Честь и меч (СИ)

— Ваша мама отказалась смотреть на тело «убитого», сразу объявив, что вы живы и появитесь в ближайшие дни. Сердце матери не обманешь.
— Вот это да, — удивился Игорь. — Ну я побегу.
— Ваше Величество, — застенчиво спросил Серебровский, — Как вы ожили?
Игорь захохотал от такого вопроса. Он дружески кивнул Серебровскому и побежал через ступеньку по лестнице. Смешной граф.
Однако, сейчас он должен задуматься о другом. Ох и намучается он со строптивым Магистром Сарматовским! Но как там в Совете? Хоть граф и рассказал, но очень коротко. А потом, он не член Совета и мог рассказывать только слухи, выходившие за двери.
Он поднялся только на второй этаж, когда навстречу к нему вылетел Архиепископ Новгородский.
— Ваше Величество! — вцепился он в него. — Мне надо поговорить с вами.
— Но я…, - начал Игорь неприязненно глядя на него. Что-то он его назвал титулом, от упоминания которого у него раньше сразу пена на губах появлялась.
— Я хочу предложить вам сделку, — не дослушал его Архиепископ. — Я помогу вам быть избранным. Или даже так — я не буду вам мешать быть избранным, а вы не будете мне мешать остаться Архиепископом. Как?
— М-гм, — ответил Игорь.
— Подумайте, Ваше Величество, о судьбе Ордена. Кругом нечисть, а тут еще западные государства тянут к нам свои жадные руки. В этот миг Орден должен быть единым. У меня много людей. Вы, конечно, победите, но сколько прольется крови.
Игорь задумался. Архиепископ явно проиграл. Вон как глазки бегают. Но если продолжить его топить, то появится много вони. С другой стороны, он прав. Архиепископ имеет сторонников. У него столько слуг, в том числе и вооруженных.
— Хорошо, — вздохнув, сказал он. Надо бы посоветоваться с Митрополитом Ладожским, прежде чем сказать «да». Но как это сделать — Архиепископ с преданность старой шавки стоит рядом и ждет своей кости.
Архиепископ облегченно вздохнул.
— Вы найдете в моем лице самого преданного слуг, — пообещал Архиепископ и стремительно повернулся, чтобы побежать обратно в Зал Заседаний.
— Подождите, — небрежно остановил его Игорь, — торопыга вы такой.
Архиепископ вопросительно посмотрел на него.
— Я даю гарантии от своего лица, но с Магистром Сарматовским договаривайтесь сами.
Тень набежала на лицо Архиепископа. Он понимал, что с Магистром разговор одними словами не закончится.
— Договорюсь и с ним, — приободрился Архиепископ, — Магистр христианин и не будет убивать такого же христианина.
И он поспешил наверх.
Игорь задумчиво посмотрел ему вслед.
Так что же случилось в Зале Заседаний без него?
  
Глава 8
 
Вчерашнее утро Митрополит Ладожский встретил тяжело. Стучало сердце, рот был наполнен горечью, руки тряслись. Он знал из старых, доорчьих книг, что должен был умереть уже несколько лет назад, если б не Зона. Зона держала, вытягивала своими целебными свойствами. Но все-таки было тяжело.
Он тяжело встал, кое-как умылся. Оделся с помощью служки — такого же старого, почти друга, с которым не расставался уже пятьдесят лет.
На душе царил хаос и предчувствие чего-то страшного. Архиепископ Новодмитриевский распускал слухи с помощью своих людей о поражении отправленных легионов. Но это политика. Он не верил им. Хотя сердце сжималось в предчувствии чего-то дурного.
С этим чувством он пришел на Совет Магистров. И как оказалось, не зря. Едва он открыл Совет, слово немедленно опросил Архиепископ Новодмитриевский.
— Ваши Милости, Ваши Преосвященства, — начал он, — позвольте мне сказать вам черную весть, принесенную мне из магистрата. Столичные рыцари, отправившиеся волонтерами вместе с легионами и уцелевшие в бите, привезли тело сына покойного Владимира Красивого Игоря.
— Как? Неужели он все-таки погиб? Как это случилось? — раздались удивленные и встревоженные вопросы Магистров и Митрополитов.
Архиепископ удовлетворенно улыбнулся, но спохватился и тут же нацепил постную мину.
— Я не знаю большего. Предлагаю Совету, если он соизволит, конечно, отправиться в Магистрат и там проститься с телом и опросить рыцарей.
Известие было самым тяжелым из всех со времени сообщения о гибели Владимира Красивого. И даже хуже. Тогда они знали — у погибшего Гроссмейстера есть сын. А теперь ветвь Кудрявцевых пресеклась. Что же будет с Орденом?
— Предлагаю всем отправиться в Магистрат, — севшим голосом предложил Митрополит Ладожский. Никто не возразил и Совет, едва начавшись, завершился.
Он с трудом спустился по лестнице во внутренний двор. Там его осторожно подсадили в карету. Остальные Магистры и Митрополиты тоже, в зависимости от своего здоровья, собирались кто на коне, а кто в карете.
— Господи, за что же ты нас так? — вздохнул Митрополит. В Зале Магистрата он увидел гроб с Игорем. Он был как живой, утопая в цветах, в окружении золота и серебра.
Митрополит постоял немного, а потом ушел. Он не мог стоять слишком долго — задыхался, глядя, как молодая гордость и надежда Ордена уходит, унося с собой его будущее.
Ордену конец. Не все ли рано, кто его возглавит. Все равно ему осталось существовать в лучшем случае несколько лет.
Заседание Совета Магистров продолжилось после обеда. Как и все ожидали, слово взял Архиепископ Новодмитриевский, развивший идею общего мира с нечистью. Но теперь у него появилась и новая нотка — он предложил заключить вечный мир с западными государствами.
— Зачем сохранять вражду между людьми, — разглагольствовал он, — давайте уступим в немногом и будет мир.
Эдакий пацифист со змеиным жалом в кармане.
То «немногое», о чем говорил Архиепископ, заключалась в принятии католицизма и отказа от суверенности. В любое другое время Совет решительно бы поднялся против. Но сегодня члены Совета возражали вяло — настолько был силен удар, нанесенный смертью Игоря Кудрявцева.
Архиепископ это видел и ковал железо, пока оно было горячо. Он подтянул к Замку стражников городской и привратной стражи, чтобы надавить на слабых и мятущихся. И приготовил еще один сюрприз.
— Господа, — объявил он через час после начала, пока члены Совета вяло перетирали жвачку заседания, — к нам приехал высокий посол Тевтонского Ордена с конкретными предложениями. Мы заслушаем его? — ехидно спросил он Митрополита Ладожского, понимая, что у того нет другого выхода, как согласиться.
Полномочным послом был, как и водится, рыцарь. Он прибыл с десятком рыцарей, которых оставил под стенами. Но по его тону казалось, что он прибыл со всем орденским войском — настолько он был тверд и категоричен.
Посол предложил объединить два ордена под руководством Великого Магистра Тевтонского ордена. Все рыцари Ордена Меченосцев становились тевтонскими рыцарями. Правда, для этого надо было принять два условия — стать католиком и дать клятву на веру Папе и обычаям Тевтонского ордена. Инквизиции предстоит много работы по чистке неверующих.
— А если нет? — спросил в гробовой тишине один из Магистров.
Посол тяжело вздохнул:
— Мне очень жаль, но тогда мы сотрем ваш Орден с лица Земли.
Тевтонец знал, о чем говорил. Понеся большие потери в войнах с нечистью, оставшись без Кудрявцевых, разделенные внутри Ордена, рыцари Ордена Меченосцев не устоят.
Посол был отправлен в гостевые комнаты, а члены Совета принялись обсуждать тяжелые условия.
Обстановка была такой, что в пору было броситься на меч, чтобы упокоится в земле, пока Орден еще существовал. Поэтому Совет ничего не решил, оставив принятие решения на завтра.
Архиепископ едва руки не потирал. В иную минут ему хотелось петь от счастья. Никто не подозревал, что их обманули, что приехавшие рыцари в унисон рассказывали о битве, не прошедшей в действительности, а сочиненной в канцелярии Архиепископа, что Игорь Кудрявцев до сих пор, скорее всего, жив. А вдруг убит?
Архиепископ согревался только ему пока известной вестью от ученых. Яйцеголовые, соединив известия рыцарей, пришли к выводу, что нечисть появляется вдруг в разных местах на территории Ордена с помощью пространственно-временного коридора-континуума, которые образуются с помощью некоторой техники и главное, — твари, обладающей свойствами создавать этот континуум. Убить ее невозможно, поскольку большей частью она находится в другом времени, а вот она сама может убивать и еще как…