Рубеж (ЛП)
Он повернулся ко мне.
— Эмбер, мне проиграть остаток записи? Если тебя это тревожит, я могу в общих чертах обрисовать произошедшее для Адики и Николь.
— Я не встревожена, — сказала я. — Просто заинтригована. Пожалуйста, покажи остальное.
Лукас поднял брови, показывая, что почувствовал мою ложь, но все же включил запись. Пару раз мне стало не по себе из-за нервирующего превращения в размышляющего Грегаса, но затем я погрузилась в описываемые события и забыла обо всем остальном.
Запись закончилась на том, как я открыла глаза. После короткого молчания Лукас заговорил:
— Брат Эмбер является пограничным телепатом. Это ни для кого не станет сюрпризом, но осложнит ситуацию.
— Для меня это сюрприз, — горько поправила я. — Крайне нежелательный сюрприз.
— Одной из первых вещей, что тебе сказали во время обучения, было значение генетического фактора в становлении пограничных телепатов, — сказал Лукас. — Ты должна была понимать: есть вероятность, что Грегас — один из них.
— Да, но… — Я пробежалась пальцами по волосам и посмотрела на Базз. — Ты говорила мне, что в детстве обладала интуицией в отношении людей.
— Да. После прохождения лотереи стимулирующие процессы сделали эти моменты интуиции резче и гораздо определеннее, превращая их в настоящие отклики.
— Но Грегас никогда не проявлял ни малейшего понимания людей. Прошло много времени, прежде чем он сообразил, что нелепые истории Уэсли — выдумка. Шок Грегаса при отклике показал, что прежде он не испытывал моментов интуиции. Как мог мой брат миновать эту стадию и перескочить прямиком к настоящему отклику?
— Огромное множество пограничных телепатов не осознают интуицию и отклики, пока не проходят стимулирующие процессы лотереи, — пояснила Базз. — Те из нас, чьи способности пробудились рано…
Она заколебалась.
— Эмбер, опыт Грегаса в точности соответствует моему. У нас обоих пограничную телепатию подстегнула потенциальная угроза жизни. Просто со мной это случилось гораздо раньше, и мои способности всплыли как интуиция, а не как настоящий отклик.
Базз поспешно сменила тему.
— Лукас прав: пограничная телепатия Грегаса все осложняет. Если захотим, мы можем провести ему стандартное лечение, но перезапуск воспоминаний — не вариант ни при каких обстоятельствах.
Я нахмурилась.
— Почему?
Базз вздохнула.
— Истинные телепаты настолько редки, что улей ограничен в понимании их способностей и осторожничает, вовсе не проводя им импринтинг. Но пограничных телепатов лотерея находит около тысячи ежегодно, поэтому у нас гораздо больше информации о влиянии на них различных факторов. Импринтинг совершенно безопасен для разума пограничного телепата, но вмешательство в личные воспоминания может нарушить способности.
— Полагаю, телепатия Грегаса также не позволит ему занять нормальный пост в боевых службах, — сказал Адика. — Жаль. Меня впечатлили его действия на той лестнице. Использование преимущества положения, чтобы скинуть кого-то крупнее и сильнее себя — это показатель быстрого и четкого мышления. Мальчик не сложен для роли ударника, но есть и другие боевые возможности.
— Любимые программы Грегаса на развлекательных каналах — это триллеры о том, как команды сил обороны улья Анлия преследуют чужих агентов, — заметил Лукас. — Полагаю, там Грегас и подсмотрел трюк с лестницей.
— Увидеть что-то и обладать присутствием духа совершить то же самое в кризисной ситуации — разные вещи, — возразил Адика. — Базз, не знаешь, есть ли у лотереи особые боевые должности для пограничных телепатов?
Она всплеснула руками.
— Импринтинг всех пограничных телепатов включает консультирование служб законопорядка, исполнение роли носача и простейшие боевые навыки для ответа на нападение, а также личный раздел. Я освоила только психологию для пограничных телепатов и не знаю о других возможностях.
— Я не хочу, чтобы мой брат занимал особую боевую должность, — холодно сказала я. — Пусть ведет приятную безопасную жизнь.
Базз внимательно всмотрелась в мое лицо.
