Тася (СИ)

Мыслями я была далеко отсюда. Где в суете кануна Дня святого Валентина, я потеряла самого близкого мне человека.
========== Глава 10. ==========
После ухода Жени я завалилась на кровать, чтобы вздремнуть пару часов, раз выдался полноценный выходной. Кошка тут же юркнула ко мне под одеяло и уткнулась острой мордочкой в плечо. Обняв её одной рукой, я таки провалилась в беспокойный сон, навеянный недавним разговором с подругой.
В этом сне была моя прежняя жизнь: мои родители, друзья, парень. Моя прекрасная жизнь, которая была у меня «до».
И, словно по щелчку, сон начал меняться, возвращая меня в тягучую реальность. Где нет места для прежней жизни. Здесь есть только скучный серый город с незнакомыми людьми. Без мамы, почти без отца.
Черт.
Я резко проснулась и села, оперевшись на локти. Дневной сон полностью выбил меня из колеи, и я пару минут переводила прерывистое дыхание. Лоб покрылся испариной, а руки подергивало мелкой дрожью.
За окном уже стемнело, лишь свет уличного фонаря тускло освещал полумрак комнаты.
— Сколько я спала? — пробормотала я, пытаясь нащупать телефон.
Шесть вечера.
Три пропущенных от папы, два от незнакомого номера и множество оповещений из социальных сетей.
— Черт, — я встала с кровати и пошла в ванную, чтобы умыть лицо после сна. Голова после пробуждения туго соображала, и я пыталась сопоставить звонки и сообщения в одну цепочку. Но выходило паршиво.
— Пап, звонил? — первостепенно, я решила перезвонить ему.
— Тась, я тебя потерял! — воскликнул он, а на заднем фоне четко слышались мужские голоса. Ясно, опять в мастерской. — Ты почему сегодня не в школе?
Гадство, узнал-таки об этом.
— Звонил твой классный руководитель, спрашивал, почему ты отсутствуешь, — продолжил он. — А я даже не знаю, что сказать, ведь думал, что ты прилежно посещаешь занятия!
— Пап, я немного приболела, — чуть хриплый голос после сна сыграл в мою пользу, добавляя правдивости в мою ложь. — Решила остаться на денёк дома, чтобы ещё сильнее не заболеть.
— Приболела? — он ловко на это повелся, тут же попросив прощения за то, что сразу подумал дурное.
«Правильно ты подумал, папенька», — пронеслась ехидная мысль в моей голове, пока я разыгрывала спектакль одной актрисы.
— Ложись и отдыхай, я приду из мастерской после девяти. Закажи себе что-нибудь покушать. И мне тоже, а то с самого утра голодный.
Настроение тут же начало подниматься. Полностью свободный день от учебы, работы и готовки! Что может быть лучше?
Я позвонила в кафе и заказала много еды на дом, понимая, что и половину из этого не съем. Но мой голодный желудок твердил обратное, и сейчас я ему верила больше, чем голосу разума.
Через сорок минут раздался звонок домофона, и я на радостях побежала открывать, предвкушая вкусный и долгожданный ужин.
Возможно стоило спросить «кто там», прежде чем вслепую открывать дверь, тогда для меня не было бы это таким «сюрпризом».
— Вам надоело работать в школе и вы перешли на доставку? — бездумно выпалила я, увидев перед собой информатика. — А где мой заказ?
— Какой заказ, Михайловская? — он покосился на меня, явно подозревая проблемы с головой.
— Пицца, горячее, салаты, — начала перечислять я, но увидев его удивленное лицо, поняла, что ошиблась. — Вы же не работаете в доставке, да?
— Прости, что разочаровал, — усмехнулся он, посмотрев мне за спину. — Пустишь или так и будешь держать на пороге?
— Черт, конечно, — я отошла в бок, пропуская в тесную прихожую учителя. Было максимально странно видеть его у себя дома, смотреть, как он снимает кожаную куртку, вешает ее поверх моего пальто. Может я все ещё сплю?
— Родители дома? — спросил он, проходя через темный коридор в кухню.
— Папа на работе.
— А мама?
— На кладбище, — даже я удивилась своему ответу. Это все Женя дурно на меня влияет!
— Прости, что? — он аж поперхнулся от моей резкости.
— Вы личные дела новеньких не читаете? — возмутилась я, натыкаясь на его потерянный взгляд. — Если бы читали, то знали, что в графе «мать» у меня стоит прочерк.
Информатик стушевался под моим напором, извиняясь за невнимательность. Вмиг стало стыдно за свой выпад, и я постаралась компенсировать это вкусным чаем.
Но я только успела поставить чайник, как домофон снова дал о себе знать.
— Что за день! — пробурчала я себе под нос, невольно обращая внимание, что количество посетителей за день выше, чем обычно.
К счастью, это оказалась доставка еды, а не очередной гость.
— Не знаю как вы, но я жутко голодная, — сказала я, заходя на кухню с двумя огромными коробками пиццы и кучей маленьких контейнеров. — Если хотите — присоединяйтесь.
— Не откажусь, — он сел за круглый стол, терпеливо ожидая еды, но получил только мой недовольный взгляд. — Что?
— А руки помыть? — возмутилась я, раскладывая одну порцию салата на две тарелки.
Андрей Викторович быстренько ретировался в ванную, а я в это время продолжила накрывать на стол. К тому времени вскипел чайник, и я, не зная предпочтений учителя, сделала ему свой любимый — с лимоном и мёдом.
— Вот везде бы так принимали в классе, я бы каждый день ко всем по очереди ходил. А не раз в полугодие!
— А вам нужно ходить раз в полугодие к ученикам? — удивилась я.
— Да, — он вслед за мной принялся за еду. — Обязали проверять, в какой обстановке живут ученики.
— И какая у меня обстановка? — я усмехнулась, отправляя в рот дольку помидора «Черри».
— Гостеприимная, — он довольно улыбнулся, доставая из коробки кусочек пиццы. — И вкусная.
Я нервно усмехнулась, понимая абсурдность ситуации.
Классный руководитель у меня в гостях, ужинает вместе со мной, свободно общается. И при этом в квартире больше никого нет. А если учесть, что думать в последнее время о нем я стала немного чаще, да и отношение к нему заметно улучшается…
Черт.
Я почувствовала, как запылало лицо от неуместных мыслей. Пульс в голове стучал так громко, что я встала, громко отодвинув стул назад, и подошла к раковине, под предлогом «попить водички». Заодно пару раз прошлась холодной водой по лицу, пытаясь унять жар.
— Все нормально? — заметил всё-таки неладное.
— Просто я весь день себя неважно чувствую, — врать — так всем и одинаково.
Я вернулась за стол, пытаясь не обращать внимание на то, как внимательно он проводил меня взглядом. Словно пытаясь просканировать на ложь.
— Поэтому в школу не пошла? — буднично, совсем без подозрений. Словно о погоде спросил.
— Угу, — лицо вспыхнуло с новой силой, и я уткнулась в тарелку с салатом, чтобы скрыть это.
— А Одинцова тоже с тобой приболела?
Моя вилка звучно упала в тарелку и наши взгляды встретились: мой напуганный и его лукавый. Прокусил, зараза.
— Брось, все прогуливают школу, — усмехнулся он. — Я сегодня общался с мамой Жени, и она мне клялась, что её дочь ходила в школу.
— И что это значит? — не сдавалась я.
— Что вы вдвоём решили забить на уроки. Ведь твой отец тоже и словом не обмолвился, что ты приболела.
— Он не знал, потому что ушёл рано на работу, — я начинала злиться, наблюдая, как он с насмешкой поглядывает в мою сторону. — Что? Почему вы так смотрите?
— Ты краснеешь, когда врешь, — рассмеялся он, облокачиваясь на спинку стула. — Мне так-то без разницы, прогуляли вы с Одинцовой или нет. Я понимаю, что иногда хочется остаться дома, сам ещё так десять лет назад делал.
— Немного странная речь для классного руководителя, не находите? — усмехнулась я, скрещивая на груди руки.
— Не более, чем ужин с ученицей, — он подмигнул мне и принялся за остатки салата, старательно не замечая, как моё лицо вмиг стало пунцовым.
Ну вот, опять мысли не в то русло понесло! И ведь сам же подначивает! Неудивительно, что по нему Морошкина сохнет.
— Так когда вернётся твой отец? Хотелось бы с ним увидеться.
Я глянула на часы, проклиная чертовы стрелки.