Трон Знания. Книга 5 (СИ)

Впервые за двадцать пять лет за одним столом сидели монарх Тезара и хазир Ракшады. Четверть века правители двух держав играли друг с другом в молчанку. Не встречались, не переписывались, не поддерживали торговые связи. Не враги — недруги. Разрыв отношений произошёл из-за Порубежья, когда Моган, вопреки обещаниям, превратил нищую страну в колонию, в сырьевой придаток, в «лепрозорий» с дешёвой рабочей силой.
— Первая причина, по которой мы собрались, — начал Адэр, — это вопрос о признании зоны отчуждения независимым государством.
— Кто отделился? — прозвучал резкий голос.
— От территории Грасс-дэ-мора отделился полуостров Ярул.
— И вы позволили? — возмутился кто-то.
— Более того, я сам его отделил, — промолвил Адэр, боковым зрением следя за Великим.
Отец словно спал с открытыми глазами. Значит, был готов к такому повороту. Кто догадался и подготовил его? Трой.
— Причина? — поинтересовался кто-то.
— Эта часть страны сто лет существует обособленно. У населения давно сформировалась своя концепция пути исторического развития.
Сбоку прозвучало:
— Адэр, вы же знаете, как мы относимся к дроблению государств.
— Знаю, — кивнул он. — Я очень серьёзно подошёл к этому вопросу. И уверяю вас, это лучший выход и для Грасс-дэ-мора, и для народа, проживающего на полуострове. Они назвали свою страну Дэмор, сформировали техническое правительство. Мои люди проследили за законностью действий, помогли разработать политическую, экономическую и другие программы. И уж поверьте, мои специалисты в этом разбираются. И хочу довести до вашего сведения, что правители отвергнутых стран уже признали Дэмор независимым государством.
Толан IV облокотился на стол, почесал мочку уха:
— Семнадцать голосов у них есть. А надо сорок пять.
Моган протяжно вздохнул, привлекая к себе внимание:
— Тезар никогда не признает Дэмор и уж тем более не признает королевой плебейку.
— Плебейку? — переспросил кто-то.
— Королевой изберут Эйру Латаль, скандально известную особу, сбившую Порубежье с правильного пути.
— Не надо, — прошептал Адэр.
— Эйра Латаль значилась в списке персон нон грата, — продолжил Моган тоном, каким обычно читают студентам нудную лекцию. — Я позволил приехать ей на бал в честь дня рождения моего сына. Решил пообщаться с ней накануне торжества. Пообщался, понял свою ошибку и велел ей уехать. Возможно, она хороший человек, но среди простонародья. У Тезара высокие требования, она им не соответствует. И если мы признаем независимость Дэмора, мы будем вынуждены с боем и с болью, но признать плебейку королевой. Нам придётся мириться с присутствием овцы в стае львов.
— Великий, — проговорил Трой. — Она не заслуживает оскорблений.
Моган откинулся на спинку кресла, сложил руки на животе:
— Я хочу, чтобы мои товарищи по крови поняли, что задумал мой сын. Он вознамерился возвести простолюдинку на престол и жениться на ней.
Лица королей стали непроницаемы, взгляды холодными.
Лекьюр Дисан приподнялся:
— Адэр, скажите, что это неправда.
Моган не дал ответить:
— Да, Лекьюр, он вознамерился взять в жёны самозванку.
Дисан развёл руки:
— А как же соблюдение договорённостей? Адэр! Вы помолвлены с моей дочерью. И вы хотите променять её на чернь? — Опустившись на сиденье, окинул королей взглядом. — Вы верите тому, что здесь происходит?
Моган повернулся к Адэру:
— Ты считаешь, что наденешь корону и получишь безграничную власть? Трон — это испытание. Прежде чем получить власть, надо хорошенько попотеть. Спроси у любого из нас: сколько мы сил приложили, чтобы завоевать к себе уважение?
Адэр еле сдержал усмешку. Отец взошёл на престол в шестнадцать лет, подтянул к себе молодое поколение и метлой вымел стариков из Совета.
— Если Эйру изберут королевой… — еле слышно произнёс Трой.
Моган резко наклонился и хлопнул ладонью по столу:
— На троне Тезара плебейки не будет. Это говорю я, Моган Великий.
— Остановитесь, — сказал Трой вкрадчиво.
