Диктатор (СИ)

«Состояние стабильно… По-прежнему без сознания… Жена не отходит от его постели…»
Близился Новый год, и я с грустью поглядывала на обсыпавшуюся елку, которая все так же лежала опрокинутой у окна, а еще позволяла себе забыться и дать волю мечтам. О том, куда бы мы поехали с Олегом на праздники и как бы отмечали их. О том, как бы проводили ночи и встречали рассветы. Я так скучала по нему, по его командному тону, по его грязным шуточкам и постоянным приставаниям, что для того, чтобы уснуть, мне пришлось положить рядом с собой его футболку, перед этим щедро распылив на нее его любимый парфюм.
В один из дней, не помню, в какой именно, потому что совершенно сбилась со счета — возможно, прошло два, а возможно, и все десять дней со дня аварии, — тишину в квартире разрезал звук дверного звонка. Я подорвалась с кровати и, нисколько не заботясь о своем внешнем виде, распахнула дверь в надежде, что это Олег. Она была призрачной, но мне хотелось верить в чудо, ведь я так ждала его.
Я застыла, смотря на парня из службы доставки с букетом белых роз в руках. Растерянно переводила взгляд то на его лицо, то на цветы, точно такие же, как и в прошлый раз.
— Вам доставка, распишитесь, пожалуйста. — Он протягивает мне планшет, и у меня случается дежавю. Дрожащими руками я расписываюсь в белом поле и принимаю букет. Не закрывая дверь, сразу же ищу среди белых бутонов карточку. Точно такую же, как и в прошлый раз.
«Как бы далеко я ни был, все равно скучаю. Дождись меня, Малышка, и я покажу тебе, что такое рай. Твой Диктатор».
Ноги с трудом держат меня. Кажется, еще немного и я рухну на пол. Олег? Это он прислал мне их? Мистика? Или же это чья-то насмешка?
— Эй, подождите! — кричу парнишке вслед. — А кто отправитель, можно узнать? — смотрю на него с надеждой, пока тот заглядывает в планшет.
— Простите, отправитель предпочел остаться анонимным. В графе стоит Диктатор, — пожимает плечами курьер, смотря на меня с сожалением.
— Спасибо, — говорю разочарованно и захлопываю дверь.
Эти цветы дают мне надежду. Возможно, Олег уже очнулся и смог заказать доставку через интернет. Я бросилась к телефону, проверяя, есть ли пропущенные звонки, но на экране пусто. Потом не выдерживаю и набираю его в который раз за эти дни. Но в трубке по-прежнему механический женский голос, предлагающий мне записать голосовое сообщение. И в этот раз я принимаю предложение.
— Олег, это я. Надеюсь, что ты уже скоро очнешься и прослушаешь это сообщение. Я очень скучаю по тебе. Не бросай меня, пожалуйста. Я…
Всхлип и пауза.
— …я…
Снова всхлип.
— …Я очень люблю тебя.
 Глава 37 
 
Малышка
В конце января меня ошарашивают сразу две новости: я беременна и Олега выписывают из клиники. Причем если вторая вызвала во мне детский восторг, слезы счастья и облегчение, то первая — страх и растерянность.
Я заставила себя вернуться на учебу, чтобы хоть как-то отвлечься от проблем. В начале семестра всех студентов с первого по четвертый курс, как обычно, отправили на медкомиссию для допуска к физкультуре. Я провалила осмотр у гинеколога, если это можно так назвать.
— Какой у вас день менструального цикла? — спрашивает женщина, и я теряюсь. Попыталась сосчитать в уме, но ничего не получилось, поэтому пришлось открыть календарик и…
— В начале декабря были, — говорю охрипшим голосом, но ни о какой панике речь еще не идет. Стресс и волнение вполне могут сказаться на женском здоровье, ведь так?
— Незащищенные половые акты были? — Наталья Ивановна выжидающе смотрит на меня, застыв с ручкой над моей медкартой.
— Да, — отвечаю, пряча взгляд и краснея, потому что обговаривать свою личную жизнь со взрослой посторонней женщиной для меня в диковинку. Даже если эта женщина медработник.
— Что ж, давай осмотрим тебя.
Я дрожу от страха — оттого, что это первый полноценный гинекологический осмотр в моей жизни, и оттого, что предположение Натальи Ивановны может подтвердиться. Я стараюсь не забегать вперед и не думать об этом. Я слишком молода для детей, а еще совершенно не устроена в жизни. Даже боюсь предположить реакцию Олега на эту новость. А с другой стороны, это так прекрасно — носить в себе частичку любимого человека, что на глазах наворачиваются слёзы.
