Скромница для злодея

– Но?
Она сжала губы в тонкую линию.
– Сапоги чертовски чистые для парня из Чипсайда.
– Корона?
При занятии контрабандой всегда имелся такой риск.
– Возможно, – сказала Ник, но уверенности в ее голосе не слышалось.
– Ящики? – спросил Уит.
– Никогда не видны. Лед перевозится на плоских конских повозках, ящики надежно спрятаны внутри. И никто из наших людей не видел ничего необычного.
Дьявол кивнул.
– Товар останется тут на неделю. Никому не входить и не выходить. Передай мальчишкам на улицах, пусть присматриваются, не увидят ли кого-нибудь необычного.
Ник кивнула.
– Уже сделано.
Уит пнул глыбу льда.
– А упаковка?
– Чистая. Для продажи вполне подойдет.
– Пусть все лавки в районе, торгующие требухой, получат сегодня же вечером понемногу. Никто не будет есть протухшее мясо, если у нас тут лежат тонны льда. – Дьявол помолчал. – А Зверь пообещал детям лимонное мороженое.
Брови Ник взлетели вверх.
– Какой добрый поступок.
– Все так говорят, – сухим, как песок, голосом произнес Дьявол. – О, этот Зверь, он такой добрый!
– Ты собираешься им и лимонного сиропа намешать, Зверь? – усмехнувшись, спросила Ник.
Уит что-то пробурчал.
Дьявол захохотал и хлопнул ладонью по льду.
– Отправь один кусок в контору, хорошо?
Ник кивнула.
– Уже. И ящик бурбона из колоний.
– Ты хорошо меня знаешь. А теперь мне нужно возвращаться.
После блужданий по трущобам ему придется принять ванну. Его ждут дела на Бонд-стрит.
А еще у него есть дельце с Фелисити Фэрклот.
Фелисити Фэрклот, чья кожа в отсветах пламени свечи становится золотистой, чьи карие глаза, большие и умные, полны страха, огня и ярости. И она способна вести словесную дуэль как никто другой, с кем он встречался на своей памяти.
Он хотел устроить еще один такой словесный поединок.
Дьявол откашлялся, прочищая горло, повернулся и посмотрел на Уита, наблюдавшего за ним с понимающим выражением лица.
Дьявол проигнорировал этот взгляд, поплотнее закутавшись в пальто.
– Что? Тут чертовски холодно, я замерз.
– Это ты решил иметь дело со льдом, – сказала Ник.
– Плохой план, – произнес Уит, глядя прямо на него.
– Ну, менять его уже немного поздновато. Можно сказать, – с ухмылкой добавила Ник, – корабль уже отплыл.
Дьявол с Уитом даже не улыбнулись, услышав эту глупую шутку. Она не поняла, что Уит говорил вовсе не про лед; он говорил про девушку.
Дьявол круто повернулся и направился к двери хранилища.
– Идем же, Ник, – сказал он. – Неси свет.
Она послушалась, и все трое вышли. Дьявол старательно избегал проницательного взгляда Уита, пока Ник запирала двойные стальные двери и выводила их из тьмы обратно на склад.
Он продолжал избегать взгляда брата и позже, когда они забрали выстиранное белье Уита и, прокладывая путь по булыжным мостовым, направились назад, в самое сердце Ковент-Гардена, к своим конторам и жилищам, расположенным в громадном здании на Эйм-стрит.
Примерно через четверть часа безмолвной прогулки Уит сказал:
– Ты устроил для девушки западню.
Дьяволу не понравился намек, прозвучавший в этой фразе.
– Я устроил западню для них обоих.
– Ты все еще намерен соблазнить девицу, буквально вытащив ее из-под него.
– Ее, и каждую, что появится после нее, если потребуется, – отозвался Дьявол. – Он самонадеян, как всегда, Зверь. Рассчитывает получить наследника.
Уит покачал головой.
– Нет, он рассчитывает получить Грейс. Думает, мы отдадим ее, чтобы помешать ему состругать нового герцога с этой девицей.
– Он ошибается. Не получит он ни Грейс, ни эту девушку.
– Вы, словно две кареты, мчащиеся друг на друга, – прорычал Уит.
– Он свернет.
Брат посмотрел ему прямо в глаза.
– До сих пор не сворачивал.
Мелькнуло воспоминание. Эван, высокий и худощавый, кулаки подняты, глаза опухли, губа разбита, но сдаваться он отказывается. Не желает отступить. Отчаянно жаждет победить.
– Это не одно и то же. Тогда мы голодали дольше. Работали тяжелее. Герцогство смягчило его.
Уит буркнул:
– А Грейс?
 
