Крик воспоминаний (СИ)
Глупая надежда покрыла сердце подобно теплому покрывалу. Наивные, но стол приятные мысли полезли в голову. Вербе чудилось, что то было на самом деле, что в действительности мама нежно и любяще ей улыбалась. Но это не могло быть реальностью. Она никогда не видела свою маму, как же такое могло быть возможным. А если… Да к черту все! Девушка разозлилась на саму себя, что слишком много думала. Сейчас она хотела лишь наблюдать.
Девочка, которую звали Ника, неуклюже подбежала к женщине. Та посадила ее на колени и немного потрепала волосы.
— Мам, что это?
Верба подошла поближе к столу и заметила среди груды обломков дерева и кусков бумаги аккуратно отшлифованные деревянные бусинки и одна из них была красной. Они были один в один, как те, что в браслете Арлеины.
Девочка взяла одну из них и покрутила в своих маленьких ручках.
— Ника, не трогай, — попыталась ласково сказать женщина, но Верба все равно почувствовала нотки злости.
— Это ты мне делаешь? — нагло спросила Ника, но женщина не обиделась, а наоборот странно улыбнулась.
— Нет, дочка, этот браслет я некому не делаю.
— Как же? — удивилась девочка, будто ничего глупее раньше не слышала. — Его же кто-то должен носить. Любое украшение должно принадлежать хоть одной девочке.
— А это я оставлю всем тем, кто потом родится. Когда уже не будет тебя, меня, папы…
— Нет, нет — по-детски запротестовала Ника. — Я его буду носить. А если надо, вырасту, заколдую его и переносу в будущее, как это сделала Черная Чайка.
— Ты ж моя чаечка, — ласково сказала женщина, улыбнулась и поцеловала девочку в лоб.
Вдруг скрипнула дверь, и в комнату вошли двое мужчин. Один был уже стар и с бородой. В нем Верба моментально узнала Иста. Только сейчас он был более молодым и… живым. Другой был куда юнее. Их объединял выбор одежды: брюки, рубашка и накидка.
— Начались поиски, — угрюмо сказал он.
Улыбка с лица женщины тут же сползла.
— Сколько у нас есть дней? — пришла в себя она.
— Три дня, — ответил Ист. Его голос было так не привычно слышать. Сейчас он был тревожнее, злее, глупее.
— Ника, иди спать. Быстро.
Девочка послушно слезла и побрела с комнаты прочь…
Верба открыла глаза. Вокруг было темно. Она не могла сделать ни шагу, будто завязла в болоте. В руках что-то слабо засветилось. Еле-еле опустив голову, девочка увидела в руках шар. Он извергал слабый желтый свет.
Особо ни о чем не думая, Верба про себя, поскольку губы вообще не хотели ей повиноваться, сказала слово, описавшее ее жизнь.
3
На ранее оживленных улицах Микстиса стояла умиротворяющая тишина. Не было слышно шума шагов, криков торговцев и вечных пьяниц. Город погрузился в непривычное для него состояние, напоминающего кладбище безымянных могил воинов.
Странник, медленно шагающий вдоль низких домов, знал причину столь пугающей тишины. Совсем недавно в городе обнаружилась колдунья. После этого торговля приостановилась, пока стража рыскала в каждом доме. Хоть Микстис и находился на территории Кольцара, жители в нем с враждебностью относились к колдунам. В основном среди местных были обычные люди и колдуны, которые или по рождению лишены сил, или же вследствие заклятья.
Странник с презрением шагал по грязным закоулкам города. Он имел четкую цель, но порой приостанавливался возле пару домов, словно замечал в них угрозу. Такого же мнения были о нем хозяева.
Плащ мужчины лишь слегка колыхался из стороны в сторону. Капюшон закрывал лицо, но даже так можно было заприметить шрам на всю щеку. Удивил бы каждого оттенок, которым был украшен рубец: он играл зеленым цветом. В остальном одежда Странника никого не впечатлила. Кожаная накидка сильно облегала тело, а брюки были комфортны для дальней дороги. На плечо была накинута сумка.
Странник подошел к последнему дому на этой улице. Он выделялся относительной роскошью по сравнению с остальными зданиями. Это была сама окраина города. Дальше был только лес. Он был впритык с домом, к которому следовал Странник.
