Непридуманная сказка (СИ)

 Московская область, май 2003 года. Александра Катунина 
 
Двумя неделями позже они снова, как и каждый вечер из четырнадцати прошедших, пошли вместе гулять. Был по-летнему тепло. И солнце садилось за церковью, будто гладя её купола ласковым светом. Они медленно шли по тропинке и молчали, глядя на эту невероятную красоту. А потом Саша тихо попросил:
- Расскажи мне про Захара.
Она посмотрела в его нежное внимательное лицо и кивнула, сама не понимая, как, ну, как можно рассказать всё то, что было в её не самой простой жизни. Но оказалось, что можно. Никому нельзя, а ему можно. И Саша рассказала ему всё. То есть абсолютно всё. И про Захара, и про Виталия.
Говорила она долго и, как ей самой казалось, путано и непонятно. Но он как-то всё понимал. И задавал вопросы там, где было нужно. И подолгу молчал, именно тогда, когда было необходимо. А уже в самом конце, когда ей вдруг стало страшно, и она испугалась, что навсегда и бесповоротно оттолкнула его от себя, что он наверняка ужаснулся и, ужаснувшись, больше не захочет её видеть и слышать, Александр вдруг шагнул к ней, повернул к себе и обнял. Обнял так, как ей всегда хотелось. Не с намёком на что-то большее, не формально, не равнодушно. А с такой нежностью, убеждённостью, что всё у них будет хорошо, с таким состраданием к её прошлым бедам, что Саша впервые в жизни почувствовала, как это, когда тебя обнимает любящий сильный мужчина, лучше которого нет на свете. И не было у неё ощущения, что она сейчас не с тем, что рядом с ней чужой малознакомый человек. Зато откуда-то возникло и заполнило всю её целиком чувство, что нет на свете никого ближе и роднее этого высокого усталого парня.
Они вернулись счастливые и как будто постигнувшие какую-то невероятную тайну. Антонина Сергеевна, которая гостила у Александра, выглянула с Артёмкой на руках, увидела их ясные лица, улыбнулась понимающе и ничего не сказала.
Саша и Александр вместе выкупали перед сном мальчика, покормили его, и она собралась уходить к себе.
- Я пошёл укладывать спать Артёмку, - улыбнулся «лучший на свете мужчина» и удержал её за руку, - ты подожди меня, пожалуйста, я тебя провожу.
- Да не надо, - засмеялась Александра, - вот уж дальний свет – соседняя
дверь. Три шага, и я дома.
- Я прошу: подожди.
- Хорошо.
Александр взял сына на руки и они, обнявшись и помахав Саше, ушли.
Тут же из кухни появились сёстры Легачёвы. Они с заговорщицким видом продефилировали через всю гостиную — Саша с интересом и удивлением наблюдала за ними — уселись рядком на сливочном кожаном диване и строго посмотрели на гостью. Она даже поёжилась под их суровыми взглядами.
- А вот сейчас, девочка, ты должна нас внимательно выслушать, - сдержанно начала старшая из сестёр, - выслушать и понять: тебе достался удивительный человек, потрясающий парень, которых во всём мире раз, два и обчёлся…
- Я вас понимаю, - кивнула с улыбкой Саша, воспользовавшись паузой в разговоре.
- Нет, ты не до конца понимаешь, - не согласилась младшая сестра, - но мы тебе сейчас всё расскажем, и ты, конечно, поймёшь…
Пока сёстры Легачёвы рассказывали, одна сменяя друг другу, Саша, как ей самой казалось, не дышала, не шевелилась и не моргала. Перед её глазами стоял худенький русоволосый мальчик, провожающий уезжающую к любовнику мать и остающийся один в пустой двухкомнатной квартире. И её собственные неласковые, но всё же любящие родители уже казались ей лучшими на свете.
Когда женщины замолчали, Саша, не говоря ни слова, встала и пошла вглубь дома. Акулина Сергеевна хотела было спросить её о чём-то, но старшая сестра схватила ту за рукав и силой усадила обратно на диван.
А Саша на цыпочках зашла в комнатку к маленькому Артёмке. Там, на полу, лёжа головой на огромном палевом льве Лёве, неудобно просунув сквозь прутья детской кроватки руку и нежно сжимая ладошку сына, спал Саша Эмерих, её сбывшаяся несбыточная мечта. Её непридуманная сказка. Тот самый парень с Кольцевой дороги, спасающий бродячего пса. Тот самый доктор, возившийся с маленькой Полиной Вадимовной в собственный день рожденья. Тот самый мальчик, выстоявший против всех бед и искушений. Тот самый отец, усыновивший брошенного мальчика. Единственный возможный для Саши человек, которого она почему-то так долго и всё не там искала, но всё же нашла. Она тихонько легла на пол рядом с ним и тоже положила голову на льва Лёву.
 Московская область, май 2003 года. Александр и Александра 
 
