МК 4 (СИ)

Когда я спустился в гостевую, то там меня ждал Колька и один из командиров патрульных. И всё.
- А где остальные? – поинтересовался я у мужчин.
- На войне, - ответил мне баронет. – Тут такое дело, Вить…
Чуть меньше месяца назад пропали Лина, Аня и я. Нашему исчезновению сопутствовала гибель девяти человек – моего пажа Вани и восьми патрульных. В тот день меня сопровождали только простые бойцы. Гвардейцев и големов я отчего-то не взял, разогнав перед этим их с какими-то поручениями. Выехал до обеда на машине в сторону Колькиного феода. 
И пропал.
К вечеру меня хватились. Соратники начали поиски и очень быстро отыскали брошенный джип и тела убитых дружинников и нападающих. Враги были опознаны как ликанонцы. В сторону Ликанона вели так же следы группы, захватившей меня с девушками. Так что, ни у кого не было сомнений в том, что к этому делу приложили руку враги Астанирии. Погоня успехом не увенчалась. Следы похитителей были утеряны в соседнем феоде. Поиски с воздуха тоже ни к чему не привели.
Буквально за сутки вся дружина и наёмные отряды в графстве были приведены в максимальную боевую готовность. Наладили связь с анклавом землян в Пустом королевстве, чтобы попросить их помощи. Отправили гонцов к герцогу Десткару с сообщением о случившемся. Ещё один посыльный умчался в королевскую канцелярию.
Ещё сутки спустя было решено вторгнуться в Ликанон, не дожидаясь ответа от сильных мира сего. Тут сыграли роль несколько факторов: местных дворян до сих не сильно уважали и пренебрегали их мнением независимо от статуса; за мою судьбу и судьбу девушек реально боялись и соратникам было страшно терять время; армию ликанонцев не боялись от слова совсем, так как в составе моей дружины оказались три тяжёлых голема, созданных при помощи маны из алтарей.
- Что? – поразился я, когда услышал последнюю новость. – Они должны мне подчиняться. Только мне и больше никому.
Колька пожал плечами:
- Значит, не только тебе. К ним Ползун подошёл, подержался за броню своими щупальцами и отполз в сторону. После этого самоходки и «смерч» скинули провода от алтарей и шустро покинули посёлок. Слушались они только Ползуна, а тому отдавал приказы Серый. Шацкий, то есть.
-П***ц, - высказался я, выражая всё то, что думаю о таком положении дел. – Дальше что было?
- Ты про големов или о своих поисках?
- Обо всём.
- Ну, нормально всё было, не считая того, что твоих следов так и не нашли. Вампиры убежали в Ликанон до этого ещё, как только машину нашли с убитыми. По рации связывались несколько разв день, но новостей о вас у них не было…
Посыльный с распоряжением сначала герцога, а затем короля ждать и никуда не вмешиваться прискакал в графство слишком поздно. Дружина, усиленная землянами из Пустого королевства уже подходила к границам Ликанона.
- Серёга передавал, что несколько конфликтов случилось с астанирийскими дворянами, которые не хотели пропускать войска через свои земли. И со жрецами тоже. Один замок на пути немножко поломали, - инстинктивно собеседник отвёл взгляд в сторону, когда сообщил мне про это происшествие, будто чувствуя личную вину за действия моего воеводы.
- Насколько немножко?
- Ворота и башню надвратную снесли из самоходок. Часть стены ещё и повредили верхние этажи донжона. Вить, это я предложил ни с кем не считаться и сразу показать нашу силу.
Верховный жрец, сквозь чей феод проходила моя дружина и решивший силой остановить её, оказался последним препятствием на пути. После него уже никто не рисковал своими солдатами и крепостями.
В Ликаноне сходу взяли две мелких крепости и замок, уже ограбленные совсем недавно астанирийцами. Обо мне или каком-то подозрительном отряде никто из уцелевшей челяди и стражниках не знал.
Днём позже от вампиров пришло сообщение, что сравнительно недалеко находится мощная крепость, под стенами которой стоит почти вся астанирийская армия, а в крепости засела почти вся ликанонская армия. Вряд ли меня туда умыкнули, но пренебрегать таким шансом было нельзя. Ведь меня могли использовать в качестве заложника и потребовать снять осаду.
