Проникновение (СИ)
– Мужики, – обратился я к вышедшим Саше и Сергею, – занесите рюкзак, еле доволок.
Сергей, физически сильный, подхватил рюкзак один, крякнул, оценивая его тяжесть. А я замешкался, возясь с лыжами, после чего зашел на кухню. Не распакованный рюкзак лежал на полу, а вокруг теснились любопытствующие индивиды. Не стал мучить их, рассказал обо всем. Резюмировал свой рассказ:
– Дня через три они приедут снова с продовольствием и желанием зарегистрировать всех нас. Так сказать, пропишут и выдадут паспорта. Государство было, есть и будет в любом случае и в любых условиях.
Лиза больно дернула меня за уши, но потом ласково погладила по голове, извиняясь.
– Надо самим налаживать связи, – сказала она очевидное.
– Надо, – согласился я, – давайте посмотрим, что нам в подарок отправили.
Полицейские не поскупились. В нескольких пакетах находились с полкилограмма соли, специи, в бумажном пакете – килограмм песка. А еще гречка, макароны, рис, сухари, початая буханка хлеба.
– Ого, – Саша энергично потер ладони, – сегодня у нас будет пир. Давно макарон не ел.
– Маловато, – грустно сказала Света, – все равно придется сварить щи, и немного риса, круп и макарон в виде гарнира к жаркому.
– Можно бы хоть завтра отправиться в город. Но лучше подождем три дня, – предложил я, – а вот если не приедут, тогда точно отправимся в огород. Отыщем какую-нибудь оказию. А пока будем увеличивать наши запасы. Полицейским здесь не запрещают заниматься бизнесом – продадим мужикам, я договорюсь. Или, получив документы, сами наладим торговый канал. Но для этого нужно заготовить как можно больше мяса и рыбы.
Работая по этой программе, мы прорубили большую полынью и практически черпали оттуда рыбу большим черпаком. Сергей и Саша, идя следом за моими кровожадным наставлениями, натаскали полсотни больших рыб: щук, окуней, голавлей.
Со зверями было труднее. Идти в довольно холодную пору по снежному насту, проваливаясь по колено, никому не хотелось. Помог случай. Мы с Сашей, прочесывая последние нетронутые закрома магазинов и возвращаясь, не солоно нахлебавши, прямо на сельской улице напоролись на стадо кабанов. Звери были хорошо видны, многочисленны и агрессивны. Вожак на миг засомневался, надо ли бежать или лучше напасть. За это время я смог забить шестерых подсвинков. При этом здоровенного борова – вожака стада я специально не тронул. И племенного самца было жаль и тащить стокилограммовую тушу не хотелось. После такого кровопускания стадо с визгом и ревом пустилось прочь.
Отправил Сашу за тачкой и Сергеем, а сам остался с убитыми кабанами. Как оказалось, не зря. Едва Саша ушел, из ближайшей подворотни показалось три волка. Озлобленно рыча и показывая мощные зубы, они попытались отогнать меня. В итоге я убил молодого самца, а двое оставшиеся сбежали, оценив уровень опасности.
Мужики стали возить подсвинков, а я на месте освежевал волка, сняв шкуру. Волчье мясо, противное на вкус, оставил для местной фауны в качестве компенсации.
В общем, несколько дней резали, варили, коптили в поте лица, ожидая гостей.
Полицейские не подвели. На третий день около полудня к дому подошел вездеход. Меня опять кольнуло любопытство – как он ездит, если все механизмы вышли из строя? Нет, понятно, с помощью магии, других вариантов не существовало, но технология модернизации мне не давалась. Все же я гуманитарий.
Герасим неистово залаял, домочадцы зашумели, радуясь визиту, полицейские загалдели, как дети на рождественской елке. Шум был еще тот. Я бы на месте зверья на всякий случай очистил десятикилометровую зону.
С трудом навел порядок. Мужики принялись помогать полицейским разгружать мешки с продовольствием, девчонки направились на кухню – согревать приготовленный торжественный обед. Ко мне подошли капитан Зеленцов и лейтенант Афанасьев с незнакомцем, несшим толстую картонную папку.
– Антон Михайлович Никитин, начальник отдела распознавания городской администрации, – представился он. Помолчав, добавил: – старший брат, вице-директор Ордена Чести. Где бы мы могли поговорить?
Я отвел их в парадную залу – комнату чуть больше по размерам, где уж был развернут складной стол в ожидании первых блюд.