Мужчина толкнул дверь, а та со скрипом поддалась. Внутри было тесно и темно. Пахло падалью и гнилыми отходами. В помещение размещалась только стойка хозяина, окруженная полупустыми шкафами. Странник подошел к столу и достал мешочек, который, упав на поверхность, звякнул. К нему тут же вышел пожилой мужчина. Его отпугивающая внешность резко впадала в глаза. Скрюченный нос, злые глаза, глубокие морщины и бородавки, — все это было омерзительным. Мужчина взял мешочек и тут же с-под прилавка достал другой.
Странник спрятал монеты себе обратно в сумку, а после достал оттуда сверток. Глаза хозяина расширились, и он поспешил убрать бумагу во внутренний карман куртки. После мужчина кивнул, велев следовать за ним.
Странник обошел стойку и направился за стариком. Он вывел гостя в свою маленькую коморку, где стал перебирать все колбы в шкафу, пока с восторженным криком не достал пузырь с темной кроваво-пурпурной жидкостью. Пожилой мужчина подошел к маленькой двери и вылил все из колбы в малозаметный проем возле выхода. Жидкость потекла вниз по тонкой трубе, пока не достигла замка, который тут же щелкнул.
Старик направился вглубь темного коридора. Странник следовал за ним. Коридор вывел их в сырой подвал, который едва освещался двумя факелами. В два ряда стояли шкафы, полностью забитые всеми различными объемами колбами и мешочками. Старик достал пузырь с темно-зеленой жидкостью.
— Защита, — объяснил он. — Пить с утра перед едой.
Далее мужчина передал Страннику еще пару пузырей и три мешочка с травами. Все тут же оказалось в сумке с недавно обменянными монетами.
После они вышли обратно в тесную комнатку, откуда уже можно было увидеть лошадь с тележкой. Странник вышел на улицу и сразу же заскочил на запряженного коня. Старик вышел за ним.
— Да прибудет пламя! — воскликнул хозяин дома.
— Славься, пламя! — ответил Странник и дернул за поводья.
Лошадь поддалась и направилась вглубь леса, взяв направление на восток.
Глава 6 о том, где живут книги
— Как положено в любой академии, да и вообще в учебном заведении, АВК имеет свои правила, — начала Арлеина. — Убирать за вами, разносить еду и послания, — все это делают духи. Они здесь по доброй воле и никого не трогают. Впрочем, вы редко будете пересекаться.
Всех учеников делят на четыре типа: желтые, красные, синие и черные. Эти цвета обозначили силу колдовских способностей учащегося. Соответственно учатся они все отдельно и имеют разные права. К примеру, черным позволяется больше всего из-за их продвижений в колдовстве.
В АВК принимают детей с десяти лет, а заканчивают они обучаться в двадцать. То есть десять лет им дается на то, чтобы получить большую часть знаний о колдовстве.
В академии изучаются такие предметы: боевые искусства, латынь, язык предков, но только с синего уровня, воображение. Именно воображение, вам не послышалось, — заверила директор. — Еще картография, история, дипломатия и главный предмет: искусство колдовства. На этом предмете вы будете изучать все о волшебных предметах, таких как шары-предсказатели или котелки. Также будете проходить теорию будущего, где как можно точнее будете прокладывать будущее, связывая его с прошлым… Моника! Ты меня вообще слушаешь?!
Верба не сразу поняла, что это относилось к ней. Она уже минут десять думала, как бы побыстрее выйти на улицу. Она с самого утра сидела в кабинете директора и слушала о ненужных, по ее мнению, правилах академии. Она считала, что на месте каждый, кто не дурак, сможет разобраться. Также ее подводило ее настроение, которое сегодня было хуже не куда: она оказалась на желтом уровне. На желтом! Это даже не красный. А вот Элен повезло, она-то как раз на него и попала.
— Моника! — в который раз о себе напомнила Арлеина.
— Что? Что? Я слушаю, — заверила ее девчонка.
- Слушает она меня. Так я и вижу, — возмущалась директор и как обычно разводила руками. — Ладно, все главное я вам вроде рассказала. Идите. Но не забудьте: завтра у вас уроки.