Лёву буквально через неделю после усыновления увидел на блошином рынке, мимо которого он случайно пробегал по делам, Саша. Грустный лев сидел прямо на асфальте под мелким дождём, таким неуместным и несвоевременным, и смотрел безнадёжными пластиковыми глазами на спешащих людей. Александр тоже было промчался мимо, торопясь укрыться от мороси в своей тёплой машине. Но в последний момент всё же заметил льва. И неожиданно для себя резко развернулся в обратную сторону и, поискав глазами хозяина льва, поинтересовался:
- Сколько?
- Сотню прошу, - неуверенно ответил высокий не слишком трезвый торговец в зелёном полиэтиленовом плаще.
Саша вынул из кармана купюру, сунул в грязную ладонь продавца и потянул грустного льва за лапу:
- Пойдём, Лёва… Ты же не против, если я стану называть тебя так?
Лев оказался тяжёлым, Саша обхватил его руками и потащил к своей машине. Вслед ему глядели несколько торговцев.
- Во! – хохотнул один из них. – Я ж вам говорил, что он продастся! А вы всё нет да нет. И вот поглядите-ка!
- Кто ж мог подумать, что на него хоть кто-нибудь польстится!
- И не говори! А вот поди ж ты: на всякий товар найдётся свой купец…
- Ну, тут купец явно с придурью.
- А внешне вполне нормальный, одет прилично…
- Вот-вот! Одет прилично, а купил старую грязную игрушку. Точно крыша уехала…
В машине Александр усадил льва на заднее сиденье, даже ремнём пристегнул, чтобы не упал при торможении, и сказал:
- Ну, что, Лёва? Поехали в химчистку?
Через пару дней он получил чистого, красивого и будто даже повеселевшего Лёву, упакованного в прозрачный пакет.
- До чего хорош! – восхитилась девушка-приёмщица, выдававшая ему игрушку.
- Вы его два дня назад не видели, - усмехнулся Александр, - а теперь да, красавец.
- Я такого никогда не видела, - продолжила девушка, - мы тут его разглядели хорошенько с напарницей. И нам кажется, что он не фабричный, а ручной работы. Кто-то, наверное, его сшил для своих детей. Это ваш?
- Теперь мой, - улыбнулся Александр, - и моего сына.
- Я бы тоже от такого своей дочке хотела, - вздохнула головой девушка, - но у меня терпения и мастерства не хватит сшить. А в магазинах такие не продаются...
Татьяна, увидев на пороге мужа со здоровущим, размером почти с него, львом, мрачно поинтересовалась:
- Ты лечиться не пробовал, Эмерих? Зачем тебе это чудовище?
- Артёмке в комнату посажу. Вот начнёт ползать, будет с Лёвой обниматься, - и он понёс льва знакомиться с маленьким хозяином. Татьяна посмотрела ему вслед и зло прошептала:
- Тащит в дом всё подряд. Мало мальчишки, теперь ещё и это безобразие. Совсем крыша уехала.
Александр её не услышал.
А через три недели он, вернувшись с работы, обнаружил в тёмной пустой квартире рыдающего Артёмку и записку.
Но это было давно, так давно, что и вспоминать не стоило. Потому что теперь он спал на полу в комнате своего сына, а рядом с ним была она, та самая девушка, о какой он мечтал с... да всю жизнь мечтал.
Спящими на полу и обнаружила через полчаса Сашу и Сашу не выдержавшая ожидания тётя Тоня. Обнаружила, покачала седой головой и пошла за пледом. Укрыв своего доктора и его девушку, прикорнувшую рядом с ним и гигантским львом, она вернулась к сестре и сказала:
- Всё, можем больше не искать.