Ветер одиночества (СИ)

Если честно, то первые мои фантазии о том, как буду собирать людей несколько отличались от того, что я думал сейчас. Ну типа спасу отряд, поставлю им жесткие условия, а там они втянутся. Ещё и клятвой свяжу, если они захотят приобщиться к моей стихии. Но, поразмыслив в моделирование, я понял, настолько это глупый план.
Если людей принудить, то где гарантии, что они не подставят, не подведут, не ударят в спину? Нет гарантий.
Мне вспомнился Дмитрий и его фанатики. Чем он их таким подкупил, что они пошли на ним? А лидер, за которым я следовал? Что в нём нашлось такого, что я подчинялся ему? Насчёт Дмитрия я не знал, а лидер… Он создавал ощущение человека более сильного, опытного, мудрого и ответственного, знающего, что и когда делать. Ещё он сильно помог каждому члену отряда, вылечив их родственников. Всё это и сотни других нюансов сформировали преданность команды.
Как бы мне так переложить его опыт на себя? Я ведь как был зелёным пацаном, так и остался. Я не знаю, что делать абсолютно в любой ситуации. Я даже не знаю, что нужно, чтобы содержать отряд. Твою же мать, как много я не знаю… Приступ паники как пришёл, так и ушёл. Оставив понимание, что мне многому предстоит учиться.
Как бы там не было, силой держать людей я не собираюсь. Достаточно вспомнить, как сам реагировал на любую попытку принуждения. Крайне плохо. С нулевым и даже отрицательным эффектом для той стороны, которая принуждала. Так что если Павел хочет свалить, скатертью дорога.
Эти мысли пронеслись, пока я слушал, как люди представляются. А дальше командир коротко рассказал, что их отряд может. Ничего секретного в этом не было.
— Так значит стихия только у тебя есть? — подвёл я итог.
— Да. Повезло получить способности, когда ещё ядра стихий выпадали.
— Значит ты из старой гвардии, первой волны.
— Ага.
— А какое звание, если не секрет?
— Иерарх.
— Неплохо. До мастера далеко?
— Как до луны. — хмыкнул он.
Я мастера получил благодаря помощи бога ветра. Как бы он меня не бесил, не собираюсь принижать его заслуги. Эта сволочь буквально меня впихнула в ситуацию, когда мне пришлось взять мастера. Убив другого мастера. Остальное было делом времени.
— Почему никто стихию не взял? Сколько у нас мастеров вообще есть? — спросил я.
— Насколько знаю, двое. Ты и Дмитрий Белый.
— Его так теперь называют? — хмыкнул я. — Куда катится мир.
— Он тебе чем-то не нравится? — поинтересовался Борис.
— Много чем, даже если не считать того, что он несколько раз пытался меня убить. И не только меня. Самое ироничное, что мы с ним в начале пути дрались плечом к плечу, но потом… А, ладно, не важно это сейчас.
На этом как-то темы для разговоров кончились. У меня. Так-то люди продолжали между собой общаться, убивая время болтовней.
К концу второго дня я рискнул выпустить Зевса на поверхность. Количество духов значительно снизилось, но всё равно, куда не глянь, найдешь минимум парочку. В последующие часы наблюдений я заметил уровни от десятого до семидесятого. Духи просто носились по лесу, дрались между собой и в конечном итоге сваливали дальше, вслед за ночью.
На третий день плотность духов снизилась настолько, что стало трудно их найти. Уже можно было бы выйти, но я не хотел рисковать. Ситуация резко изменилась, когда вернулось солнце.
И выглядело это чудесно. Через Зевса я разглядел этот момент во всех подробностях. Сначала показался алый краешек. Он выглянул робко, осветил макушки деревьев и небосвод, а потом… Со стороны солнца пришла гигантская волна чистой энергии.
Не сразу разобрался, что это именно энергия, и что она «чистая», а не разрушительная. Лес, который выглядел после ночи мертвым, стоило пройти через него волне, ожил на глазах. Трава росла, как сумасшедшая. Деревья оживали и распускали листья. В небе появились птицы и первые звери выбрались наружу.
— Ночь закончилась, — сказал я отряду, — Кто хочет наружу, размяться и убить кого-нибудь съедобного?
