Ты мой пульс (СИ)

Страх липкими пальцами схватил за шею и провел по позвоночнику. Я беспомощно оглянулась на Яра, тот поджал губы и свел брови.
— Аверина, следи за языком, — глухо проговорил он и толкнул в спину по направлению к веранде, где мы переодевались.
— На сегодня всё, Виль Натанович? — звонким голоском поинтересовалась Юля.
— Нет, еще по танцу и фото. Переодевайтесь и импровизируйте.
Не успела за Юлей закрыться дверь, как она накинулась на меня.
— Ты идиотка? Если не готова к интиму, зачем лезешь к заказчику?
Я сглотнула ком в горле и спросила то, что уже минут пять вертелось у меня в голове.
— Ты уже была на заказах?
— Да, с Антохой.
— И как? Когда?
— Какая разница? Меня устраивают условия, к тому же в шоу шансов маловато, а Яра пообещал ставить в пары, чтобы подольше остаться. Подзаработаю немного, потом он меня возьмет к себе…
— К себе — куда? — но Юля только закатила глаза немом «не спрашивай».
Убирая наряд пчелки и облачаясь в розовое что-то с пайетками, я застыла у зеркала:
— Что в этом танцевать?
— Лучше латино. Сальсу? У Яра есть такие композиции. Предупреди, он поставит.
Зажигательная сальса принялась девчонками горячо, особенно когда ко мне присоединился Тарас. Кто бы мог подумать, что он шикарен в латине!
— Одеваемся и в машину, — коротко распорядился Яра и кинул ключи Тарасу. — Юля с Антоном закончат и уезжаем.
Отработав три часа мы получили каждый по сто баксов и высадились у гостиницы.
— Будете работать? — тихо просила нас Юля, глядя на отъезжающего Яра.
— Еще бы, я только «за», — отозвался Тарас, а я неопределенно пожала плечами.
Дело в том, что я знала место, где за те же три часа можно заработать тысячу, а не жалкую сотню.
А вечером, перед самым сном, нас с Тарасом снова позвали вниз, в кабинет психолога.
— Подстава какая? — спросил Тарас низким голосом, оглядываясь на меня.
— Зачем ему это? К тому же Антоха с Юлькой уже второй раз на выезде.
— В курсе. Тогда чего?
Яра сидел за столом и жестом приказал сесть перед ним.
— Контракты, читаем, подписываем.
Пока Тарас углубился в чтение, мы с Яром играли в гляделки. Он разглядывал меня, а я из-за этого не могла опустить глаза и прочитать контракт.
— Что это?
— Твой трудовой договор, Аверина.
— Я еще не приняла решение.
— Зато я принял.
Тут Тарас оторвался от бумаг и удивленно переспросил Яра:
— Так это принудительно? Я не могу отказаться?
Наконец Яра перестал сверлить меня взглядом, я незаметно перевела дыхание и уставилась на титульную страницу контракта.
— Добровольное сотрудничество. Все официально. Раздумаешь работать — расторгнем с выплатой всех компенсаций. Все честно.
— Ну, отлично! — заулыбался Тарас и подмахнул документы.
— Молодец, не сомневался, что сработаемся, — Яра пожал ему руку. — Теперь иди отдыхай. Наша смена завтра в семь. Отсыпайся.
Как только за Тарасом захлопнулась дверь, Яра вышел из-за стола, обошел его и встал передо мной. Я подняла глаза и вздрогнула от озноба.
Яра стоял надо мной и криво улыбался, приподняв один уголок рта.
— А для тебя, Лиз-за, контракт принудительный. Можешь не терять время, а сразу подписывать внизу страницы.
Я откинулась на спинку стула, максимально увеличивая расстояние между собой и Вилем.
— За что мне такие эксклюзивные почести? — выдавила я.
И тут он сел на край стола, вытянув рядом со мной ноги, наклонился, подхватил прядь волос и потянул.
— Возможно у меня слабость к красным волосам, — тихо проговорил он.
И снова я вздрогнула и покрылась мурашками.
— У меня каштановые волосы, Виль… Натанович.
— А Юра уверяет, что тщательно следит и ухаживает за ними…
Я покраснела. Не думала, что Яра опустится до прямого обсуждения моей интим-прически.
— Что вы от меня хотите?
