Зелёная Сила Юности! (СИ)

— Я хочу быть с Гарри! — крикнула Джинни, поддавшись общему порыву, и осеклась.
 Из окна башни выпорхнула сова с привязанным свитком и устремилась в небеса.
====== Глава 5 ======
5 сентября 1992 года, Хогвартс
 Локхарт, сверкая улыбкой, объявил, что сейчас ученики напишут тест на знание самого Гилдероя и его привычек и склонностей, и Гай мысленно одобрил такое решение. Чтобы команда проявляла свои наилучшие качества, ученики должны знать учителя, а учитель — учеников. Правда, в тесте отсутствовали вопросы, касающиеся учеников, и поэтому Гарри дописал в уголке немного о себе, и том, что он любит, и к чему стремится. Затем Гилдерой объявил практическое занятие, и Гарри сразу воспылал Силой Юности и готовностью проявить себя. Вместе с ним воспылала и его команда, а также Сьюзен Боунс, уже включившаяся в соревнование с Гермионой. Гай уже хотел сказать что-нибудь прочувствованное по этому поводу, но Гилдерой, ловко угадав момент, сдернул покрывало с клетки и выпустил вперед стаю корнуолльских пикси. В этот момент Гай ощутил небывалую гордость за команду, никто из них не отступил, нет! Все ринулись в ответную атаку, причем не наобум, а действуя разумно и слаженно! Невысокие синие летающие создания хватали учеников, портили вещи, а Локхарт-сенсей ловко притворялся полностью беспомощным, чем заслужил отдельную мысленную похвалу от Майто Гая. Если не дать ученикам действовать самостоятельно, то они никогда и не научатся!
— Ступефай! — кричала Сьюзен, поражая пикси.
— Иммобилус! — вторила ей Гермиона.
Девушки справлялись, а соревнование между ними за внимание Локхарта только добавляло им пыла и юности! Рон даже не прибегал к палочке, ловко оглушал пикси ударами в нос, и тут же крутился на месте, швыряя их в окно, одну за другой так, словно делал это сотни раз. Невилл, заняв стратегическую позицию, прикрыв спину шкафом, наносил удары заклинанием Левитации.
— Вингардиум Левиоса! — кричал он, усердно размахивая палочкой.
Столы и шкафы отлетали в сторону, оглушая собой пикси и учеников, портреты падали со стен (нарисованные на них Гилдерои скрылись еще в самом начале стычки), дверь вынесло в коридор вместе с Локхартом, а в окнах хрустнули рамы под натиском и мощью юного Лонгботтома.
— Молодец, Невилл! — крикнул Гай, в промежутке между ударами. — Вот это Сила Юности! Я горжусь тобой!
Сам он сражался стилем «Магического кулака», то есть, попросту говоря, наносил руками и ногами удары, сопровождающиеся небольшими выбросами магии. Ничего смертельного, легкий оглушающий эффект, не идущий ни в какое сравнение по мощи с техниками, создаваемыми при помощи волшебной палочки. Пикси, разумеется, хватало и этого, уж больно маленькими они были, и Гай отрабатывал удары, смотрел, что можно и нужно улучшить и поправить.
Три минуты спустя сражение было окончено, и все пикси пали.
— Локхарт-сенсей! — провозгласил Гарри.
Ученики Хаффлпаффа, не участвовавшие в сражении, осторожно выглядывали из-за парт и укрытий.
— Это было прекрасно! Благодарю вас за урок, на котором мы смогли показать всю мощь нашей Силы Юности! Но мы можем и больше! Я не сомневаюсь, что в следующий раз вы научите нас справляться и с более опасными созданиями!
Профессор Локхарт ловко притворялся оглушенным и беспомощным, и Гай воскликнул, поняв, что наставник хочет проверить их сплоченность и готовность к преодолению препятствий.
— Профессору нужна помощь!
С этими словами он ринулся к Гилдерою, и Рон с Невиллом следом за ним. Гермиона приподняла Локхарта заклинанием, и они помчались по коридорам и лестницам, к целительнице Хогвартса, мадам Помфри. Заодно отработали передачу раненого товарища на бегу, при этом, от избытка энтузиазма и Юности, Локхарта несколько раз уронили и ударили об угол, а также снесли головой профессора одну из статуй.
*
— Наша слаженность может быть лучше! — воскликнул Гарри, когда они впятером покинули медпункт.
