Одно (не) счастье на двоих (СИ)

— Тем более других вариантов у тебя нет. В полиции тебе отказали, сама ты только из психушки, — она стала спиной к Милане и, отодвинув шторку, посмотрела в окно.
— Почему вы мне помогаете? Это же деньги. Большие деньги.
— Потому что я тоже мать. Тоже женщина.
— Вы не говорите прямо.
— Всему свое время. Тем более сейчас это не главное, — она снова повернулась лицом к Милане.
На какое-то мгновение Милане показалось, что ее соседка слегка волнуется.
— Я согласна. Тем более вы правы. Другого выбора у меня нет.
— Вот и отлично! А сейчас пошли чай, — наконец-то Валентина Гавриловна улыбнулась. Она снова резко стала той же добродушной соседкой, которая приютила бедную девушку.
— Позволите мне сделать один звонок?
— Конечно! Я буду ждать тебя на кухне. — Валентина Гавриловна медленным шагом направилась на кухню. Выйдя из комнаты, она плотно закрыла за собой дверь. Милана осталась наедине сама с собой. Закрыв папку, она положила ее на журнальный столик и встав с кресла подошла к телефону. Аккуратненький черный стационарный аппарат стоял на тумбочке возле кровати. Она полезла в карман своего халата и достала визитку, которую ей дал на прощанье Тима. Подняв трубку и прислонив ее к уху, она быстро набрала нужный номер. Раздались длинные гудки на другом конце провода, но трубку быстро подняли.
— Алло! — послышался мягкий мужской голос.
Милана тут же его узнала. Это был Тимофей.
— Тима, это Милана. Мне нужна твоя помощь.
— Я знал, что ты позвонишь, но не думал, что так быстро. И что за помощь тебе нужна?
— Ты можешь приехать, на тоже место, куда привез меня утром? Квартира сорок восемь. Я буду тебя ждать, — Милана назвала номер своей квартиры. Именно там она собиралась встретиться с Тимой и спокойно поговорить.
— Хорошо. Скоро буду.
  