Его тон тут же изменился, стал из доверительного ледяным.
— Подписывай контракт, получишь обратно паспорт.
— И прекратите мои визиты к стилисту.
— Обойдешься.
Ну и ладно!
Я подмахнула два экземпляра трудового договора и передала Яру.
Он не глядя, убрал документы за спину и сильнее потянул за мои волосы.
— Мне любопытно…
— Что? — прохрипела я, во рту все пересохло.
— Почему я?..
Задумалась. Теперь мои первоначальные мотивы выбора казались такими мелкими и нелепыми. Действительно, зачем я настояла, чтобы наставником был Яра? Зачем выпендривалась, чтобы именно он заметил меня?
— Наверное, Тектоник хотел меня меньше, чем ты…
Он дернул меня за прядь и приблизился, прошептав в губы:
— Да-а, я хотел… и хочу тебя больше, это первое. А второе, я запрещаю мне тыкать.
Я отшатнулась, вжимаясь в спинку стула.
— Уходи, — моментально распорядился он.
— А паспорт?
— А что паспорт? Я тебе не доверяю. Потеряешь еще. Пусть полежит у меня в сейфе на время действия контракта.
Уже у двери я вдруг сообразила:
— Сколько действует контракт?
— Три года, Лиз-за. Три года ты будешь моей.
 Глава 8. Танец восьмой 
 
— Аверина в пару с Тарасом. Ваш хореограф — Елена Купец. Латина.
Виль Яра отправил нас с Еленой, поручив той самостоятельно выбрать для нас танец.
В шестом павильоне, теперь разделенном на два помещения для малой хореографии, Елена включила плеер и повернулась к нам.
— Что-то медленное, страстное или зажигательное, быстрое? Какие предпочтения?
Я переглянулась с Тарасом. То что он отличный партнер в латине, убедилась еще вчера, но сокращать расстояние с ним на той же румбе пожалуй рановато.
— Самба, ча-ча-ча, румба, пасодобль или джайв?
— Не румба! — тут же вычеркнула я.
— Джайв? — предложил Тарас, но Елена отмела.
— Это ваша третья программа, ребятки, джайв может сильно осложнить участие в шоу. Размер четыре четверти и сорок четыре такта в минуту! — тут она посмотрела на меня. — Лиза, почему не румба? Она для вашей пары пойдет полегче.
— Но не зрелищно. Поэтому ча-ча-ча тоже мимо…
Тарас вдруг задвигал бедрами под музыку:
— А давай то, что мы танцевали? Самба отлично получилась на пикнике.
— Размер две четверти, темп — пятьдесят тактов в минуту, — проинформировала Елена известную информацию. — Вы точно справитесь, но еще надо выделиться. Сделать танец выразительным.
— Это мы можем, — откликнулся Тарас, мгновенно скользнув ко мне и обхватив за талию.
— Тогда решено. Ставим вам горячую самбу!
Уже через два часа я поняла, что ненавижу, когда хореограф импровизирует, а Елена сочиняла связки на ходу, заставляла повторять, потом меняла и смотрела как получается у меня и у Тараса. И надо ли уточнять, что Тарас блистал, а я со слов хореографа казалась неповоротливой рукожопой куклой.
В общем, через эти два часа я сбежала от них «в туалет», а Тарас и Елена самозабвенно вертели телесами перед зеркалом.
Ничего, еще три часа и мы вернемся в гостиницу, там попробую уговорить Тараса отработать со мной движения в паре без хореографа. Вернулась в павильон только для того, чтобы еще больше узнать о своей неуклюжести и тощей заднице. Что я там говорила про Алика? Забудьте. Никогда больше не хочу работать с Еленой Купец — вот где стерва!
* * *
Тарас оказался совершенно неуговариваемым типом. Не успели мы вернуться в гостиницу, пока я принимала душ, он нажрался и лежал на койке кверху пузом.
— Я же просила!
— Значит, неубедительно, — хохотнул Антон и вдруг пошловато расставив ноги, как моряк Папай, двинулся на меня. — А может я тебе помогу? Попроси меня, Лизунь?
Не сдержалась, скривилась и плюнула бы, как было мерзко. Но вечер с планами провалился, отчего следующий день тренировок прошел под нескончаемым градом унижения от Елены: