А не пора ли мне в ОТПУСК?! (СИ)
— Не пойдёшь их приветствовать?
— А оно мне надо? — С лёгким недоумением ответил я на вопрос девушки, пригубившей бокал шампанского. Да, подросткам в этом мире позволялось пить, но только в компании родителей. Да и алкоголя в этой шипучке было не больше, чем в хорошем квасе. — Такие знакомства — последнее, что меня интересует в этой жизни.
— И твой род не настаивает?
— Здесь и сейчас я присутствую как сын представителя гильдии алхимиков, а не как иллити. — Я оценивающим взглядом пробежался по поднесённым слугой закускам, но в конце решил всё-таки не есть. Во-первых, там порции на один зубок, а во-вторых высокая кухня мне никогда особо не нравилась. Есть можно, но чего-то особенного я в ней не видел. — А что, моя компания тебе уже надоела?
— Конечно же нет! Среди всех здесь присутствующих… детей вроде нас, с тобой интереснее всего говорить. Ты… взрослее, что ли? — Сам себе иногда поражаюсь, как это легко — казаться взрослым, прожив двести лет. Хех. — И вообще, тут даже не в знаниях дело.
— Искренне рад слышать подобное о моей скромной персоне. — Ни капли лжи — во мне действительно поселилась гордость за уже проделанную работу. Может, гордиться своим превосходством над молодёжью, будучи настолько старым, и лицемерно, но такое поведение в природе человека. Достичь превосходства, даже нечестными способами — и вознестись над окружающими. Примеров, описывающих такой подход, больше, чем я в принципе способен перечислить. — Как насчёт сместиться ближе к выходу в сад? Те аристократы слишком уж активно смещаются в нашу сторону.
— Увы… — По лицу девушки пробежала тень. — … идут они именно к нам.
Ну пожалуйста, ну не надо портить мне праздник! Я ж вас разведу, как детей, отделаю на дуэли до такого состояния, что родная мать не узнает, так ещё и виноватыми останетесь! Здоровые же лбы, неужто не умеете читать взгляды и атмосферу? Умел бы я убивать взглядом — в зале стало бы на три трупа больше и на три холёных дворянина меньше. Может, обойдётся, и они курсируют по залу просто чтобы «здрасти» всем присутствущим сказать…?
К моему сожалению, просто разойтись нам было не суждено.
Аристо целенаправленно шествовали от одной группы детей своего возраста и младше до другой, и там, где они прошли, неизменно пропадали даже намёки на предшествующее веселье. Они и некоторых иллити, как-то выборочно действуя, не постеснялись задеть. И задеть весьма грубо — вон, Гериан едва себя сдерживает, глядя на расстроенную девчушку из нашего рода, у которой глаза на мокром месте. Получил инструкции о невмешательстве? Что ж, мне ничего такого сказано не было, а дедушка, прекрасно знающий о моём характере и принципах, не мог не предположить, что без указаний я устрою чрезмерно агрессивным засранцам кровавую баню.
Так что, это у меня карт-бланш, получается?
— Леди, не составите ли вы мне компанию на этот вечер? Вот-вот объявят танцы…
Изящные движения, слова следуют букве этикета за тем лишь исключением, что моё присутствие тут полностью игнорируют. С их стороны они имеют на это полное право — с этим не поспоришь, ведь на кавалера я не потяну ещё года так четыре, а оставлять юную девушку без пары сродни оскорблению. Но окончательно всё определят слова Залии, которая может или обозначить моё текущее положение, или принять приглашение, или отказаться от него. Всего три варианта.
— Прошу извинить, но у меня уже есть спутник на этот вечер. Возможно, мы сможем потанцевать как-нибудь в другой раз.
— …
Недоумение в глазах того аристократа, что был среди этой тройки за главного, читалось невооружённым взглядом. Он, весь такой из себя голубоглазый блондин атлетичного, но не перекачанного телослажения — и шкет на три головы ниже? Сама собой, — ну, не без моего непосредственного желания, на самом деле, — на лицо выползла покровительственная ухмылка, от созерцания который блондин поморщился так, будто съел перезрелый, сочный лимон.
