Промокшие насквозь (ЛП)

К тому времени, как я закончила, а желудок успокоился и вроде бы не собирался возвращать еду обратно, я снова захотела спать. Голова всё ещё болела, в ушах гудело, а солнце по-прежнему светило чертовски ярко.
Задернув шторы, с влажными волосами и в отельном халате я упала на кровать.
Меня разбудил раскат грома. Я пыталась посмотреть на телефоне сколько времени, но он был разряжен. Поставив его на зарядку около тумбочки, я посмотрела на прикроватные часы. Без десяти пять вечера. Я проспала большую часть дня, как убитая.
Зевнув, я быстренько оценила своё состояние. Голова болела меньше. Глаза стали менее чувствительными. Меня мутило, но уже не так сильно. А серое небо и штормовая погода просто идеально подходили под моё настроение.
По крайней мере, из-за дождя, никому не покажется странным, что я полдня просидела в номере, ни с кем не общаясь. Надев штаны для йоги и безразмерную футболку, я распахнула шторы, чтобы полюбоваться штормом, и снова взяла телефон. На нём уже было достаточно заряда для включения.
Как только он включился, мне посыпалась тысяча уведомлений. Восемнадцать сообщений и семь пропущенных звонков. Все от Ру.
Встревоженная, я открыла сообщения и начала читать их одно за другим.
«Позвони мне».
«Немедленно».
«Почему ты не отвечаешь?»
«Нам нужно поговорить».
«Ты в порядке?»
«Не беспокойся, мы исправим это».
«Рррр, ответь, наконец».
«Сэди! Это важно!»
«Что ты наделала?»
Я не стала тратить время на чтение остальных.
Выбрав номер Ру, я нажала на вызов и стала ждать, когда нас соединят.
— Сэди?! — её хрипловатый голос был на октаву выше обычного, и моё сердце бешено застучало в груди.
Чтобы не случилось, это не было хорошо.
— Ру? — я сильнее сжала в руке телефон. — Что случилось?
— Ты ещё не смотрела? Не видела их?
Я нахмурилась.
— Не видела, что?
Она сделала глубокий вдох, замолчав, а затем прошептала:
— Твои фотографии в обнажённом виде, опубликованные в сети.
Я уронила телефон. Он ударился об тумбочку, прежде чем упасть под кровать, всё ещё находясь на зарядке.
Я упала на четвереньки и потянула за провод, а затем села на пол и приложила его обратно к уху, прислонившись к кровати.
— Что ты только что сказала?
— Проверь почту, я сбросила ссылку. Нам нужно...
Я сбросила вызов. Мне больше не нужно было ничего слышать.
Ник.
Чёртов Ник.
Как он мог? Я доверилась ему. Он отдал мне карту памяти, но технически на фотоаппарате была ещё встроенная память, которую можно использовать.
И он, конечно же, зря времени не терял, не так ли?
Загрузил и разместил эти фотографии меньше, чем за сутки.
И, чёрт, их уже увидели мои друзья?
Как, блядь, он это сделал, разместил их на моей страничке на Фейсбуке?
Сжав бесполезную карту памяти в руке, я бросила её на пол к ногам. Я схватилась за лампу на тумбочке, но она видимо была приклеена, потому что не сдвинулась с места. Вместо неё я вцепилась в часы и начала бить ими по полу снова и снова, пока пластик не разлетелся на тысячу осколков.
Почему все парни обманывают меня?
Почему я не могу доверять правильным людям!?
Неужели у меня на лбу написано: «Идиотка, умоляющая воспользоваться собой»?
Снова стукнув по полу самым большим осколком от поломанных часов, я поранила палец. Поморщившись, я посмотрела на разрезанную плоть. Когда из раны выступила кровь, я засунула палец в рот, слёзы текли по щекам.
Я позволила себе утонуть в жалости. Отпустив реальность, прижалась к коленям и разрыдалась, пока звуки грома и дождя заглушали мои крики.
Когда буря стихла, так же, как и мои всхлипывания, слёзы продолжали беззвучно течь по моим щекам, отказываясь останавливаться. Моё дыхание было всё ещё неровным, словно я пыталась найти в себе смелость, чтобы открыть письмо от Ру. Будто мне действительно нужно было увидеть эти личные интимные моменты, которые теперь предоставлены для обсуждения.
Об этой силе и власти он говорил? Жаль, что он забыл упомянуть, что потом ей же и воспользуется.
Я залезла на кровать, где лежал мой ноутбук. Где были доказательства для моего публичного уничтожения. Внезапно, компьютер превратился в гадюку, поджидающую момента моей наибольшей слабости, чтобы укусить меня.
Глаза жгло, и я попыталась проморгать и сфокусировать зрение. Включив ноутбук, ощутила, как бешено бьётся сердце о рёбра. Я нервно забарабанила пальцами по спинке кровати, в ожидании, когда он полностью загрузится.
Я замерла, наведя курсор на значок электронной почты, зная, что находящееся внутри письмо уничтожит меня. Сломает ещё сильнее, чем уже сделал Уэст.
Закусив губу, я открыла почту, а затем перешла по ссылке в письме Ру, тема которого гласила: «СРОЧНО!»
В моём браузере загрузился популярный порно сайт. Один из самых популярных, которые я знала, его пошлый логотип высветился в углу моего экрана.
В верхней части страницы я увидела надпись «Топ-аматоров»[1], и себя, раскинувшуюся на кровати, внизу экрана на лодыжке чётко виднелась татуировка бумажного самолётика.
Но не это заставило моё дыхание сбиться. Не это заставило мою руку сжаться в кулак. Не это заставило меня сощуриться.
Нет, кровать на экране не была застелена чёрными шёлковыми простынями и окружена балдахином.
На мне не было красного белья.
И я была не одна.
Рядом со мной, со скрытым лицом, но с фирменной усмешкой, растянувшись, лежал мужчина, о котором я не думала несколько месяцев. Его ноги были переплетены с моими, и он посасывал мою шею, сжимая рукой ягодицы. Моё лицо обращено к нему: глаза закрыты от удовольствия, рот слегка приоткрыт.
Первый мужчина, который сломал меня.
Ашер Сноуден, бывший парень, которого я оставила позади, сбежав на остров Рейнольдс. Ублюдок, чью технику я уничтожила, бросив в наполненную водой и пеной ванну. Парень, который собирался сделать мне предложение, прежде чем я узнала, что он не просто спит с моей ассистенткой, но также, как и меня, снимает её на видео.
А потом делится видео со своими друзьями.
И, если это всё не было всего лишь кошмаром, со всем этим гребаным миром тоже.
[1]Любитель (буквальный перевод с фр. Amateur; лат. amator, от лат. amo — любить, быть довольным, иметь обыкновение, быть склонным) — непрофессионал в каком-нибудь деле, «занимающийся чем не по званию, а по призванию, любви, охоте, наклонности»
Проморгавшись, я пробежалась глазами по экрану. Мигающий красно-жёлтый баннер большими буквами гласил: «Конкурс». Десять тысяч долларов получит лучший аматор за своё домашнее порно видео, если оно насобирает наибольшее количество голосов. Насколько я поняла, конкурс сузился до десяти участников.
И я фигурировала в двух видео.
Ребекка, моя бывшая ассистентка, - а теперь, скорее всего, новая девушка Ублюдка, - тоже принимала участие в конкурсе, в видео под названием «Грудастая брюнетка любит анал».
Оригинальненько.
Мои же назывались «Ненасытная блондинка» и «Блондинка любит грубости».
Тридцать шесть минут и двадцать три минуты. Почти час.