– Прежде всего, позвольте мне исполнить обязанности муниципального чиновника и зарегистрировать вас как граждан нашей Республики, – объявил Никитин.
Он вытянул из папки лист анкеты, протянул карандаш. Я без промедления выложил сведения о ФИО, годе и месте рождения, работе до появления аномалии. Но когда дошел до текущей жизнедеятельности, немного запнулся. Никитин помог, предложив поставить в графе текущая профессия «траппер», то есть охотник. И тут же предупредил, что надо взять патент стоимостью 1 рубль пятьдесят копеек. Остальных мужчин тоже лучше оформить трапперами, а женщин – домохозяйками. За них платить не надо.
М-гм, а откуда мы возьмем деньги?
– Не беспокойтесь, Игорь Савельевич, – успокоил меня Зеленцов, поняв мою мимику, – я продал внутренности дракона, которого вы назвали лиданом. По нашим меркам, вы – богатей.
Успокоившись, продолжил описание своей жизни. В графе магия – есть/нет я уверенно ответил есть, но когда Никитин задал вопрос – какая категория мага – слабая, средняя, сильная, я задумался.
– Сильная, – уверенно сказал Афанасьев. А Зеленцов добавил: – я бы сказал сверхсильная. На уровне директората.
Никитин удивился. Видимо, ему не сообщили такие детали.
– Напишем выше среднего, – решил он, вынул жетоны, поставил на них магические метки специальной магической печатью, – городу хватит и такой информации. Нечего раскрывать наши тайны. Возьмите документы. Леонид, ты хотел отдать деньги?
– Да, – потянулся Зеленцов к сумке, которую принес с собой.
– Я пока пойду других оформлю побыстрее, – решил Никитин, пожаловался: – такие запахи пищи разносятся, слюной захлебнуться можно после наших растительных «разносолов».
Запахи были действительно соблазнительные даже для меня, а уж у наших гостей наверняка начались колики в желудках от ароматов приготовленных мяса и рыбы.
– Кстати, – Никитин, почти ушедший, обернулся ко мне, – а у вас еще есть люди с магическими способностями?
Мне было не до него. Зеленцов высыпал прямо на диван гору денег. Чтобы отвязаться, я выпалил одной короткой фразой:
– Есть у Лизы, Маруси, Герасима.
Пусть разбирается. Никитин хмыкнул, удивившись большому количеству людей с паранормальными способностями, а я уже внимал Зеленцову. Тот отрапортовал, что внутренности лидан были проданы чуть дороже, чем он предполагал, за пятьсот сорок рублей – подвернулся покупатель, которому было крайне важно получить сердце для приготовления магической настойки. Из этой суммы пятьдесят четыре рубля комиссионные, им, посредникам, десять рублей с копейками – налоги. Мука стоила семь копеек килограмм, крупы от трех до девяти, соль четыре, сахарный песок – шесть и т. д. Итого затрачено на продовольствие тридцать семь рублей. Еще два рубля ушло на покупку боеприпасов. Таким образом, мне предстояло получить четыреста тридцать девять рублей.
– Вот это, – показал Зеленцов на пластину с цифрой сто и с какими-то клеймами – физическими и магическими, – гривна стоимостью в сто рублей. Остальная рублевая масса представлена рублевыми и десятирублевыми монетами. Гривна и рубли делаются из серебра, десятирублевки – из золота. Все монеты меньше рубля – из меди.
Я посмотрел на монеты. С одной стороны, был прописан номинал, с другой, – двуглавый орел. Впервые держал в руках такой большой кусок серебра.
– Здорово! – искренне удивился я, – а драгоценные металлы откуда взяли, с Большой Земли привезли?
– Что ты! – Зеленцов махнул рукой, – на Большой Земле такие металлы находятся в руках государства, а то, похоже, уже списало нас. Только частники – коммерсанты спасают, но, как ты понимаешь, тоже не из благородных побуждений, а из наживы. Основная часть металлов досталась из хранилища Сбербанка, из ювелирных магазинов. Знаю, что сейчас организуются закупки у торговых партнеров. Но ты не думай, что серебряных и золотых монет надо много. Это ты за минуту заработал почти полтысячи, а обычные работяги получают в месяц от рубля до пяти. Зарплата в три рубля считается нормальной. И получается она не рублями, а медными копейками. Вот смотри.