( Бес ) Предел (СИ)
— Я тебя удивлю, Олеся, но со мной традиционно бы не получилось, у меня нет того, что есть у тебя. И вообще суть не в этом. А в том, что я бы испугался ничуть не меньше тебя. Чего здесь стыдиться? Страх-это нормальная человеческая реакция, не имеющая никакого отношения к полу и возрасту.
Смотрю на него и не понимаю, что хочу сделать. То ли ударить за то, что такой умный, то ли обнять за то, что отнесся весьма человечно. Я бы сказала даже слишком человечно. И это странно.
— Ладно, поспи немного. Хочешь сегодня вечером заберем вещи, ну или я отвезу тебя в коммуналку, и переночуешь там?
— Сегодня заберем, — выпаливаю я, совершенно не задумываясь.
— Хорошо.
— Спасибо.
— За что?
— За все.
Игорь лишь пожимает плечами, и молча выходит из комнаты, прикрывая за собой дверь. Опрокидываю голову на кровать и почему-то неосознанно улыбаюсь, и дело точно не в выпитом ранее вине. Надо просто не искать проблем на свою задницу и принять с благодарностью то, что подкидывает мне жизнь.
Если бы я только знала, что меньше чем через полгода я по уши втрескаюсь в этого невозможного во всех смыслах мужчину, я бы сверкнула пятками хоть сейчас.
Глава 18
Положил записку под дверь спальни, а сам выбежал из дома, словно меня охватили языки пламени. Пройдя несколько шагов, понял, что вышел без верхней одежды, и несмотря на пронизывающий ледяной ветер мне не холодно, более того, могу с уверенностью сказать, что мое тело полыхает. И это не результат внезапно возникшей простуды. Это чертова совесть вкупе с виной, которые сжирают меня, еще и, сука, сверху кислотой поливают. На тебе, Бессонов, сдохни уже.
Постояв минут пять под мелким моросящим дождем, смотря при этом в темные окна гостевой, ничего другого, как сесть в машину и поехать к Елене, я не придумал. Отвратительно, что какой-то бабе, так или иначе, я выворачиваю свою душу наизнанку. По-хорошему, мне надо ехать не к ней, а к Марине, только беда в том, что я снова боюсь туда ехать, но в этот раз не потому что боюсь, что ей стало хуже, а потому что страшно, что она меня осудит. Без слов и осмысленного взгляда осудит за то, что привел в наш дом какую-то девку, за то, что сказал, что не женат, да за все!
Не помню, как добрался до офиса и собственно до кабинета Елены. Та лишь окинула меня откровенно недовольным взглядом и буквально усадила в кресло.
— Игорь, если будете ходить с таким выражением лица, реально загребут в психушку. Осталось только взъерошить волосы и все-отправляем в стационар. Поверьте, вам там не понравится. Туалеты ужасные, да и контингент соответствующий. Вероятнее всего, своими разговорами вы оттуда выживете, если не всех, то большинство пациентов и работников, но унитазы, как и кровати ради вас не поменяют. Игорь, — Елена садится напротив меня, ставя стул так, что касается моих ног своими коленями. — По идее, в ответ вы должны были мне что-то ответить в вашем стиле. Случилось что-то страшное? — обеспокоенно интересуется она.
— Да. Я переел глицина.
— Ну слава Богу, вы тут. Не пугайте меня так больше. А если серьезно?
— Раньше я думал, что, учитывая все свои недостатки и особенности, я в общем-то не… плохой. Местами говнюк, но не так чтобы ужас… А час назад, после того, как я вышел из спальни своего дома, в который сам же притащил восемнадцатилетнюю девчонку, понял, что я дерьмо. Самое настоящее дерьмо. Ко всему прочему, я соврал этой девке и сказал, что не женат.
— Так, стоп, вы бросили девушку в своем доме перед сексом или после, и сбежали ко мне, потому что чувствуете угрызения совести?
— Да причем здесь секс?!
— А для чего вы тогда привели проститутку в дом?
— Господи, — вскакиваю с кресла и подхожу к окну. — Она не проститутка! Это та девушка, о которой я рассказывал. И если бы не ваш дебильный совет ей помочь, то я бы не поехал к ней и этого всего не было бы сейчас! В данную минуту я бы дочитывал Марине очередную книгу, а вместо этого я даже не был у жены! Впервые в жизни не был!
