Промокшие насквозь (ЛП)

— Нужна помощь?
Я покачала головой.
— Всё в порядке, но спасибо. Не хочу тебя задерживать.
Он пожал плечами и увеличил скорость на беговой дорожке. Я наблюдала за ним краем глаза, но после нескольких песен вошла в ритм и полностью о нём забыла.
Мои мысли непроизвольно вернулись к Уэсту. Интересно, что он сегодня делает? Скучает ли по мне? Ощущалась ли его кровать такой же пустой, как и моя этой ночью? Я перенеслась в параллельную реальность, в которой я не замираю, как олень в свете фар на дороге, когда вижу Уэста, несущего Обри на руках, а где я противостою им, и он любезно выбрасывает её за борт, хватает меня в охапку, и мы отправляемся на Карибские острова. Параллельную реальность, где газеты опубликовали бы сенсационную новость о том, как Обри Перотти появилась на публике без красивого макияжа, и как из-за аллергической реакции на солнцезащитный крем, кожа её лица от носа до лба была обезображена, напоминая фаллический символ. Люди за спиной начали бы называть её Членоголовая, и я больше никогда бы её не видела.
Чёрт, никогда. Потому что я была бы занята. День ото дня мои громкие вздохи и крики получали бы всё большую огласку на пристани, где мы останавливались, становясь легендой. Выигрышный лотерейный билет превратился в долгую поездку, и спустя месяц мы бы уже праздновали свой медовый месяц в тропиках под звёздным небом с большим свадебным тортом Криспи Крим, после чего предавались незабываемому сексу. Я бы составила Гамби (прим. персонаж мультсериала Приключения Гамби) серьёзную конкуренцию своим завидным просветом между бёдрами и смогла испытать кучу оргазмов.
Я вздохнула.
Три мили спустя, да-да, знаю, грёбаная совесть, я сделала необходимые фотодоказательства на свой телефон и свалилась на маты, тяжело дыша.
Откуда ни возьмись, надо мной нависло обеспокоенное лицо Ника, пот капал с его подбородка прямо на меня. Я моргнула от удивления и, поморщившись, стремглав отодвинулась подальше.
— Я из-за тебя промокну! — да, знаю, я и так была мокрой после тренировки, но его пот, капающий на меня - ужасно отвратительно.
— Ну, наконец, ты признала это, — он пробежался взглядом по моему потному телу, задержавшись на тяжело вздымающейся груди. — Похоже, у тебя и дыхание сбилось из-за меня.
Я закатила глаза, но приняла его протянутую руку и позволила поднять себя на ноги.
Держась для равновесия за ближайший тренажёр, я прижала ногу к попе и начала растягивать мышцы.
— Ты всё ещё здесь, — ну прям Мисс Очевидность, блин.
Он ухмыльнулся.
— Я наслаждаюсь видом.
Я проигнорировала его и поменяла ноги. Если наблюдать за тем, как я занимаюсь, для него лучший вид на всём курорте, то ему срочно нужно проверить зрение. И изменить направление деятельности.
Вновь открыв письмо Тео, я ещё раз просмотрела упражнения. В этом спортзале не было зеркал, как я привыкла, но они были и не нужны, чтобы проверить физическую форму. Вместо этого, большие окна от потолка до пола открывали вид на океан, придавая тренировке ещё более умиротворённую атмосферу.
Я взяла небольшие гантели и начала наказывать свои трицепсы за съеденный кусок торта вчера за ужином. Тренировка рук - отстой.
Полчаса спустя, принявшись в последний раз разминать свои измученные мышцы, я осмотрела зал. Ещё два человека тренировались с искренней радостью на лице. Уф. Это были трудоголики. И Ник был всё ещё тут, со своей дорогущей камерой, направленной прямо на меня.
Я выдернула наушники из ушей и рефлекторно закрыла лицо руками, блокируя снимок.
— Что ты делаешь?
Он опустил фотоаппарат, переключил его на дисплей и протянул мне.
— Я думал, это очевидно, — его усмешка была абсолютно мошеннической.
Нахмурившись, я просмотрела около двух десятков моих снимков. Он фотографировал меня так, как я вчера фотографировала Грэди. Изгиб моей руки, когда я тянусь за гантелей. Сильные линии моего позвоночника, когда я делаю выпад. Мой напряжённый подбородок на каждом вдохе.
