Рубеж (ЛП)
Лукас покачал головой.
— Он все делал правильно, но за предупреждением о межзональной перемычке начинается множество красных знаков с горящими цифрами обратного отсчета. Должно быть, без специальных очков вспышки этих знаков вызвали у Бекета перегрузку, и ему пришлось найти место и посидеть с закрытыми глазами, чтобы придти в себя.
— Патруль безопасников сообщает, что несколько минут назад появились музыканты и начали выступление, — вмешалась Николь. — Собралась толпа и заслонила Бекета. Патруль передвинулся туда, откуда мог его видеть, но он уже ушел.
— Вряд ли Бекет настолько пришел в себя, чтобы вернуться на ленту, — сказал Лукас. — Он или отошел от толпы и музыки, или еще пытается идти в наш отдел вдоль ленты. Николь, сколько развязок нам осталось до межзональной перемычки?
— Всего одна, — ответила глава связистов.
— Альфа-группа спрыгнет с ленты на следующем перекрестке, — распорядился Лукас. — Форж, если хочешь, твоя бета-группа может перейти на другой канал на передатчике.
— Мы еще нескоро приедем в Синюю зону, — отозвался Форж. — Лучше будем слушать информацию о вашем продвижении, пока не узнаем, что с Бекетом все в порядке.
Секундой позже он вновь заговорил раздраженным тоном.
— Я все же думаю, ты должна была мне сказать, что Кит пытается заполучить тебя. Мы договорились, что наши отношения будут исключительно сексуальными, а не романтическими, но…
Рофэн поспешно прервал его:
— Форж, твой разговор с Базз транслируется на весь отдел.
— Ой, — смущенно произнес Форж. — Я думал, что установил свой передатчик на прием, но… Возможно, лучше всего отделу связи перевести бета-группу на отдельный канал и регулярно сообщать нам о ходе поисков Бекета.
— Это мы можем, — оживленно отозвалась Николь.
Илай вздохнул.
— Я так хотел услышать разговор Базз с местными подростками о новичках. И особенно жаждал познакомиться с ее рассказом о плохой репутации Форжа.
— Все переговоры во время рейда записываются для дальнейшего изучения, — сообщила Николь.
— Верхотура! — воскликнул Илай. — Значит, мы можем послушать предупреждение Базз позже.
— Я подобрала о Форже особенно резкие слова, — проговорил в коммах голос Базз.
Послышался стон отчаяния, очевидно, принадлежавший Форжу.
— Я расскажу, как его испортила и втянула в дьявольские проделки ужасная девушка по имени Симона, — добавила Базз. — И предупрежу Форжа больше никогда с ней не связываться.
Последовало задумчивое молчание.
— Но ведь Базз — твое прозвище, а Симона — настоящее имя? — уточнил Илай.
— Именно, — радостно подтвердила Базз.
Калеб кашлянул.
— Я просто хочу сказать, что если предупреждение заставит Форжа прекратить связь с ужасной Симоной, я готов быть следующим испорченным.
Форж рассмеялся 145a05.
— Николь, пожалуйста, раздели передатчики.
— А заодно можешь остановить трансляцию переговоров через громкоговорители, — прибавил Лукас.
— Трансляция окончена, — доложила Николь. — Передатчики альфа- и бета-группы разделены.
Приближалась развязка, поэтому мы перешли с экспресс-ленты на среднюю, затем на медленную и, наконец, ступили на твердую почву.
— Сейчас мы перейдем к ленте, движущейся на юг, — сообщил Лукас. — Если направимся вдоль нее к границе Оранжевой и Красной зон, то можем увидеть идущего навстречу Бекета. Но если достигнем межзональной перемычки и не найдем его, придется Эмбер заняться поиском.
Адика прошел через перекресток к ленте на юг. Мы двинулись вдоль нее на север, и группа подростков, едущих на медленной ленте в противоположном направлении, прокричала:
— Не туда, безмозглые!
Адика лишь бросил на подростков угрожающий взгляд. Те мгновенно затихли и перешли на экспресс-ленту, чтобы поскорее от него отдалиться. Мгновением позже я увидела, что экспресс-лента, прежде забитая, совершенно опустела. Лукас замедлил ход и нахмурился.