Сердитая мадам Помфри служила тому дополнительным доказательством, и Рон с Невиллом закивали, отводя взгляд. Сьюзен и Гермиона что-то прятали по карманам.
 
— Мы должны отработать переноску раненого товарища! — продолжал восклицать Гарри с энтузиазмом. — А также раненого профессора! В следующий раз мы пронесем профессора Локхарта через весь Хогвартс, а также Запретный Лес, а если не сможем, то голыми руками свалим несколько деревьев и будем тренироваться с бревнами, пока не сможем!
— Да! — воскликнул Невилл. — К концу года я смогу в одиночку унести Хагрида, а если не смогу, то я сварю на каникулах тысячу зелий!
— Я не уступлю тебе! — вскричал Рон. — К концу года я смогу переплыть Озеро десять раз подряд без остановки, перенося за собой кальмара, а если не смогу, то стану лучшим игроком в Квиддич в следующем году!
— Я стану лучшей ученицей профессора Локхарта, а если не смогу, то на следующий год возьму все предметы, какие есть в программе! — провозгласила Гермиона.
— Нет, это я стану лучшей ученицей профессора, и это мне он подарит свой портрет с автографом! — неожиданно воскликнула Сьюзен, топая ногой.
— Как прекрасно ваше соперничество! — провозгласил Гай, плача, и тут же спохватился. — Мы не можем оставить в стороне наших вечных соперников!
Когда злая мадам Помфри выглянула из медпункта, чтобы осадить чересчур громких учеников, то услышала лишь топот ног, удаляющихся в направлении подземелий Слизерина.
— Во имя Силы Юности, я поставлю вам всем Сильножгучие Горчичники и Засасывающие Банки! — крикнула она вслед, и снова скрылась в медпункте, так как профессору Локхарту требовалась срочная помощь.
*
Уроки шли своим чередом, если не считать того, что профессор Зельеварения Северус Снейп проникся частичкой Юности, и задавал Гарри и Невиллу вдвое больше, явно желая, чтобы они усердно трудились и выполнили свое обещание стать лучшими по его предмету и превзойти самого профессора!
Профессор Локхарт пока что не покидал медпункта, и Гай пустил слезу ностальгического умиления. Точно так же делал его вечный соперник в мире шиноби, Хатаке Какаши, прикидывался раненым и больным, тем самым побуждая учеников к действию.
— Профессор показал нам путь! — провозгласил Гай, и команда с ним согласилась, после чего начались набеги в Запретный Лес и отработка слаженности и противостояния различным волшебным существам.
*
— Я не могу в это поверить! — потрясал руками Драко, расхаживая посреди гостиной Слизерина. — Как вы могли уронить меня три раза на протяжении одного коридора?
Крэбб и Гойл, потупившись, шмыгали носами и шаркали обувью по полу.
— Я все лето тренировался! — провозгласил Драко. — Вы думаете, было легко лазить по русалке под дождем?! И теперь вы подводите меня?!
— Мы эта…, — сказал Винсент.
— Подожжем себя, — добавил Грегори.
— Будем пылать, балда! — толкнул его рукой в бок товарищ.
— Да, будем пылать и подожжем тебя, Драко! — обрадовался Гойл.
Рука Драко опять шлепнула его по лицу, а сам Малфой собирался сказать что-то гневное, когда в гостиную вбежала Панси.
— Там! Там! — кричала она. — Там совы!
Все ученики Слизерина, от первого курса до седьмого посмотрели в сторону Паркинсон. Недоумение их было таким сильным, что казалось, его можно пощупать и нарезать.
— Что в этом такого? — недоумённо изогнув бровь (почти в точности, как крёстный) спросил Драко.
— Там очень много сов! — провозгласила Панси. — И угадайте, что они принесли!
Она закатила глаза с загадочным видом, но не выдержала и секунды и провозгласила.
— Семь метел! Семь новеньких Нимбусов-2001, как те, что купил твой отец, Драко! И знаете что? Их купил Гарри Поттер, чтобы остальные факультеты тренировались и летали на них в матчах против Слизерина, чтобы Пламя Юности взмывало выше башен Хогвартса!
Побледневший Драко впервые обрадовался тому, что Люциус до сих пор в больнице. Услышь отец такое, он бы точно разъярился и сотворил еще какую-нибудь глупость. Ученики Слизерина вокруг переговаривались удивленно, потом потянулись к выходу, посмотреть своими глазами на случившееся.