Уже скоро Шацкий и Цезарь беседовали со знакомыми маршалами. Узнав о причинах, которые толкнули их вторгнуться на территорию вражеского государства, при этом нарушив указание принца, отданные ранее мне после памятного сражения, королевские военачальники кое-что рассказали. Во-первых, они заверили, что мимо них в крепость не могла и мышь проскочить, а стоят они в осаде порядком, подошли сюда раньше, чем случилось нападение на меня. Во-вторых, посоветовали не идти одним на ликанонскую столицу, так как имеющиеся там силы в лице гвардейских полков и магов со жрецами для Шацкого с Цезарем могут оказаться орешком, о который те обломают зубы. В-третьих, предложили поучаствовать в осаде крепости, взять её и дальше уже единым войском двигаться на столицу. Так же маршалы намекнули, что в крепости есть влиятельные дворяне и жрецы, на которых король Ликанона обязательно сменяет меня. Иначе просто не сможет дальше царствовать – его прикончат мстительные аристократы за своих родственников.
После короткого совещания земляне решили принять предложение астанирийских полководцев и принца.
Основная причина: напугать моих похитителей и тех, кто примет их в своём замке, слухами о расправе над крепостью, ранее никем не взятой. Крепость называлась Львиная Грива, поставили её больше века назад и с того момента она пережила несколько полномасштабных осад. Ни одна из них не увенчалась успехом. С трёх сторон крепость защищала широкая и глубокая река. С четвёртой была создана огромная оборонительная полоса из кольев, волчьих ям и магических ловушек. Мало того, с высоких стен и башен крепости осадные машины могли забросить смертоносный груз почти на полкилометра с удивительной точностью. Имеющиеся аналогичные установки у астанирийцев уступали им.
Ко всему прочему сильные крепостные амулеты защищали стены от вражеских камней, копий, горшков с огнём и заклинаний. Сначала осаждающим предстояло истощить ману в них, и лишь после этого заняться разрушением каменной кладки. До сих пор перейти ко второму пункту не удавалось ни у кого из врагов Ликанона.
Вообще, принц до появления землян уже принял решение закончить войну. До весны планировалось просидеть под стенами Львиной гривы, держа взаперти ликанонскую армию и грабя окружающие земли. После этого вернуться домой, везя трофеи и славу.
И тут появляются мои ближники с неприятной новостью о моём похищении и желанием всё перевернуть во вражеском королевстве ради поисков или ради мести.
На этот раз у коннетабля хватило мозгов не сводить Шацкого и Цезаря с принцем. Поняли, что наследнику «хватит» ума запретить им искать меня и отправить в приказном порядке назад в графство, а моим подчинённым послать его по матушке в эротичное путешествие. Поэтому, выслушали Шацкого с Цезарем, пообщались с принцем, сумели найти нужные аргументы для него и для моих людей. 
Единственное в чём они ошиблись – в возможностях дружины землян. Они помнили про химическое оружие, которое принесло победу в недавнем сражении. А ещё они знали, что крепость защищали амулеты, которые нейтрализовали подобную гадость. Потому как были эпизоды, когда её гарнизон пытались удушить ядовитым дымом, разжигая костры при попутном ветре в сторону крепости. Топливом в них были какие-то деревья, которые, сгорая, выделяли ужасно едкий и удушливый дым, смертельно опасный даже на расстоянии больше тысячи шагов от источника. Пробовали насылать ядовитый туман и жрецы. Так что, защита от отравы у крепости имелась. Сомневаюсь, правда, что она такая абсолютная против высокотехнологического ядовитого газа.
Вот только никто не собирался терять время и проверять, сколько продержатся амулеты против зарина.
Вместо газовых мин на крепость обрушились обычные. Их поддержали главным калибром БМП-3. А из-за их спин ударили чуть ли не прямой наводкой самоходки.
Магическая защита могла сколь угодно долго выдерживать попадания каменных глыб и горшков с горящей смесью. Но очень быстро рухнула, столкнувшись с фугасными снарядами в сто и сто пятьдесят два миллиметра и стодвадцатимиллиметровыми минами. Хватило нескольких десятков взрывов на магическом пологе, чтобы он исчез. Следующая сотня взрывов обгрызла стены и башни, вынесла ворота. Досталось и постройкам внутри.