Наваждение, или Мой чужой мужчина (СИ)

— Спасибо, — говорю еще раз, на что получаю довольную улыбку.
— Вам спасибо, я бы не нашел другого специалиста.
  
Глава 27
 
Женя
Мне и вправду все обустраивают за несколько дней. Сергей позволяет самостоятельно выбрать комнату для проживания и по требованию они доставляют туда столик для ноутбука, устанавливают ночную лампу и даже оборудуют мини-бар.
— Зачем? — смеюсь я, потому что к алкоголю я не пристрастна.
— Как это зачем? — удивляется мужчина. — Вдруг вам захочется расслабиться?
Я коротко киваю и благодарю мужчину за условия, которые он мне предоставил. Через два дня на мой счет капает сумма, гораздо выше той, которая указана в договоре с компанией. Я решаю, что мне просто ошибочно перечислили большую часть гонорара, но по телефону Сергей говорит, что такова только половина. И если ему понравится, он оплатит вторую половину в двойном размере. Я, конечно, удивлена, да что там, ошарашена. Проект дома, конечно, стоит недешево, но чтобы настолько?
Все, что мне остается — благодарить Сергея за его щедрость. Такие заказчики действительно попадаются, но очень редко. Тот факт, что повезло мне, я ценю и собираюсь оправдать надежды мужчины на все сто, а то и двести процентов.
Первый месяц я осваиваюсь в доме. Привыкаю к непривычным модификациям, к встроенной системе “Умный дом” и виду, который открывается с крыши. Я до сих пор не могу поверить, что моя работа проходит не в небольшой квартирке в шумном центре, а в огромном доме за городом, где нет ни шумных соседей, ни истеричек бабушек, ни алкашей под окнами.
За месяц мне удается сделать треть проекта в нескольких вариантах. Я привыкла делать сразу парочку, чтобы у клиента было из чего выбрать. С Сергеем мы связываемся несколько раз в неделю по телефону. Он спрашивает все ли меня устраивает, не нужно мне чего-то еще и ни разу не спрашивает о том, как идут дела. То ли он понимает, что дизайнер — человек творческий, то ли просто не беспокоиться о работе, считая, что я все сделаю вовремя. Я и вправду сделаю. Сроков мне не обозначили, но за месяца три все будет готово.
Утром воскресенья я просыпаюсь в приподнятом настроении. Вчера я спросила у Сергея Владленовича, могу ли я на день пригласить в дом маму. Мы не виделись все это время, и я хочу порадовать ее. Получив разрешение не только на день, но и на неделю, я обрадовалась, но решила, что не буду злоупотреблять добротой и мама уедет если не сегодня вечером, то завтра утром.
Я встаю с кровати и бегу на кухню, чтобы приготовить завтрак. Я попросила всю обслугу не приходить сегодня. С едой я справлюсь сама, в доме идеальная чистота, а я, в конце концов, хочу побыть наедине с мамой. Завтрак я готовлю минут за десять, после чего приступаю к приготовлению любимых блюд мамы. На моменте тушения печенки меня начинает тошнить. Вот никогда ее не любила, но думала, что смогу приготовить. Видимо, не судьба. Я выбрасываю недоготовленную печень в мусорку, открываю окна, а сама выхожу на улицу и набираю маму.
— Мамуль, ты где?
— Прости, Женя, тут у соседки ЧП. Мужа забрали с сердечным приступом. Вот буквально перед тем, как я выезжать собралась. Теперь вот Ивановну оставлять боюсь, она плачет и говорит, что жизнь ее закончилась. Можно я завтра приеду?
— Конечно, мам, — тут же отвечаю я.
— Спасибо тебе, милая. Ты как там? Не устала еще в хоромах своих?
— Нет, — сквозь улыбку говорю я. — Не устала. Печень готовила, да так и выбросила. Вот жду, когда проветрится.
— А что так? — настороженно спрашивает мама.
— Тошнит. Ты же знаешь, что я ее терпеть не могу.
— А ты не беременна случайно? — вдруг интересуется мама, на что я тут же отмахиваюсь:
— Ой, да какая беременность. Я печень с детства терпеть не могу. Не первый раз тошнит, — я смеюсь и успокаиваю маму.
— А вот жаль, — неожиданно говорит она. — Я все внуков жду. Этот твой непутевый так и не смог заделать тебе ребеночка, а ты…
— Мама, — прерываю ее тираду. — Ты обязательно понянчишь внуков. Чуть позже.
Слышу в трубку какое-то кряхтение, затем плач, стук, после чего мама говорит:
— Ты извини, мне идти нужно, Ивановна совсем приуныла.
— Давай. Жду тебя завтра.
Я отключаюсь и некоторое время гуляю по территории. Сижу в беседке и жду, пока тошнота отпустит, а в доме проветрится. Как только это происходит, я захожу внутрь, вымываю посуду и складываю все, что приготовила, в холодильник.
На кухне все еще стоит этот тошнотворный запах, поэтому я поднимаюсь на второй этаж, а оттуда на крышу. Устраиваюсь поудобнее на гамаке и не замечаю как засыпаю. Будят меня какие-то подозрительные звуки. Не сразу понимаю, что это звук автомобильного двигателя. Я тут же вскакиваю, голова чуть кружится, так что я не сразу поднимаюсь на ноги, отсиживаюсь и жду, когда мне станет легче. Только после этого спускаюсь на первый этаж и слышу шум у входа.
Вспоминаю о том, что Сергей говорил о госте, поэтому останавливаюсь и осматриваю себя в зеркале. Волосы немного растрепались, а так выгляжу отлично. Ступаю в зал, вижу сумки, брошенные у входа, пиджак, валяющийся на диване и часы на барной стойке. Самого мужчины нет. Кричать решаю нецелесообразно, поэтому просто остаюсь стоять на месте и ждать, когда он придет за вещами. 
Тем временем наливаю себе свежевыжатого сока, делаю пару глотков, когда слышу:
— Да, Сергей, я понял. Спасибо за жилье.
Я с грохотом ставлю стакан на стол и поворачиваюсь к источнику звука. Несколько минут ошарашенно смотрю на мужчину, представшего передо мной, а после в глазах меркнет. Нет, это не может быть правдой — последнее, о чем я думаю, прежде чем сильные руки хватают меня, а я проваливаюсь в небытие.
  