— И у тебя есть власть обеспечить брату именно такую. Ты один из пяти истинных телепатов и так отчаянно нужна улью, что можешь настаивать, чтобы лотерея не допустила Грегаса ни на одну должность с малейшим риском. Только скажи слово, и в его записях появится пометка, ограничивающая дальнейшие возможности.
Я потянулась к волосам. Как соблазнительно было сказать это слово, и нам с родителями уже никогда не придется беспокоиться о работе Грегаса 145a05. Но я не могла это сделать. Не должна была.
— Нет, я не могу использовать власть, чтобы контролировать жизнь брата. Я уже проходила это, когда попала в свой отдел и обнаружила, что мой старый друг, Форж, оказался в ударной группе. Я знала, что могу настоять и удержать его в безопасности в отделе, но сделать это значило разрушить его жизнь и вызвать ненависть. Затем я прошла это еще раз с тобой, Лукас, а теперь с Грегасом. Вы разные, но ответ должен оставаться тем же. Я не могу обременять своими желаниями других людей.
Лукас улыбнулся.
— Эмбер, ты всегда меня изумляешь. Мой импринтинг говорит, что к этому времени ты должна полностью осознавать власть телепата и проявлять первые признаки отстранения. Но я не вижу ни следа его в тебе. И ни один член тактической группы ни разу не произнес слова «отдаление».
Отдаление! Мира упоминала о нем и говорила, что со мной этого не произойдет.
— Что значит «отдаление»? — осторожно спросила я.
— Это когда телепат отходит от морального кодекса улья и начинает попирать права других людей, — объяснил Лукас. — В большинстве случаев ситуация стабилизируется в течение нескольких лет, и телепат устанавливает свой этический код.
Он пожал плечами.
— Как я и говорил, в тебе нет ни малейшего признака отдаления. Если на то пошло, у нас обратная проблема: ты проявляешь слишком много сочувствия к людям, создающим проблемы.
— Например, к Тобиасу, — горько вставил Адика.
Мира говорила, что я никогда не отдалюсь, поскольку чувствую эмоции людей, разумы которых читаю. Теперь Лукас объяснил мне, что такое отдаление, и слова Миры обрели смысл. Как я могу попрать чьи-то права, если чувствую напряжение другого, как свое собственное?
Мира также сказала, что Мортон, Сапфир и Кит вообще не чувствуют эмоции целей, поэтому отдалялись надолго, а Кит и сейчас отстранен. Я знала о Мортоне кое-что, свидетельствовавшее, каким он был в первые годы службы телепатом. Все, услышанное мной о Ките, подтверждало слова Миры о его отдалении. Что до Сапфир…
Ладно, о прошлом Сапфир я ничего не знала. Адика утверждал, что ее люди неистово преданы ей, чего не могло бы быть, относись она к ним плохо. После огромного риска, на который пошла Сапфир, чтобы сохранить улей на протяжении трех лет, когда действовали лишь четыре отряда телепатов, я чувствовала, что она искупила все свои дурные поступки в прошлом.
— Кит по-прежнему отстранен, — повторила я слова, сказанные мне Мирой.
Меган скривилась.
— Да. Все уже оставили надежду изменить его к лучшему.
— Но я не отдалилась, — продолжила я. — И не стану вмешиваться в решения лотереи относительно Грегаса.
— Теперь давайте сосредоточимся на нынешней ситуации, — напомнил Лукас. — Мы должны принять решения по двум отдельным проблемам. Первое: что мы скажем родителям мальчиков. Эмбер, прошлой ночью ты говорила, мол, не хочешь, чтобы родители узнали об аресте Грегаса. Я согласен, они могут очень плохо отреагировать на новости, особенно если мы признаем, что держали обоих ребят в камерах с середины прошлой ночи.
Я вздрогнула.
— Мы не должны позволить родителям узнать ни об аресте брата, ни о моей лжи им. Они ужасно расстроятся из-за нас обоих.
— Это означает, что нам нужна история, объясняющая отсутствие мальчиков в течение нескольких дней. — Лукас взглянул на Николь. — Эмили должна прислать твоей группе информацию от родителей. Надеюсь, вы сможете придумать для них что-нибудь правдоподобное.