— При всём уважении… — О как, уважают, понимаешь. — … но разве ваш… спутник сумеет принять участие в танце, не посрамив вашу честь? Вы ещё можете отказаться… Мальчик всё поймёт, верно?
— Ваши сомнения на мой счёт неуместны. Простите, не помню вашего имени…
— Карл Кеплест. Весьма невежливо не знать имён своих гостей, не находите?
— Что ж, господин Кеплест, скажу вам по секрету: вы — не мои гости, так как я лично вас не приглашал.
— Карл, ты слишком многого просишь от обычного алхимика. Леди отказалась, так что…
— Постой. — Блондин остановил одного из своих спутников, уже собравшихся уходить. — Ты же знаешь, как я не люблю тех, кто не отвечает за свои слова. Представитесь?
— Золан, сын Волана и Клариссы. — Ну а фамилия, что фамилия? Сейчас я говорю от своего лица, а не от лица рода, так что её можно и упустить. Я тоже умею следовать букве, а не духу. — Вы хотите предложить спор?
— Да. Ставкой с обеих сторон послужит публичное извинение, которое проигравший принесёт победителю. А предмет спора…
Блондин замолчал и характерно повёл рукой, предлагая мне сформулировать вторую часть договора. Просто взять и с потолка снять условия я всё равно не мог, так как за нашим разговором наблюдало с десяток человек, включая и парочку взрослых — один от аристо, другой от иллити. Следили, чтобы отпрыски одной из сторон резко не превратились в обугленную головёшку или просто не травмировались. Резонно, учитывая уровни наших сил.
— Впечатление, которое мне удастся произвести. Это не должно быть что-то смешное или глупое, только навыки, мастерство и цельность картины.
— Принимается. — Блондин не нашел подвоха потому, что его тут и не было. Я же отлично знаю, что не для всякого танца нужно быть взрослым, красавцем, атлетом и прочая, прочая. Танцуют драконы, танцуют пегасы и феи — и всех их сложно назвать попадающими под человеческие стандарты красоты. — Второй танец будет за вами, мне под силу это организовать. Вас это устраивает?
— Залия?
Так как она должна была участвовать непосредственно во всём этом, я не мог не поинтересоваться её мнением. По правилам, конечно, у неё и выбора-то нет, но кто я такой, чтобы им следовать, если они мне не нравятся?
— Меня всё устраивает.
— Значит, договор. Прошу, засвидетельствуйте. — Обращение было направлено ко всем, кто за нами всё это время наблюдал. С этим проблем быть не должно. — Господа, если вы не возражаете, то мы с Залией продолжим нашу беседу.
Возражений не последовало, и мы отошли в сторону. Первой, как и ожидалось, не выдержала девушка:
— У тебя ведь есть план, правда?
— Конечно. А заключается он в том, что я — умеющий хорошо импровизировать маг!
Часть V.
На несколько минут наступило затишье, которое я потратил на две вещи: успокоение Залии и проверку кое-каких своих теорий. Как и всякий человек, получивший доступ к новой игрушке, я с этой игрушкой баловался — когда никто не видел, в стремлении достичь каких-то интересных чисто визуально эффектов. Ну, синее или зелёное пламя, искажения воздуха, преломления света за счёт граней создаваемого мною же льда…
Года так два-три назад у меня было много времени, но мало сил на воплощение всех задумок. Сейчас же всё обстоит ровным счётом наоборот, так как я даже и не вспоминал о них, будучи с головой погруженным в прочие заботы. И не вспомнил бы, если б не насущная необходимость.
Факт номер раз — с моим ростом обычный танец будет похож на выступление клоуна-инвалида, нежели на что-то вменяемое. Соответственно, мне нужно как-то летать, не используя крылья, которые могут посчитать демонстрацией принадлежности к иллити. Пока на приёме я и род стоим обособленно, светить крыльями не стоит, так что в ход идут другие идеи. Но раз уж полёт без крыльев принципиально невозможен, имеет смысл поставить себя на один уровень с девушкой при помощи магии, и наименее проблемным тут является старое-доброе преобразование элемента. Не земли, так как мрамор превратить обратно будет сложно даже мне, а после выступления всё нужно будет вернуть в изначальный вид моментально. Значит, лёд, который, напомню, неплохо преломляет свет…