И я выглядела... горячо. Даже больше, чем горячо, я была сильной, подтянутой… сексуальной.
Я была потрясена. Это не то, что я привыкла видеть в зеркале.
— Я хорош, не так ли? — он навис над моим плечом, рассматривая фотографии вместе со мной. Но его эго всё испортило.
Развернувшись, я впечатала камеру ему в живот.
— Я не давала разрешения снимать меня.
— А я не спрашивал, — он озорно повёл бровями.
Я провела рукой по лбу, пот стекал с меня ручьём. Я чувствовала себя усталой и липкой. А также от меня воняло. Его фотографии выглядели так, будто я пришла из альтернативной вселенной, - вся чопорная, блестящая, сидящая на диете Палео, а также высыпающаяся каждую ночь. Было круто, но это не правда.
— Ай-яй-яй, Ник. Нам нужно прояснить некоторые правила прямо сейчас?
Он посмотрел на камеру, затем на меня, в его глазах плясало озорство.
— Я скажу тебе вот что. В следующий раз, когда я буду делать твои сексуальные фотографии, ты сама попросишь меня об этом. Хорошо?
Я рассмеялась.
— И что заставило тебя подумать, что я когда-нибудь сделаю это? — я вылила оставшуюся воду на себя и вытерла шею полотенцем.
Он наклонился и, понизив голос, сказал:
— Потому что, я думаю, тебе нравится то, как я вижу тебя. И тебе нравится чувство, которое возникает из-за этого знания. Я вижу тебя сексуальной, влажной...
Я ударила его своим сексуальным, мокрым полотенцем и сузила глаза.
Он усмехнулся.
— Встретимся на завтраке через полчаса. Сегодняшний урок включает в себя еду.
На завтраке был шведский стол, и после изнуряющей тренировки Тео, я навалила себе полную тарелку еды, тщательно избегая блинчиков, потому что они заставляли меня думать об Уэсте, и о том, как он готовил их для меня.
Я села возле Ника, который уже уплетал свой омлет, официантка принесла мне кофе и стакан апельсинового сока. Я собиралась сказать, что не заказывала сок, но она уже исчезла. Когда я посмотрела на стол, то увидела, как Ник странно смотрит на меня.
— Что? — спросила я.
Он указал вилкой на мои напитки.
Между моей кружкой с кофе и апельсиновым соком лежал аккуратно сложенный бумажный самолётик.
Он начал тянуться к нему, но я быстро схватила его, и, удостоверившись, что подписан он почерком Уэста, засунула в карман своих шорт цвета хаки.
— Это принёс официант? — я уставилась на него, волоски на моём теле встали дыбом.
Он посмотрел вокруг, прожёвывая яйца.
— Думаю, да. Этого не было здесь, когда я пришёл.
Как они узнали, как найти меня? Как он всё это провернул? Я закусила губу и осмотрелась. Всё выглядело как обычно.
— А он молодец, — слова Ника вернули меня к реальности.
— Кто молодец?
— Он. Парень - бумажные самолётики. Это очень хороший ход.
— Как ты узнал, что это от парня?
Он многозначительно посмотрел на меня.
— А от кого же ещё? Твоей феи-крёстной? — хихикнул он.
Я провела рукой по карману, ощущая, как самолётик мнётся.
— Это от идиота? О котором мы говорили в самолёте? Тот, что слишком туп, раз потерял тебя?
Я кивнула, а затем откусила от французского тоста, даже не чувствуя вкуса.
Ник выгнул бровь.
— Может, не такой уж он и идиот.
— Мы можем не говорить о нём? Я хочу хотя бы попытаться насладиться завтраком.
— Ооо, обидки.
— Разве ты не хотел поговорить о еде?
— Да. Хотел, — он пристально изучал меня пару секунд, скорее всего, решая, продолжать давить на меня из-за самолётика или нет. И, должно быть, выражение моего лица убедило его не делать этого. — Сегодняшний урок посвящён еде и тому, как нужно фотографировать момент её поедания. Это должно быть изящно и красиво, а не будто корова жуёт траву. Здесь очень тонкая грань.
— Урок? — я опустила вилку и сжала салфетку у себя на коленах, делая глубокий вдох. — Я что, какая-то благотворительность? Что ещё за урок? Я думала, нас двоих наняли для работы? — мой голос достиг предела, как и моё терпение.