— Ну что ж, девонька, могу с уверенностью сказать, что вы беременны. Для точного установления срока нужно сделать УЗИ. Можете одеваться.
До меня не сразу доходит, что обращается врач ко мне. Нет, я не беременная, не могу быть беременной. От новости, свалившейся на меня с небес, у меня закладывает уши, а еще кружится голова. Я с трудом встаю с кресла и привожу себя в порядок. Мои руки дрожат так сильно, что застегнуть все пуговицы на платье получается далеко не с первого раза.
— Вот контакты гинеколога-акушера, у нас в студенческой поликлинике не ведется учет беременных, поэтому сходите к нему на осмотр. Если собираетесь делать аборт, не тяните с этим.
— Что? Нет, какой аборт? — слишком резко вскрикиваю я, не справившись с эмоциями. О том, чтобы убить жизнь, так внезапно зародившуюся во мне, даже речи не может идти.
Провести день в неведении невыносимо, поэтому я сразу же мчу в женскую консультацию. Я не могу думать ни о чем другом, кроме возможной беременности. И когда мне на руки выдают черно-белое фото, обозначив, что где-то там на снимке видна крохотная жизнь, не могу совладать с эмоциями и начинаю плакать. От счастья. Неопределённости. И страха. Я не планировала ребёнка в таком раннем возрасте, и уж тем более от женатого мужчины, который, ко всему прочему, лежит без сознания. И неизвестно, выкарабкается ли, но я собираюсь бороться за свое счастье. За нашего с ним ребенка. До конца.
Не помню, как добираюсь до квартиры, в голове целый водоворот мыслей, и я настолько выжата, что падаю на мягкий матрац и сразу же отключаюсь. Во сне я вижу то Олега, который делает мне предложение, то насмешливое выражение лица Марины, которая каждый раз отнимает его у меня. То свой огромный живот и безразличные глаза Исаева.
Меня будит телефонный звонок, и я выныриваю из очередного кошмара, пытаясь восстановить дыхание.
— Включи новости на первом, — короткая фраза, сказанная знакомым мужским голосом, и я срываюсь с места в поисках пульта от телевизора.
— …жизни ничего не угрожает. На пресс-конференции партии «Будущее» сообщили, что их лидер Олег Исаев уже пришел в себя и в ближайшие несколько недель вернётся к исполнению своих обязательств…
На негнущихся ногах я присаживаюсь на краешек дивана и не отрываю взгляд от экрана, чтобы не пропустить ни одну деталь репортажа. По телу проходит дрожь волнения, и я не могу дождаться, когда уже Олег вернётся ко мне. Он ведь приедет, правда?
Пока он был в больнице без сознания, все остальные страхи, кроме страха за его жизнь, отошли на второй план, а вот сейчас, когда я точно знаю, что с ним все в порядке, я снова и снова думаю о том, не решит ли он вернуться к жене. Она ведь ждёт ребёнка. Как и я.
От Михаила я узнаю, что выписка назначена через восемь дней, и нетерпеливо жду этого момента. Рано утром одеваюсь потеплее и устраиваюсь на одной из лавочек напротив входа в клинику. Чтобы хоть одним глазком взглянуть на него, потому что все эти долгие недели меня съедало чувство одиночества. Без Олега было невыносимо больно и плохо. Словно моя жизнь закончилась ровно в тот момент, когда его машина слетела с дороги.
Я дрожу от нервного напряжения и не замечаю ничего вокруг, кроме стеклянной двери, в которую вцепилась взглядом. Каждый раз, когда двери клиники открываются и из них кто-то появляется, я приподнимаюсь в надежде, что это он, а потом разочарованно возвращаюсь на место.
И вот, словно в замедленной съемке, на крыльце появляется Олег. С гипсом на руке и низко натянутым на лоб капюшоном, но я все равно узнаю его. Его ровную осанку и высокую фигуру. Его походку и жесткую линию губ. Я не замечаю никого вокруг, кроме него. Ни охрану, ни снующих туда-сюда репортеров. Мое сердце стучит так быстро, что, кажется, вот-вот вырвется из груди. На лице растягивается счастливая улыбка, мне хочется броситься Олегу на шею, почувствовать родные объятия и горячие губы. Я делаю шаг вперёд, но застываю на месте, как прибитая.