— Уйдите, Ваша Светлость! — повысил голос Моган.
— Вы меня прогоняете?
— Вы видите здесь старших советников? — Моган посмотрел по сторонам. — Я не вижу. Так почему вы здесь?
— Я пригласил, — сказал Адэр.
— Не надо за меня заступаться, Ваше Величество, — произнёс Трой и поднялся с кресла.
— Ваша Светлость, останьтесь, — попросил Адэр. — Это не единственный вопрос, который мы обсудим.
Немного помедлив, Трой сел.
Адэр открыл папку с документами, закрыл. Они затеяли какую-то игру. Расхождение во взглядах — это не просто так. Что они задумали?
— Кто желает признать независимость Дэмора? — спросил Адэр.
Заседатели молчали, с равнодушным видом взирая в пустоту. Иштар сидел, откинувшись на спинку кресла и соединив перед собой кончики пальцев. Самонадеянная, высокомерная поза.
— Следующий вопрос, — начал Адэр.
— Я признаю Дэмор, — откликнулся Толан IV.
Король Росьяра, видный, строгий. Его сыну Толану досталась внешность отца, но внутренним содержанием он пошёл в сластолюбивого деда по линии матери. Когда-то Толан IV назвал себя звеном в цепи. Говорил: «Куда «Мир без насилия», туда и я». А через месяц втихомолку прислал в Грасс-дэ-мор гуманитарную помощь.
— Может, объясните свою позицию? — прозвучал недовольный голос.
— Мне понравилась игра в орлов и цесарок, — сказал Толан IV и еле заметно кивнул Адэру.
Великий передёрнул плечами:
— Странное объяснение.
— Я тоже признаю Дэмор, — проговорила королева Маншера. — Считайте это женской солидарностью. Плебейке всё равно не взлететь, зато моя совесть будет чиста.
— Я признаю Дэмор, — отозвался князь Викун. — Мои предки на протяжении века помогали народу, проживающему на полуострове. Этот народ достоин свободы.
Дэмор признали ещё несколько королей. В итоге набралось тридцать два голоса. Адэр не сдержал улыбку. Для независимости страны голосов мало, но вполне достаточно, чтобы не чувствовать себя в этом обществе изгоем.
Адэр встал и произнёс высокопарным тоном:
— Люди у руля влияют на путь вселенной и входят в формулу единства. Колебания единства дают волны, формула искривляется, смешивает вопросы и вихри. На этом построена вселенская власть. И если я ношу герб с орлом — это не значит, что я сын Великого, а не мужчина.
Обвёл королей взглядом:
— Может показаться, что я изъясняюсь образно. Кто-то сейчас пытается найти смысл в моих словах. Не пытайтесь, смысловой нагрузки нет. Так говорят люди во время приступов психического расстройства, которое называется «шизофазия».
Двинулся вокруг стола, задержался возле кресла Лекьюра Дисана:
— Ваше Величество! Это вы или двойник? У настоящего короля на лице оспины, сейчас на вашем лице слой пудры.
— Адэр! Что вы себе позволяете? — возмутился Трой.
Артист с большой буквы!
— Если вы двойник, — продолжил Адэр, — передайте королю, что я не намерен откладывать женитьбу на Луанне. После моей коронации мы сыграем скромную свадьбу. И первым делом, после свадьбы, я прикажу вскрыть могилу наследного принца Норфала и посмотреть, кто лежит в гробу.
Застыл, старясь не выдавать волнения. Он доверился наитию Эйры. Чувственное восприятие никогда её не подводило.
— Адэр! — воскликнул Моган. — Это возмутительно!
Иштар постучал пальцами по папке. Лекьюр Дисан посмотрел на папку, провёл ладонью по губам:
— Я король Патрикурама.
— Говорите, пожалуйста, громче, — попросил кто-то.
— У меня не было приступов. Приступами страдал мой сын.
Лица королей вытянулись.
Адэр быстро вернулся на место, чтобы иметь возможность проследить за реакцией каждого человека, сидевшего за столом.
— С кем я общался, когда приезжал к вам в гости: с Норфалом или с его двойником?
— По-разному.
Во рту появилась горечь. Близкий друг поступил с ним подло. Вынудил проявлять искренние дружеские чувства к подставному лицу, обнажать душу, признаваться в слабостях и грехах.