– Он ее не нашел. И никогда не найдет.
– Надо было его убить.
Убийство заставило бы весь Лондон наброситься на них и раздавить.
– Слишком рискованно. И ты это знаешь.
– Да. И мы дали Грейс обещание.
Дьявол кивнул.
– Вот именно.
– Его возвращение – угроза для всех нас, особенно для Грейс.
– Нет, – сказал Дьявол. – Его возвращение – особая угроза для него самого. Только вспомни – если кто-нибудь узнает, что он сделал… как получил титул… он запляшет в петле. Как предавший Корону.
Уит покачал головой.
– А что, если он готов рискнуть ради нее?
Ради Грейс, девушки, которую он когда-то любил. Девушки, чье будущее украл. Девушки, которую давно бы уничтожил, если бы не Дьявол с Уитом.
– Значит, он пожертвует всем, – ответил Дьявол. – И не получит ничего.
Уит кивнул.
– Даже наследников.
– Никаких наследников.
Затем добавил:
– Всегда остается основной план. Отколошматим герцога. Отправим его домой.
– Это не помешает его женитьбе. Не теперь, когда он думает, что вот-вот отыщет Грейс.
Уит стиснул кулак, черная кожа перчатки затрещала.
– Зато будет невероятно забавно. – Они несколько минут шагали молча, затем Уит добавил: – Бедная девочка, она даже не догадывается, что невинная ложь приведет ее в твою постель.
Разумеется, это была всего лишь фигура речи. Но картинка все равно возникла, и Дьявол ничего не смог с этим поделать – Фелисити Фэрклот с ее темными волосами и розовыми юбками, распростертая перед ним. Умная, красивая, и с губами, наводящими на мысль о грехе.
Обесчестить эту девушку доставит ему огромное удовольствие.
Он проигнорировал тоненькую ниточку вины, прошившую его насквозь. Здесь нет места для чувства вины.
– Она будет не первой обесчещенной девушкой. Я подброшу денег ее папаше. И брату тоже. Они бухнутся передо мной на колени и зарыдают от благодарности за свое спасение.
– Какой ты добрый, – сухо отозвался Уит. – А как насчет спасения девицы? Это невозможно. Она будет не просто обесчещена. Она будет сослана навеки.
«Я хочу, чтобы они позвали меня обратно».
Все, чего Фелисити Фэрклот хотела, – возвращения в тот мир. Но она никогда этого не добьется. Даже теперь, когда он дал обещание ей помочь.
– Она вольна выбрать себе следующего мужа.
– А что, аристократы стоят в очереди, чтобы заполучить обесчещенную старую деву?
В душе возникло неприятное чувство.
– Пусть выбирает из неаристократов.
Короткая пауза. Затем:
– Кого-нибудь вроде тебя?
Господи Иисусе! Нет. Мужчины вроде него настолько недостойны Фелисити Фэрклот, что сама идея смехотворна.
Не дождавшись ответа, Уит проворчал:
– Грейс не должна узнать.
– Разумеется, – ответил Дьявол. – И никогда не узнает.
– Она не сможет остаться в стороне от всего этого.
Дьявол никогда так не радовался при виде двери своей конторы. Подойдя к ней, он вытащил ключ, но прежде чем успел отпереть замок, в двери открылось и снова закрылось маленькое окошечко. Затем дверь распахнулась, и они вошли внутрь.
– Наконец-то, черт возьми.
Взгляд Дьявола метнулся к высокой рыжеволосой женщине, закрывшей за ними дверь и теперь стоявшей, прислонившись к ней и уперев руку в бок, словно она ждала тут целую вечность. Он с каменным лицом перевел взгляд на Уита. Темные глаза брата смотрели совершенно спокойно.
«Грейс не должна узнать».
– Что случилось? – спросила их сестра, переводя взгляд с одного на другого.
– Что случилось с чем? – уточнил Дьявол, снимая шляпу.
– Вы выглядите в точности как в детстве, когда собрались драться, ничего не сказав мне.
 
– Это была хорошая идея.
– Это была дерьмовая идея, как тебе хорошо известно. Вам повезло, что вас не убили в первую же ночь, ведь вы тогда были совсем малышами. Вам повезло, что я успела добраться до ринга. – Она качнулась назад на каблуках и сложила руки на груди. – Так что случилось сейчас?