Сталь и серебро. Книга 1

Когда моя размеренная жизнь успела превратиться в этот вот хаос?!
Дверь с грохотом развалилась, и в комнату ворвался Эрихард.
– Ллана?
Я прижалась затылком к кровати и зажмурилась.
Даже при желании не сумела бы сейчас выдавить ни слова.
– Ллана! – Кажется, он до смерти перепугался.
До чьей-то смерти.
Жаль, что этот кто-то уже мертв.
– Мя-я! – выдала нас кошка.
Какой противный у нее все-таки голос.
Это была последняя мысль, перед тем как я на некоторое время перестала соображать.
 
Глава 4 
 Снежинка
Реальность вновь обрела краски, когда что-то теплое и терпкое полилось мне в рот. Я судорожно закашлялась.
– Спокойно. – Эрихард придержал стакан. – Тебе нужно выпить успокоительное.
Мне нужно домой, в свою жизнь, туда, где в меня не пытаются воткнуть нож. Остальное вторично.
Но альтернативы не было, и я сделала еще один осторожный глоток. И еще… В воду явно было добавлено что-то травяное, даже по запаху похожее на успокоительное. Дальше пила уже смелее.
Растерзанный труп как раз уносили. Мать их ледяную бабушку! Это сделала кошка?!
Виновница плюшевой сосиской лежала частично у меня на бедре, частично сползла на пол, сладко спала и умиротворенно мурчала.
Ощущение того, что окружающая реальность слегка помешалась, усилилось.
– Прости, – пробормотал Эрихард и наконец совсем отнял руки от стакана. – Я виноват.
И, явно не следя за своими движениями, погладил кошку. Та никак не отреагировала.
– В чем? – Мой голос звучал хрипло, почти как мяуканье Фели.
– Я подверг тебя опасности. Этого не должно было случиться.
Успокоительное действовало странно. Не как все то, что мне доводилось пить раньше, а доводилось мне много. Эмоции, каждый штрих воспоминаний о происшедшем, панический страх, – все было здесь, в голове. Но будто утратило часть красок. Перестало иметь значение. И… стало намного легче дышать.
– Не факт, – выговорила отстраненно… как держатся местные ледышки. – Нападение может быть связано с тем, что я случайно сняла. Или кто-то думает, что сняла.
– Это я должен был спасти тебя. – В голосе Эрихарда отчетливо слышалась досада, а во взгляде читалось согласие с моей точкой зрения.
Я много думала об этом. В смысле, о той съемке. Будь там что-то из ряда вон выходящее, я бы заметила. Опыт научил меня быть внимательной к деталям. Исключением могло стать лишь то, чего увидеть нельзя. Магия.
Фото ее тоже навряд ли запечатлят.
Тогда… почему на меня напали?
– Больше это не повторится, – ворвался в растерянные мысли голос Эрихарда. – Идем, тебе нужно в душ.
Комнату невесты убирали, впечатление, что здесь сейчас вся доступная прислуга толклась. Поэтому ближайший свободный душ оказался в комнате Эрихарда. В другое время я бы ни за что не позволила отвести себя туда, но лекарство делало меня безразличной ко всему.
Почти ко всему.
Мы уже шли к выходу, когда кошка начала вылизываться. У меня ком в горле встал от этого зрелища.
Эрихард подхватил меня на руки.
И именно в этот момент надо было появиться его матери…
Она что-то там кричала, но ее никто не слушал.
В ванную «жених» вошел вместе со мной. И опять я лишь отметила этот момент у себя в голове. Только там он поставил меня на ноги. Плитка, имитирующая неровные камни, неприятно холодила босые ступни. Единственное полноценное ощущение. Я поежилась.
Душевая кабина была испещрена имитацией морозных узоров, не оставалось ни единого прозрачного участка. Я скрылась внутри, уже там разделась. Протянув руку, проверила, достаю ли до полотенец и халата.
Достаю.
Отлично.
– Как отмоешься, ложись в постель. – Эрихард не вышел из ванной. – Утром ты нужна мне бодрая и отдохнувшая.
– А…
– Я найду, где переночевать.
Чудно.
Спорить сегодня совершенно не оставалось сил.
Рука уже потянулась включить воду, но, пока он не ушел, захотелось спросить:
– Как ты узнал меня? Тогда, на церемонии?
– Неужели там была еще одна девушка с моей оэни? – со смешком уточнил Эрихард.
Блин.
Точно.
Обжигающие струи выбили последние мысли из головы и почти ощутимо смывали с меня груз пережитого за последний час. Вместе с действием успокоительного. Становилось действительно легче.
– Но даже если бы ее не было, я бы тебя узнал, – разобрала сквозь шум и плеск… или просто показалось? – Никогда и ни у кого не видел такого затравленного взгляда.
Кажется, он вышел.
Я прислонилась к стенке в морозных узорах и прикрыла глаза.

Кровать пропахла морозной свежестью с едва уловимой ноткой хвои и цитруса и чем-то резким, мужским. Эрихардом. Именно этот запах вытолкнул меня из сна. Лежать стало как-то неудобно. И лицу горячо.
Пошевелилась, пытаясь устроиться.
Проснувшись окончательно, разобрала шум воды.
Шесть утра.
Эрихард был в душе.
Жарко стало так, будто меня перенесло в тропики. Я даже одеяло откинула.
Возвращение в комнату, где я еще живо помнила и вряд ли вообще когда-то забуду растекшуюся по полу кровь, пугало меньше, чем… Воду выключили. Несколько секунд спустя открылась дверь, впуская в комнату облачко пара и «жениха», одетого всего лишь в одно полотенце, обернутое вокруг бедер.
– Как раз собирался тебя будить, – кивнул мне он и не отказал себе в удовольствии произнести мое имя: – Ллана.
Я провела языком по пересохшим губам.
Сделала открытие, что слежу за капельками воды на мускулистой груди.
Заставила себя отвернуться.
– Общения с моей семьей тебе пока достаточно, – непререкаемо заявил Эрихард. – Сегодня весь день мы проведем в городе.
Возражать не стала. Лучше уж он один, чем целый дом людей.
Шорох ткани заставил меня ощутимо вздрогнуть. Нисколько не стесняясь, Эрихард, судя по звукам, отбросил полотенце и начал одеваться. Жар распространился со щек на шею. Ведет себя так… будто я правда его невеста!
Осталось потерпеть одиннадцать дней.
Я медленно выдохнула.
Затем соскользнула с кровати и сбежала в ванную.
Там было душно, все еще стоял пар… и в корзине в числе прочих вещей валялась рубашка Эрихарда, в которой он был вчера. Я на долгих несколько минут прилипла к ней взглядом. Отмерла, только когда в комнату кто-то вошел. Эрихард отдавал какие-то распоряжения.