Часть 22
 
Глава 22
Прижав к себе крепче папку с документами, Мила решила вернуться домой.
— Думаю, вам не слишком удобно, что я постоянно буду ночевать у вас. Тем более я живу напротив.
— Выкинь эти глупости из головы. Если ты решила просто побыть одна и подумать, то я не буду тебе в этом мешать.
— Спасибо за понимание.
— У тебя все получиться. Я в тебя верю. Ты сильная девушка. Ведь нет ничего сильнее, чем материнская любовь. — Валентина Гавриловна сказала это так, что на мгновение Милане показалось, что сзади у нее вырастают крылья и у нее действительно все получиться.
Она взяла у соседки запасной ключ и направилась домой. Как только она переступила порог квартиры, на нее тут же нахлынуло отчаянье. Она разувшись, прошла в комнату, где стояла детская кроватка. Рядом с кроваткой стоял диван. Старый скрипучий диван, застеленный стареньким покрывалом с изображением большого бурого медведя. Мила огляделась и поняла, что везде вещи Дениса. На стуле лежит его скомканная грязная рубашка. Она улыбнулась едва натянутой улыбкой и поняла, что он так всегда делал. Приходил с работы, разбрасывал свои грязные вещи, а утром брал из шкафа новые, чистые. А теперь его нет. И все настолько опустело, что находиться здесь одной — просто невыносимо. Она положила папку под подушку и присела на диван. В полной тишине он протяжно скрипнул.
Мила подперла голову руками и пыталась сосредоточиться. Никакие мысли не шли в голову. Она пыталась понять с чего ей начать.
Неожиданно в дверь постучали. Мила поспешила открыть. На пороге стоял Тимофей. В руках он держал небольшую коробочку конфет.
— Извини, цветов не было.
— Ты так быстро…, - Мила улыбнулась. Она слегка занервничала и начала поправлять волосы. Почему-то ей показалось, что выглядит она не совсем должным образом. Тима напротив, был одет с иголочки. Она заметила, что с последней их встречи он даже нарядился: белая кристально-чистая рубашка, натертые до блеска черные туфли, идеально уложенные волосы. От него веяло приятным мужским парфюмом. — Проходи. У меня не совсем прибрано…
— Ничего, ведь ты только из психушки. Так что это вполне нормально. — Тимофей прошел в зал, и протянул Миле конфеты.
— Это тебе. Извини, цветов не было.
— Спасибо, я сейчас чайник поставлю. У меня такое впечатление, что я тысячу лет не была дома. Такой погром! — Мила взяла конфеты и направилась на кухню ставить чайник.
— Надеюсь, ты меня позвала не прибираться у тебя дома?
— Ах, нет! — Мила вернулась в зал и снова улыбнулась. Почему-то ей показалось, что Тима непроизвольно заставляет ее улыбаться. — Я хочу тебе кое-что рассказать. Я тебе уже говорила, что у меня убили мужа и забрали ребенка. Теперь я хочу вернуть своего малыша.
Тима рассмеялся. Показав свои белоснежные, ровные зубы, он слегка прищурил глаза.
— Да, теперь ты больше похожа на сумасшедшую. Может я зря тебя вытащил?
— Мила сама того не понимая, решила все рассказать Тимофею. Почему-то он внушал ей доверие.
— Мой муж — игрок. Он играл в казино и поиграл очень богатому человеку нашего ребенка. Я хочу вернуть своего малыша.
— И как ты собралась это сделать?
— Вот! — Милана тут же бросилась к дивану и достала из под подушки все ту же темно-вишневую папку.
Тимофей открыл ее и слегка присвистнул, когда начал читать.
— Так ты миллионерша? Неожиданно.
— Я толком не знаю, что мне с этим делать. Помоги мне? Ты говорил, что занимаешься компьютерами…. Мне нужны люди, которые разбираются в финансах, менеджменте, юриспруденции.
Тимофей захлопнул папку и протянул ее обратно Милане.
— Для начала эти бумажки нужно положить в банк, в надежную ячейку. А потом тебе нужны хорошие брендовые шмотки, одета ты явно не как миллионерша.
— А как кто?
— Поехали лучше по магазинам? Машина у меня на ходу и развеемся как раз?
— Что прямо сейчас?
— А чего тянуть-то? По дороге заедем в банк, закинем твои бумажки. Хочешь, заедем куда-нибудь в кафе выпьем кофейку? Спокойно все обсудим. Думаю, нам есть, что обсудить.
— Значит, ты мне поможешь?
— Помогу. Я помогу тебе собрать команду из нужных людей. Мы вложим твои бумажки так, что твое состояние удвоиться, а может утроиться. Это как масть ляжет. Если ты таким способом решила забрать малыша, то при помощи таких бабок ты можешь выкупить хоть весь роддом.
— Нет, мне нужен только мой малыш.
— Тогда, собирайся. Теперь у тебя начинается новая жизнь.
— Я просто хочу вернуть своего малыша. Мне больше ничего не нужно.
Погода была снова ясной. Они сели в машину. По пути в банк, Тима сделал несколько звонков. После банка было решено заехать в салон и обновить стиль Миланы. Затем они договорились заехать в кафе.
В банке их встретила приветливая девушка. После того, как Мила подписала кучу бумаг, она провела ее в хранилище. Оставив Милу наедине со своим сокровищем, она вышла и ждала ее за дверью. Мила легко распрощалась с папкой и буквально через минуту позвала девушку, которая с самого входа в банк сопровождала ее.
— Все готово? — любезно спросила она.
— Да, — все в порядке. — Мила отвечала ей как-то не уверенно. На самом деле она не до конца понимала, все ли она правильно делает.
— Если хотите, еще раз проверим мой и ваш ключ?
— Нет, что вы! Я совсем не за это. Просто я не совсем уверенна, что нужно делать именно так.
— Это самая высокая степень защиты. Поэтому можете даже не волноваться. Без вас эту ячейку просто невозможно открыть.
— Спасибо!
Когда Мила с Тимой вышли из банка погода начала портиться. Время приближалось к обеду. Раскаленный, жаркий воздух, накалился до предела. Парило, как в хорошей русской бане. Казалось вот-вот появиться большая черная туча и пойдет сильный дождь. С громом и молнией. Так и произошло. Они успели сесть в машину, как сразу поднялся сильный ветер. Нагибая макушки высоких деревьев, он нагнал черную тучу, из которой так и поблескивала искристая молния. Раздался буйный гром. Милана только сейчас подумала, что она не знает, где и как похоронили Дениса. Ей бы очень хотелось, чтобы все было по-человечески. При первой возможности, Милана обязательно выяснит это и если это потребуется, то сделает перезахоронение. Не смотря на то, что его поступку не было прощения — смерти она не желала ему однозначно. Если бы он остался жив, то она просто перестала с ним общаться. Как и советовала Валентина Гавриловна, развелась с Денисом при первой возможности. А ведь Милана его любила, хотела родить от него ребенка, создать самую настоящую семью. Ходить на работу, водить ребенка в садик, ждать его с работы, готовить ужин. На выходных гулять всей семьей. Для Миланы это было самым настоящим счастьем.