Трон Знания. Книга 5 (СИ)

Эйра подписала разрешение на проведение выставки-продажи мебели, посуды и ковровых изделий, где продавцы и покупатели обязаны говорить только на тезе.
Прочла следующий документ. Крикс Силар решил заняться коренной реорганизацией искупительных поселений? Не разговор ли с Лугой побудил начальника секретной службы наконец-то покончить с беспределом?
Следующий приказ касался придворных и советников. Они почтят своим присутствием открытие города развлечений. Вместо Адэра едет Кангушар… Значит, он не увидит мост — гордость ветонов.
— Посмотреть на мост поедем вместе, — произнёс Адэр.
Вздрогнув от неожиданности, Эйра оглянулась. Глаза Адэра закрыты. Он прислушивался к шелесту страниц в её руках и считал, сколько раз проскрипела по бумаге ручка? Он помнит очередность документов. Что он за человек?
— На открытие города приглашена Луанна. Не хочу с ней видеться.
— Что сказал Великий? — спросила Эйра, складывая бумаги в папку.
— По поводу?
— О праве первой подписи.
Упираясь носком в задник ботинка, Адэр разулся. Умостил ноги на кушетке:
— Никто не звонил.
— Совсем никто?
— Совсем, — проговорил Адэр и улёгся набок. — Теперь чёрная папка. Там подписывать ничего не надо. Просто прочти.
Эйра открыла кожаную обложку, осторожно достала пожелтевший лист с потрёпанными краями, опасаясь, что бумага рассыплется в пальцах. Текст написан под копирку, буквы тусклые, местами смазаны. «Мы, нижеподписавшиеся, приняли участие в организации заговора…»
Дойдя до последней строчки, Эйра впервые за вечер ощутила взгляд в спину. Адэр даже знает, сколько времени уходит на чтение этого документа.
— Хотите узнать моё мнение?
— Да.
— Советчицу-моруну обвинили в исчезновении Зервана, в убийстве его наследника и в поджоге архива, — промолвила Эйра, языком ощущая холод собственного голоса. — Этот документ снимает обвинения…
— В поджоге, — вставил Адэр.
— Исчезновение, убийство и поджог взаимосвязаны! — произнесла Эйра, обернувшись. — И вы молчали? Почему? Потому что в этом замешаны короли? Потому что королей не судят?
— Потому что есть другой документ, — сказал Адэр спокойно. — Не отвлекайся.
Эйра прочла приказ о создании комиссии по установлению истины. Отложив лист, принялась за изучение отчётов. Работа комиссии заключалась не только в расшифровке истории слепого летописца, нарёкшего себя первым святым свидетелем. Участники исследования искали подтверждение фактам, описанным в тетради. Адэр несказанно помог им, объявив на праздновании Ночи Желаний о своём стремлении воскресить историю страны. В комиссию поступали раритеты столетней давности: письма, дневники, подшивки газет, гравюры и холсты.
Однако сейчас Эйру интересовал именно Зерван. Если Беала права, то она, жрица от Бога, прямой и единственный потомок династии Грассов. Почему её предок отказался от своей тайной жены? Почему его ребёнка бросили посреди пустоши на съедение диким собакам?
Беала ошиблась…
— Что тебя расстроило? — спросил Адэр.
— Первая жена Зервана родила в подземной тюрьме дочку. Девочка прожила всего несколько часов. Несчастная женщина.
— Незавидная судьба, — согласился Адэр.
Обернувшись, Эйра облокотилась на спинку стула:
— Здесь не всё. Где середина истории?
— Она не расшифрована. Летописец писал справа налево. На каждой странице два текста, которые относятся к разным периодам времени. Кое-где страницы залиты воском, чернила потекли, и приходится додумывать. И не забывай, тетради сто лет.
— Надеюсь, комиссия выяснит, почему он отправил беременную жену в тюрьму, — проговорила Эйра и, немного помолчав, произнесла: — Герцог Кангушар знает, что его прадед заговорщик?
— Они все знают.
— Зачинщик — король Партикурама.
Адэр кивнул:
— Так и есть.
— Не вините Кангушара. Он хороший человек. С высокомерной блажью, но хороший. И князь Викун хороший человек.
Запрокинув голову, Адэр рассмеялся:
— Я обозвал его правнуком бумажного клопа.