— Очень интересно. Я не говорила вам тащить девушку в дом, тем более в спальню. Я говорила ей помочь деньгами, обеспечить лечение по возможности. Дословно не помню, но там было что-то еще про заботу в целом. Как вы пришли к тому, что она вновь оказалась у вас дома?
— Я сам не знаю. Все свои слова и действия я не контролировал совсем. Когда я приехал к ней вчера вечером, я правда думал подкинуть ей денег. А вместо этого пришел в ее вонючую коммуналку и нес какую-то пургу. Я даже не знал с чего начать разговор, все порывался достать бумажник и кинуть ей деньги, поздравив с днем рождения. А потом понял, что у меня тупо нет налички. Какие-то несущественные копейки, которые даже стыдно предлагать и…
— И?
— И вместо этого спонтанно решил отвезти ее поесть. В процессе понял, что лучший для нее подарок-это обследование в медицинском центре. Сегодня утром я заехал за ней, и мы поехали в клинику. А после отправились в мой ресторан, я на ходу придумывал какое ей сделать предложение, чтобы не просто подкинуть ей денег, а делом ее занять и сошелся на том, чтобы она приходила ко мне три раза в неделю, убирала дом и возможно готовила. А когда приехали на место, я брякнул совершенно другое.
— Что?!
— Я предложил ей драить не туалеты, а место администратора или что-то вроде управляющего в моем ресторане. Но это полбеды, хуже она это место все равно уже не сделает. Я сказал, что жить она будет у меня.
— Теперь все стало относительно понятно.
— Это не все. До этого я говорил ей правду, что я женат. А после того, как она задала резонный вопрос, как она может жить со мной в одном доме с женой, я сказал, что…
— Что не женаты или вдовец.
— Первое, — поспешно добавил я. — Сейчас я понимаю, что это крах, не потому что соврал, а потому что уже подсознательно слабо верю в то, что верну Марину домой. Я ненавижу себя, просто ненавижу…
— Игорь…
— Я не смогу искоренить эту ненависть к себе, но и что самое странное, теперь не могу и Олесю выгнать. Мне ее жалко, по-человечески жалко, и она мне нравится. Да, чем-то, блин, нравится. Не могу понять, чем именно. Но это не то, о чем вы подумали.
— Конечно, дело не в сексе.
— Ваш подъ*б не удался.
— А мне кажется, удался. Вы беситесь.
— Я серьезно. Никаких видов я на нее не имею! Девка зашуганная и невзрачная, больше смахивающая на волчонка, тем более во всех видит насильников. И уж чего-чего, так секса мне от нее точно не надо. У нормального мужика она в принципе не вызовет никакого желания.
— Позвольте вам напомнить, что вы не очень нормальный, поэтому я не удивлюсь, если через какое-то время вы будете рвать на себе волосы от того, что хотите ее, но совесть вам не позволит поддаться своим желаниям.
— Такого не будет, хотя бы потому что я люблю Марину. Я просто не знаю, что делать. Говорить ей о жене я не хочу, это только мое. Но сегодня или завтра, а может через месяц, по крайней мере я хочу в это верить, я привезу Марину обратно, что мне тогда делать?!
— Ну это же элементарно, перед тем, как заберете Марину, поселите девушку в другое место. Если уж вам так приспичило ей помочь, снимите ей потом студию. В данном случае для вас это вообще не проблема. И все же, мне хотелось бы кое-что выяснить, присядьте, пожалуйста, обратно.
Нехотя возвращаюсь на место, и под прожигающим взглядом Елены, сажусь в кресло.
— Когда человек чем-то увлечен, это всегда хорошо. Вот только будем друг с другом честны. Вы не очень-то любите людей, мягко говоря, сторонитесь общения не только с незнакомцами, но и с хорошо знакомыми. Резонный вопрос, чего вы ждете от вынужденного соседства с этой девушкой? Ведь так или иначе, вы будете с ней видеться и общаться, даже если полдня будет проводить с Мариной.
— Ничего не жду, — не задумываясь отвечаю я. — Я просто хочу ей помочь, по сути, она еще ребенок.
— И все? Вы действительно не понимаете, что может быть между молодой девушкой, а она именно такая и вовсе не ребенок, коим вы хотите ее считать, и взрослым мужчиной, живущими в одном доме? — эмоционально восклицает Елена. — Тут так или иначе что-то да возникнет, будь она триста тысяч раз непривлекательной особой.