Сердце жены врага (СИ)
Я бросила убийственный взгляд в сторону бабуленции — вот сучка старая! По-другому не скажешь!
— Что-то я не замечал за Лерой тяги к разговорам, — задумчиво скрестил руки на груди Руслан. — я заберу ее на пять минут. Лера, за мной!
Он отвел меня в ту самую комнату, где мы провели ночь, улегся на кровать, заложив руки за голову, и блаженно вытянул ноги. Черная футболка его слегка задралась, обнажая темную полоску волос на тренированном животе, спускающуюся вниз под джинсы. Почему-то это показалось мне таким… порочным, что я тут же опустила взгляд вниз, потупившись на свои носки.
— Лера, — ухмыльнулся Руслан, заметив все-таки мой взгляд, — я решил переехать сюда.
Стою молча. Не разрешения же он у меня спрашивает?
— Вот ключи. Подойди и возьми. — Чернышев протягивает мне связку с брелоком сигнализации. — Как раз и воздухом подышишь.
— Ты хочешь, чтобы я съездила и забрала твои вещи из дома? — удивляюсь я.
— Нет, Лера. — а у самого такой хитрый взгляд черных омутов. — Подойди.
Несколько шагов и я уже у кровати. Протягиваю руку за ключом и даже охнуть не успеваю, как он дергает меня на себя и тут же подминает под свое огромное тело. Трепыхаюсь, как рыбка в силках, но рыбак сильнее меня намного.
— Ты специально? — шепчет он, тяжело дыша мне в ухо.
— Что специально? Я не понимаю? — сердце от его резких телодвижений бьется как оголтелое. Тут же немеет левая рука.
Я чувствую его возбуждение. Феромоны его запаха окутывают меня. Руки, еще недавно крепко державшие, сейчас игриво поглаживают все, до чего дотягиваются. Его бородка колет мне шею и щекочет ее, когда покусывает мне мочку уха. Теперь на шее останутся красные следы раздражения.
Руслана слишком много сейчас для меня. Для моего сердца. Мною овладевает слабость. Не предающего тела, а предающего органа, качающего кровь. И тут же паника, что замененный сосуд не выдержит, оторвется в эту секунду. Стремительно и бесповоротно. Руслан ведь даже не поймет что случилось. Почему девушка под ним вдруг посинела и потеряла сознание. Почему ее сердце остановилось, перестало биться… паника. Паническая атака. Я закусываю губу, чтобы не закричать от ужаса. Застываю в его руках, замираю.
А он ловко переворачивает меня под собой на живот, вжимается в мои ягодицы. Отчетливо чувствую его эрекцию, даже через двойной слой джинсов — его и моих. А потом он отстраняется от меня и со всей силы бьет ладонью по полушарию.
— Ходила целый день перед камерами, вертела своей попкой, получай теперь по ней.
Вновь удар. Не болезненный, но ощутимый. Ткани трусиков и джинсов смягчают шлепок, но все же. Но не это добавляет ужаса моему положению.
Так делал Влад. Он сильно бил наотмашь по ягодицам, а потом просто насиловал меня, когда я в чем-то была виновата по его мнению. Ничто его не останавливало, ни мои крики о помощи, ни мольбы о пощаде. Это наоборот заводило его и раззадоривало. Но это было до инфаркта и до шунтирования. Влад и я, мы оба не знали, что ходим по тонкому волоску грани моей жизни. Теперь же я все прекрасно знаю, и от ужаса, что могу умереть прямо сейчас мое тело немеет, деревенеет, а слезы… слезы просто текут из глаз не поддаваясь контролю.
Руслану тем временем наскучила его забава. Переворачивает меня на спину и ошеломленно смотрит в лицо.
— Ты что плачешь?! Да я же не больно! Я же шутя!
Я не реагирую. Боюсь пошевелиться и уколоться болью слева.
— Испугалась? — Руслан повинно опустил голову мне на грудь и шумно выдохнул. — Или претворяешься?
Вдруг, словно что-то поняв, он настороженно вслушивается, приложившись ухом чуть ниже бюстгальтера. Секунда, две, три, а потом тревожный вопрос:
— Лер, у тебя точно все с сердцем в порядке?
Глава 5
— Точно, — тихо произношу я.
Главное, сейчас успокоиться. Руслану никак нельзя знать правду. Убьет сразу. Возможно и выгонит, чтобы с больной не связываться, но скорее всего, оставит умирать без помощи.
Руслан поднимается, усаживаясь на кровать, расставив ноги и уперев локти в колени задумчиво трет подбородок.
— Давай, успокаивайся, Лера. Даже не поиграешь с тобой. Сразу истерику начинаешь, как маленькая. Иди в машину. В багажнике чемодан с моими вещами. Принеси их сюда и разбери. Давай, поработай уже. Хватит притворяться.
Меня не надо просить дважды. Поднимаюсь с покрывала настолько быстро, насколько сейчас позволяет мое состояние. Подхватываю ключи. Нужно быстрее выбраться отсюда. Неистово кружится голова и я спускаюсь по лестнице, вцепившись в перила.
На улице свежо и холодно. А еще пасмурно и пробирает до костей. Быстрей нажимаю на кнопку сигнализации и открываю дверь в салон огромного джипа. Оттуда на меня обрушивается запах дорогой натуральной кожи, парфюма Руслана, будто сам хозяин сейчас находится тут. Автомобиль ему под стать. Такой же мощный и агрессивный. Открываю багажник. Там лежит огромный чемодан, в который я бы поместилась целиком и без труда. Он серьезно? Как я это вытащу?
— Вам помочь? — раздается над головой приятный мужской голос.
Поднимаю глаза. Мужчина. Шатен в форменной одежде охранника.
— Я — Дима. — улыбается он и не дождавшись ответа, легко вытаскивает поклажу.
— Лера. — выдавливаю из себя улыбку.
Украдкой рассматриваю нежданного помощника. Высок. Широк в плечах. В меру накачан. Глаза синие, пронзительные. В целом приятный молодой мужчина. И кольца на пальце нет. Но это — ничего не значит. Влад тоже никогда его не носил.
— Куда отнести? — продолжает лучиться улыбкой Дима.
— Наверх, на второй этаж. — наблюдаю за ним из-под полуопущенных ресниц.
Он легонько поднимает его на крыльцо и катит в дом на колесиках. Закрываю машину. Нет, ну и как Руслан хотел, чтобы я тягала такой баул? Здоровая женщина моей комплекции ни за что бы не справилась, а тут я, со своей болезнью.
Плетусь за Димой. Наперевес с чемоданом он уже преодолел половину лестничного пролета, как наверху показался Руслан, злой, как сотня демонов.
— Дим! Ты что тут делаешь? — рявкнул он на него.
— Девушке помогаю. — спокойно ответил охранник. — Она его просто не подняла бы.
— С чего ты взял? — Руслан быстро в несколько шагов преодолел ступеньки до нас и встал так, чтобы оттеснить меня собой от охранника. — Я ей поручил это задание.
— У девушки сердце больное. — вдруг сообщил Дима, а я похолодела вся. Как он узнал?! — Я по лицу понял, по глазам. У меня мама — сердечница была. А им тяжести вообще поднимать нельзя.