Глава 28
 
Женя
Он изменился: на нем черные классические брюки, белая рубашка с закатанными до локтей рукавами и лакированные туфли с круглым носком. Я замечаю это, пока Вадим ходит туда-сюда по комнате и что-то высматривает в телефоне. После он поворачивается ко мне и я тут же закрываю глаза. Я не готова пока с ним разговаривать, не готова встретиться лицом к лицу.
Он снова вышагивает, а я уже не решаюсь приоткрыть веки и посмотреть, смотрит он в мою сторону или нет. Я стараюсь дышать равномерно, но не получается. Его близость нервирует меня: я чувствую запах его парфюма и не могу понять, что мне кажется незнакомым. Через минуту, когда я таки решаю открыть глаза снова, моментально понимаю, что именно меня настораживало.
Вадим смотрит на меня в упор, прожигает своим колючим взглядом и проворачивает телефон в руке.
— Не думал, что ты трусиха, Женя, — спокойно говорит он.
— Не думала, что ты мудак, Вадим, — не остаюсь в долгу я и встаю с постели.
Ох, это была плохая идея, потому что едва я сажусь на свою подкачанную пятую точку, как к горлу подступает тошнота, а голова начинает кружиться. Причем с такой скоростью, что мне кажется, Вадим вращается вокруг меня.
Несмотря на плохое самочувствие, я таки подтягиваю свое тело к краю кровати и спускаю ноги на пол. Честно, я не чувствую в себе сил, чтобы встать, поэтому просто остаюсь сидеть. Сидеть и смотреть на Вадима, который удивленно смотрит на меня.
— Ты что здесь делаешь? — внезапно спрашивает он.
— Проект дома рисую, — спокойно отвечаю. — Меня наняли месяц назад. Предупредили, что здесь поживет знакомый, но честно, знала бы, что будешь ты, ни за что бы не согласилась.
Вадим удивленно изгибает левую бровь и смотрит на меня так, будто я соринка в его глазу.
— Ты когда стала такой стервой? — интересуется мужчина, на что я только усмехаюсь.
— Сразу, как только поняла, что теперь свободна, — я, наконец, прихожу в себя.
Меня больше не тошнит с такой силой, будто я вулкан и готова извергать лаву, да и головокружение, кажется, прошло. Это все печень, я уверена, не зря же я ее терпеть не могу с самого детства. Я встаю с кровати, поправляю постель и, даже не поинтересовавшись, как я попала в чужую постель, прохожу мимо Вадима и выхожу в коридор. Захожу на кухню, наливаю себе воды и слышу за спиной: