Ночной Базар

Каз взялся за кованую ручку и уже потянул дверь на себя, как вдруг застыл. Из коридора послышались голоса, которые заставили парня прислушаться. Он старался дышать медленно, но сердце колотилось в груди так сильно, что отдавало в ушах, и Казу казалось, что его вот-вот поймают и привлекут к ответу за шпионаж.
– Я просил тебя встретиться с посланником! Где мой товар? – узнал Каз голос Графа.
Мужчина, стоящий напротив, вжимался в стену, будто пытаясь слиться с ней. Впрочем, цвет его лица и так уже походил на цвет белых камней кладки. Авеил нависал над бедным человеком. Граф был крайне недоволен.
– Прошу прощения, но обещанный… хм… проходник… не явился. – Голос дрожал и не слушался. Мужчина словно уменьшился от страха. Казалось, для него не было ничего ужаснее гнева его господина.
Граф что-то прорычал себе под нос и с силой ударил кулаком по стене. Пара мелких камушков осыпалась ему под ноги, но он не заметил их, продолжая напирать на мужчину.
– Меня не волнует, как именно ты совершишь сделку, мне нужен результат!
На пальцах Графа вспыхнуло что-то темное и живое. Каз вспомнил рассказ Али о странной силе, которая обуревает его и с которой он не может совладать. Теперь же Каз видел все собственными глазами. Рукава Авеила были закатаны до локтя, поэтому парень отчетливо рассмотрел, как в руки Графа сочится черный дым. Он будто разумен, будто живет своей жизнью, движется, вспыхивает, кружит, погружаясь в вены, расползаясь пепельным пятном по коже. Каз знал много видов магии, он видел ее, знал, как она создается и как уничтожается. Но эта магия была самой темной из всех. Холд как-то упоминал о ней, называя проклятием, но никогда Казу не приходилось сталкиваться с ней вживую.
Глаза Графа наполнялись кровью, руки чернели с каждой секундой все больше, а на кончиках пальцев танцевал темный обжигающий огонь. Мужчина напротив упал на колени, неразборчиво и быстро что-то говоря, умоляя. Но Граф уже не слышал. Злость и гнев высвобождали черную силу. Теперь Каз понял, почему Граф так отчаянно пытался найти Ночной Базар. Это было совсем не из любопытства. Он когда-то заключил сделку, которая вышла боком. Он хотел заполучить силу, но получил только разрушение, которое поглощает того, кто не может справиться с подаренной мощью.
Поэтому мир людей и Ночной Базар находились по разные стороны и не соприкасались. Поэтому существовали абсолютные правила, срыв которых вел к серьезным последствиям.
Граф менялся, и теперь он выглядел иначе. Без ехидной улыбки, что обычно была на его лице, без злобы, без всех масок, которые он ловко надевал на себя в стенах замка.
Без всего человеческого.
Он стал нечистью.
Дым исчез, полностью войдя в тело Графа. Его руки покрывали черные узоры, которые змеями струились под кожей. Один глаз существа был цвета засохшей крови, а другой покрыт бело-серой пленкой. Могло казаться, что оно было слепо, но это была иллюзия.
Каз знал, кто возник вместо Графа. Нечисть, изгнанная из Ночного Базара, но нашедшая пристанище в теле человека, который заключил с ним сделку. Аюстал – существо, приносящее лишь боль, ужас, разрушение и смерть. Оно могло вселяться в человека, только вот не каждый мог выдержать в своем теле аюстала. Чаще всего носитель погибал, и довольно быстро. А Граф все еще держался – но почему, точно Каз не знал. Наверное, потому что был тем редким человеком, кто был способен выносить это мучение.
Мужчина, разозливший Графа, раскрыл рот в немом ужасе. Он хотел закричать, но не мог издать ни звука. Он попытался отползти на коленях в сторону от чудовища, но ничего не вышло. Острые когти вонзились в человека, подбросили его до потолка, и в воздухе одним движением аюстал перерезал ему горло.
Кровь мужчины растекалась по полу. Глядя на нее, Каз осознавал свое бессилие. Он не мог остановить Графа – вернее, существо внутри него.
Аюстал посмотрел на свои когти. Он почувствовал тепло свежей крови и издал громкий звук, похожий на рев, но отчаянный и печальный. Показалось, будто это Граф сопротивлялся и боролся с существом изнутри него. Но даже если это и было так, эти попытки были обречены на провал – никто не мог изгнать аюстала из своего тела усилием воли.
Но темнота стала уходить, и контроль над телом начал возвращаться к Авеилу. Каз не верил своим глазам, но перед ним и вправду вновь был Граф. Он упал без сил и еле дышал, его била холодная дрожь. Но он снова был человеком. Каз наконец открыл дверь и осторожно подошел к Авеилу. Граф лежал с открытыми глазами. Все, чем он касался пола, вымокло в крови.
Каз накрыл своей накидкой сына герцога, который из последних сил, практически одним упрямством, удерживал себя в сознании.
– Я должен остановить этого монстра внутри себя, – хрипло прошептал Граф. – С каждым разом его влияние на меня все больше. Скоро я совсем забуду, кто я – и какой я. Раз ты теперь знаешь правду, помоги.
Каз кивнул.
– Я умею находить лазейки в сделках. Что-нибудь придумаем.
Граф закрыл глаза. Его сознание отключилось.
 
Глава 21
Когда кто-то со стороны коридора начал громко возиться с замком, Али насторожилась и подумала, что наверняка ключи есть не только у гостя, а – как минимум – еще и у служанки, отвечающей за это крыло замка. Горничная могла забыть что-то во время дневной уборки и теперь возвращается. Али оглядела комнату, но ничего подходящего не нашла.
А потом дверь распахнулась, и на пороге возник Каз, несущий на своей спине Графа. У Али возникла примерно тысяча вопросов, но Каз взглядом дал понять, что на все ответит позже, а сейчас нуждается в помощи.
Он неосторожно свалил словно выкупанного в крови Графа на пол, рядом кинул свою накидку, которую нес в руке, а сам присел на край кровати, приводя дыхание в порядок. Али вцепилась глазами в раненого Графа: закрытые глаза, разорванный камзол… Одежда на спине Каза, где ее касался Авеил, пропиталась чем-то темным и грязным. Али сомневалась, что такое можно отстирать. Дыхание Графа было очень слабым, еле заметным, рваным и хриплым. По его коже скатывались капли пота, губы кривились, будто от невыносимой боли.
– Что с ним произошло? – спросила Али.
– Если коротко: он проклят, а в его теле поселился аюстал – нечисть, изгнанная из Ночного Базара, но вновь вызванная здесь какой-то очень темной – неправильной – магией.
– Аюсталов истребили, насколько я знаю. Всех. До единого, – сказал Заул.
Али заметила, как внимательно парень рассматривает Графа, слушает стук его сердца и наблюдает за микродвижениями его лица.
– По всей видимости, не всех, – ответил Каз. – Возможно, этот смог выбраться и заключить сделку с человеком. Но какую? Чтобы попробовать хоть что-то сделать, мы должны знать ее условия.
– Вы можете отменить ее? – удивленно спросила Али. – Я думала, сделки с торговцами ночи необратимы.