которых обычно восседали архангелы. Но сегодня их тут не было, скорее всего, они находились в переговорной. По сути, у меня была одна задача — заниматься архивом душ и их книг судеб, где были расписаны все сценарии их жизни. Мне эта работа очень нравилась, однако, на сегодняшний день была цель куда интереснее: я желала найти Рафаила и узнать у него все, что скрыл вчера от меня отец. С этим архангелом я состояла в достаточно неплохих дружеско-деловых отношениях, так что выведать у него тайны не составит большого труда. По крайней мере, я на это очень надеялась.
Расставшись с отцом, я ушла в один из многочисленных коридоров, что вели из зала. Путанные, подобно огромному лабиринту они вели меня в нужном направлении. Рафаил был главным лекарем, так что и искать я его пошла именно в больничное крыло. Что составит труда, пройтись по лабиринтам Штаба и найти одного архангела среди сотни других?
Быстрым шагом я шла к своей цели, пока, погрузившись в мысли, не столкнулась с Рафаилом. В прямом смысле этого слова. Видимо, я слишком сильно разогналась, так что от резкого удара, чуть было не упала на пол, если бы не архангел. Он ловко перехватил мою руку, не давая упасть на пол.
— И куда ты так летишь, дочь Михаила? — Спокойно спросил Рафаил.
— Пока что пытаюсь не упасть, держась за твою сильную руку, — усмехнулась я и резко подтянулась вперед, вставая, наконец, на ноги. — А на самом деле мне нужен ты. Догадываешься зачем? — Моё выражение лица вновь приняло невозмутимость, и я, поправив платье, глянула на Рафаила снизу-вверх.
— Понятия не имею, зачем тебе понадобился архангел-лекарь. Кровью не истекаешь, в обморок, вроде бы, не падаешь, — и вновь этот ровный голос. Такой же, как и у отца. Хотя нет, отец говорил сухо, а в голосе Рафаила будто бы проскакивала какая-то мелодия, будто бы он говорил нараспев. — Однако, раз прекрасный воин налетел на меня, будто птица, вылетевшая из клетки, дело серьезное.
— Рафаил, сколько раз, я просила называть меня просто Катрин, — вздохнула я. Я его безумно любила, ведь этот ангел был способен на потрясающее спокойствие, которое имело восхитительную особенность передаваться другому человеку. Но вот весь этот излишний пафос иногда мог раздражать.
— Да. Дело серьезное, и я знаю, что только ты способен ответить… хотя бы на половину моих вопросов, — призналась я. — Так что пойдем в переговорную, и ты мне расскажешь. У тебя, я полагаю, дел нет?
— Разве что спасти тысячи душ смертных, помогая им и даруя знания в медицине, а также…
— Значит, нет, — вновь кивнула я, беря архангела за руку и оттаскивая в свою переговорную комнату.
На самом деле «переговорная» была слишком громким названием. Скорее, это была очень уютная комната с дубовым столом и парой стульев, в которой можно было обсуждать дела или проблемы, мерно попивая чай. Тут я почти что не появлялась, так как дел всегда хватало больше, чем надо и приходилось постоянно перемещаться по штабу.