— Как оказалось, клоп всю жизнь искупал вину, — улыбнулась Эйра, глядя на подрагивающий кадык, на крепкую шею и упрямый подбородок. — Думаете, он просто так потребовал земли? Нет. Он закрыл своим княжеством дорогу через перевал, чтобы спасти морун. Он, его сын и внук, а теперь правнук помогали тем, кто живёт за долиной Печали. Постарайтесь найти с ним общий язык. Я не знакома с Викуном, но моруны его уважают. Значит, он хороший человек. И мне кажется, что герцог и секретарь Зервана случайно оказались среди заговорщиков.
— Я в этом не уверен.
Эйра встала и, поддавшись внезапному порыву, приблизилась к кушетке:
— Подвиньтесь.
Изменившись в лице, Адэр вжался в бархатную спинку.
Эйра легла рядом:
— Я вас смущаю?
— Боюсь дышать, — прозвучал охрипший голос. — Твой запах сводит с ума.
Эйра улыбнулась. Тело стало невесомым, вместо рук крылья, душа, как парус, затерялась в облаках.
— Сейчас я всё испорчу, — сказал Адэр и навалился сверху.
Он целовал её горячо, страстно. Стискивал плечи и руки, сжимал в ладонях лицо. Вглядывался затуманенным взором ей в глаза и вновь открывал губами её губы. В какой-то миг отстранился:
— Я на грани. Надо остановиться. — Откинулся на подушку. Сделал несколько глубоких вздохов. — Где проведём первую брачную ночь?
Упиваясь долгожданным приливом сил, Эйра подсунула ладошки под щёку:
— В своих мечтах я не дошла до этого момента.
Она смогла бы выпорхнуть из окна и всю ночь кружить над садом. Жаль, что она не птичка, а всего лишь моруна, которой надо сдерживать свои желания.
— Мне лучше уйти, — проговорил Адэр и, перебравшись на край кушетки, стал надевать ботинки. — Где состоится церемония бракосочетания?
— Об этом я тоже не думала.
— Не хочу в храме, не хочу в замке и во дворце не хочу. В четырёх стенах мало места для счастья.
— Под открытым небом?
Выпрямив спину, Адэр провёл ладонями по ногам Эйры:
— Между небом и землёй. Согласна?
Наслаждаясь теплом его рук, она прошептала:
— Вам лучше уйти.
Ночь прошла тихо, спокойно, хотя Эйра ждала, что Адэр пустится во все тяжкие. Утром надела новое платье, прогулялась по коридору. Забраковала очередную историю Алфуса. Вместе с Кенеш, шутя и напевая, освободила шифоньер от ненужных вещей. Встреча с Адэром началась с поцелуев. Эйра подписывала документы, а он стоял сзади, перебирая её волосы и поглаживая плечи. До глубокой ночи они провалялись на кушетке, выбирая место свадьбы: в горах или на берегу моря, в роще или посреди цветущего луга. Эйра спросила: «А вдруг будет зима?» Адэр стал придумывать зимний брачный наряд, делая на листе наброски. Эйра смеялась, а внутренний голос упорно твердил, что их мечтам не суждено сбыться.
Шли дни. Макидор пошил другое платье, потом пошил третье. Эйра гуляла по саду, беседовала с придворными, выслушивала истории Алфуса, ждала Адэра, а распрощавшись с ним, подходила к зеркалу и смотрела на своё отражение. Тело расцветало от счастья, а в глазах тоска.
Адэр предложил съездить в Лайдару и встретить Альхару. Потом, если она будет хорошо себя чувствовать, они могут поехать в город развлечений и посмотреть на мост, который произвёл на дворян, побывавших на открытии, сногсшибательное впечатление. Орэс Лаел, подловив Эйру в саду, похвастался, что подписаны договоры на строительство адэрского моста в столицах Росьяра и Бойварда.
Накануне запланированной поездки в Лайдару Алфус рассказал Эйре историю, обнаруженную в записях прадеда. Прадед, известный ветонский доктор, подрабатывал в подземной тюрьме, где содержали заговорщиков и изменников родины. Работа несложная: констатировать смерть заключённых. Как-то посреди ночи к нему прибежал надзиратель: в подземелье родился ребёнок. Тюремщики не входили в камеры, поэтому никто не знал, что у них под носом находилась беременная узница. Доктор осмотрел мальчика, оказал роженице помощь и ушёл. А днём его снова вызвали: младенец скончался. И какового же было его удивление, когда вместо мальчика он увидел девочку. Кто-то подменил ребёнка, притом подменил в спешке, не заботясь о поле мёртвого младенца. Доктора допросили. Ничего не добившись, взяли с него расписку о неразглашении.