Еды у нас было катастрофически мало и к этому моменту каждый испытывал сильное чувство голода. Если бы солнце не явилось, пришлось бы выбираться так и искать себе пропитание.
Я раскрыл проход на поверхность, создал ступени и первым направился наружу. О, да! Наконец-то можно потянуться, размяться и вдохнуть свежий воздух, не пропущенный через толщу земли!
— Я на разведку, — сказал Борису, когда тот выбрался, — Не разбегайтесь.
Взмыв в воздух и накинув на себя невидимость, я полетел исследовать, что происходит вокруг и где мы вообще оказались. Первое впечатление от этого мира сильно изменилось за последние три дня. Сразу к грани направляться не стал, чтобы если за мной уже следят, они не вышли на оставленный отряд. Когда добрался до прохода, то нашёл там пустующую крепость. Её частично разрушили и никто не собирался восстанавливать. Я вообще искателей там не нашёл. Призвал элементаля и направил его в проход. Прожил он две секунды. Значит, нас караулят с той стороны. Ожидаемо на самом деле.
Округа ничем интересным не выделялась. Поля, леса, немного скал вдалеке. Где-то там выжил один из минотавров. Надеюсь, он сдох ночью.
Я вернулся к своим и рассказал про увиденное.
— Золотая армия ушла? — спросил Борис первым делом.
— С этой стороны да. С той стороны моего элементаля уничтожили сразу же, стоило ему заглянуть.
— Но шанс выбраться имеется?
— Выбраться куда? — удивился я его логике, — Под купол, где вас сразу же поймают, захватят в плен или убьют?
— Ну, может к этому времени купол сняли. Надо проверить.
— Ты сейчас серьезно? — наклонил я голову, разглядывая мужика.
Павел стоял недалеко и когда я на него глянул, отвернулся. Ага, ясно-понятно. Спелились голубки.
— Да. Мы должны вернуться.
— Понятно… — протянул я, — Ну, удачи.
— Ты с нами не пойдешь?
— Нет. Зачем мне тратить время на глупости? Один бы я смог улететь и вырваться в любой момент, а если попрётесь толпой, то шансы ваши откровенно низки.
— А как же помочь своим?
— В чем? В откровенной глупости? Если ты хочешь сказать, что я недостаточно помогаю, то значит у тебя память хуже, чем у рыбки. Последние три дня вы выжили только благодаря мне.
— Я не отрицаю твоих заслуг и не обвиняю, — сдал назад Борис, — Но и ты пойми, что мы должны вернуться. Возможно прямо сейчас наши бьются и умирают.
— Или сидят у купола и грустят, что их не пускают к главному веселью. А может наоборот, радуются, что не попали под тот замес, который там точно начнётся, а может уже идёт полным ходом. В общем, Борис, я не любитель болтать ни о чем. Хотите идти — идите. Павел тебе наверняка уже нажаловался, какие условия моей помощи. Следовать за мной и подчиняться. Силой я никого не держу. Все, кто хочет пойти с вами — пожалуйста. Может я вам даже помогу. Может даже этой помощи хватит, чтобы вы снова отступили и следующие три дня мы играли в салочки с золотыми. А может вы все тупо сдохните, даже не дойдя до грани. Ваши жизни — ваши риски.
Борис кивнул и отправился к своему отряду. Для него всё было решено заранее. Он считал правильным идти к грани и пробиваться к своим. Я же собирался здесь задержаться в любом случае. У меня свой план развития и ближайший месяц я не откажусь провести в уединение, в относительно спокойном мирке.
— Куда ты дальше отправишься? — Мария в отличие от солдат не пошла за командиром.
— Найду подходящее место для базы, сделаю логово, а дальше буду тренироваться до посинения.
— Если мы отправимся с тобой, ты поможешь нам с развитием?
— Помогу, — кивнул я, разглядывая эту женщину.
Я видел, что она колеблется. Её мозг взвешивает не простую ситуацию. С одной стороны отряд взрослых мужиков и солдат. С другой стороны непонятный пацан, от которого неизвестно, что ждать.
Но так уж вышло, что этот пацан сильнее всех остальных вместе взятых. Она это наверняка понимает разумом, но какая-то часть, отвечающая за предрассудки, толкает пойти всё же за командиром.