Игрушка для мажора (СИ)
Я знаю, что частенько засыпал с ней в обнимку, и теоретически знал каждый её изгиб на ощупь, но теперь всё было по-другому — более живо, что ли. Много чего я успел себе навоображать, пока больше месяца убаюкивал её в коконе своих рук, но реальность превзошла любые фантазии, потому что касаться её кожи без преград — непередаваемый и ни с чем несравнимый кайф. Её глаза сейчас были похожи на мутное зеркало, и я нисколько не сомневался в том, что начать с ней отношения было самым правильным решением. Сколько бы я ни дотрагивался до неё — этого не хватало; вдыхал её запах — и не мог надышаться; целовал её податливые губы, пил всю без остатка — и не мог заглушить голод, что выжигал душу до основания. От неё напрочь срывало крышу и сносило к чёрту тормоза, но кто из нас рискнул бы на это жаловаться?
Чуть позже, когда Варя, измотанная и влажная от пота, заснула в моих руках, я понял, что вязну в ней с каждой секундой всё глубже; это больше напоминало безумие, которому не место в голове у эгоистичного мажора вроде меня, но я запросто закрываю на это глаза.
Я готов сойти с ума окончательно, если так надо — если это гарантирует, что моя заноза останется не только в сердце, но и рядом до самого конца.
16 октября 2019 года, среда
Утро подкралось быстро и чертовски незаметно. Оказалось, что ночи не такие уж и длинные — если рядом девушка, которую хотелось подмять под себя снова, несмотря на весь ночной марафон. Мы оба оторвались друг от друга только на рассвете, потому что Варя не собиралась пропускать учёбу и хотела, чтобы я был с ней там. А я хотел быть только в ней — снова и снова — и ближайшие несколько дней вообще не видеть никого, но любовь — это не только секс, а я уважал Варю.
Чисто по-человечески.
Она по-прежнему спала, отвернувшись к стене; из одежды на ней только бельё и моя футболка, которую она натянула где-то час назад — чтобы «не соблазнять меня». Глупая. Будто не знает, что сводит меня с ума даже в своих полинялых джинсах и бесформенной домашней кофте…
Провожу пальцами по её шее, вдоль её позвоночника и задерживаюсь на бедре, чуть сжимая кожу. Варя возится, что-то бормоча, и обнимает рукой подушку, уткнувшись в неё лицом. Чуть задираю футболку, открывая доступ к коже на спине, и кусаю чуть выше поясницы. В ответ на это раздаётся стон, который для меня звучит как гонг к действию, но уже шесть тридцать утра, а нам обоим ещё нужно в душ.
— Тебе нужно вставать, детка, — мурлычу ей в ухо. — Но если ты предпочитаешь остаться, то я ничуть не против.
Варя тихонько хихикает и поворачивается ко мне лицом.
— И откуда в тебе столько энергии, Поляков? — притягивает меня к себе за шею. Опасный манёвр. — Ты из меня все соки за ночь выжал, и тебе всё мало?
— Мне тебя всегда будет мало, — отвечаю на полном серьёзе.
Девушка счастливо улыбается.
— Люблю тебя.
Целую её, чуть оттянув губу, и ловлю ещё один стон.
— Люблю тебя.
Да, я определённо не ошибся.
Конец