— На проблемы с системой лент непохоже, значит, внезапное запустение означает, что все разошлись перед патрулем носача. Давайте остановимся и подождем его.
Через секунду я увидела, что Лукас прав. К нам подъезжала грозная фигура носача в зловещем сером одеянии и маске, окруженная эскортом из четырех безопасников. Лукас выступил вперед, настойчиво замахал взводу обеими руками, и пять фигур сперва переместились на медленную ленту, затем сошли с нее и остановились перед командиром-тактиком.
Носач уставился на Лукаса блестящими из-под маски нечеловеческими пурпурными глазами, но промолчал. К этому времени я уже достаточно узнала о том, как совершенно обычные люди разыгрывают свои роли. Для стандартных ситуаций они обладают набором загадочных фраз. А в случае сомнения прибегают к тактике молчаливого осмотра людей и создают впечатление, будто читают их разумы.
До того, как пройти лотерею и узнать правду о телепатах, я считала эту тактику пугающей. Даже сейчас она вызывала волнение.
— Мы ударная группа отряда телепата, выполняем миссию спасения, — кратко сообщил Лукас.
Один из безопасников поднял брови и повернулся ко мне.
— «Ангел света»? — потрясенно спросил он.
— Да. — Я почувствовала, что краснею.
— Мы ищем человека, который потерялся и подавлен, — продолжал Лукас. — Нам сообщили, что его заметили возле межзональной перемычки. Там выступают какие-то юные музыканты, и территория переполнена. Не могли бы вы вернуться туда и встать где-нибудь на виду, чтобы разогнать подростков?
— Я бы хотел помочь, — сказал носач хриплым голосом, преображенным системой акустического искажения в его маске. — Но не хочу пугать встревоженного человека.
— Он принадлежит к силам законопорядка, — пояснил Лукас, — и не должен испугаться носача.
Патрульные кивнули и двинулись на север, мы пошли следом на почтительном расстоянии. Когда мы приблизились к широко раскрытым дверям в крупную красно-оранжевую полоску, я услышала отдаленные звуки музыки и увидела выступающих, стоящих на импровизированной сцене из коробок. Их аудитория уже разглядела приближающийся патруль носача и спешила сбежать на экспресс-ленте. Мгновением позже музыканты прекратили играть, схватили свои коробки и поспешили прочь.
Патруль остановился у межзональных дверей, дожидаясь нас. Когда мы подошли ближе, безопасники двинулись нам наперерез, и я увидела, как подростки на ленте взглянули на нас с испуганным сочувствием. Должно быть, носач тоже заметил эти взгляды, потому что заговорил своим причудливо искаженным голосом:
— Я чувствую себя удручающе непопулярным.
Лукас улыбнулся.
— Пожалуйста, побудьте здесь непопулярным еще несколько минут. Я хочу проверить чуть севернее.
Мы прошли на север до точки, где из громкоговорителей над головой забубнил голос:
— Внимание, приближается межзональная перемычка!
— По-прежнему ни следа Бекета, — тревожно заметил Лукас. — Нам лучше вернуться туда, где его видели в последний раз.
Мы вновь повернули к дверям и в полной мере ощутили воздействие горящих красных знаков обратного отсчета для людей, едущих на лентах. Я с чувством вины осознала, что никогда не считала эти знаки для кого-то проблемой и вообще не замечала, как их много.
Мы вернулись к ожидавшему патрулю носача.
— Не повезло? — спросил один из безопасников.
— Нет, — ответил Лукас. — Мы должны найти менее людное место, чтобы Эмбер могла заняться поиском.
— Дальше по этой стороне коридора есть неиспользуемый склад, — сказал безопасник, с готовностью указывая дорогу.
Мы прошли по коридору до складского комплекса, и Адика открыл двойные желтые двери. Мы уставились в черную пустоту.
— Илай, включи нам свет, — попросил Адика.
— Всегда я, — проворчал Илай. — Всегда эту работу поручают мне. Но здесь не надо включать свет. Складские комплексы оборудованы лампами с датчиками движения. Смотрите!
Он прошел в темноту, и на потолке вспыхнул свет.
Лукас засмеялся.
— Илай, именно поэтому мы всегда просим тебя выполнить эту работу. Ты помнишь все детали освещения.