История Сирии. Древнейшее государство в сердце Ближнего Востока
Абу-т-Тайиб Ахмад ибн аль-Хусейн получил свое прозвище аль-Мутанабби («выдающий себя за пророка», 915–965), потому что в юности он заявлял, что обладает даром пророчества, пытался подражать Корану и собрал ряд сторонников, в частности в Ладикии и Сирийской пустыне. Правитель Химса из династии Ихшидидов бросил его в тюрьму, где он пробыл почти два года и откуда вышел исцеленным от своих пророческих иллюзий, но не от тщеславия, самоуверенности и самолюбия, которые сопровождали его до последних дней жизни. Вот как он сам оценивал свое творчество:
Я – тот, чьи знанья и ум сияют даже слепцуи чьих речений глагол находит отзвук в глухом.Спокойно веки смежу, рассыпав редкости слов,а их толкуют всю ночь и вслух твердят целиком.………………………………………………………………………Погони, кони и ночь меня узнали в степи,я им пожаром знаком, ударом, свитком, пером [254].Человек, возносивший себе столь восторженную хвалу, имел весьма скромное происхождение. Он родился в Куфе в семье водовоза. Еще мальчиком он вместе с семьей перебрался в Сирию. После скитаний в поисках покровителя он поселился в Алеппо при дворе Сайфа ад-Даулы; с тех пор эти два имени оставались неразрывно связаны. Гордый поэт не желал кланяться и целовать землю у ног правителя и настаивал на том, чтобы сидя читать свои стихи в его присутствии. На всех своих аудиенциях с Кафуром он не снимал обуви и оставлял за поясом меч. В разъездах его всегда сопровождали два вооруженных до зубов раба. Причина, заставившая его покинуть сирийский двор и перебраться в Египет, заключалась в том, что поэт поссорился с учителем Сайфа ибн Халавейхом, который ударил его ключом по лицу. Разочаровавшись в своем египетском покровителе, аль-Мутанабби тайком уехал в Багдад и Персию. На обратном пути его вместе с сыном убила банда разбойников-бедуинов, похитивших заодно и собственноручный экземпляр его «Дивана».
Среди стихов в его «Диване» выделяются те, что восславляют походы Сайфа против византийцев. Возникает вопрос: не эти ли хвалебные оды, а не собственно военные подвиги, превратили Сайфа в того легендарного воина, каким он предстает в арабских анналах? В этих стихах поэт демонстрирует совершенное владение фразеологией арабского языка. Композицию украшают самородки мудрых изречений; сам поэт вел нравственную жизнь, в отличие от других членов того же круга в его время. Местами его стиль кажется напыщенным и чрезмерно изощренным, риторика – витиеватой, а метафоры – преувеличенными, но не для жителей Востока. Этот поэт оставил такой глубокий след в образе мыслей говорящих на арабском языке, что его до сих пор почитают величайшим в исламе. В нем и двух его предшественниках Абу Таммаме и аль-Бухтури арабская поэзия достигла если не своего зенита, то полной зрелости. После них она неуклонно шла на спад, за немногими исключениями.
У аль-Мутанабби был близкий соперник в лице Абу-Фираса аль-Хариса аль-Хамдани (932–968), двоюродного брата Сайфа ад-Даулы и его соратника. В одном из стихов говорится, что его покровитель подарил Абу-Фирасу поместье возле Манбиджа, годовой доход с которого составлял тысячу динаров. В 962 году отважный поэт попал в плен в Константинополь, откуда его выкупили через четыре года. Часть его самых берущих за душу стихов написана в неволе. Ода, в которой он превозносит Алидов и ругает Аббасидов, до сих пор любима в шиитских кругах. Именно он после смерти Сайфа претендовал на Химс и пал, сражаясь с войсками сына Сайфа.
В число не столь ярких светил на поэтическом небосводе той эпохи входили такая разносторонняя личность, как Кушаджим, и напыщенный аль-Вава. Кушаджим (умер в 971 г.) происходил из Индии, а своим любопытным именем обязан сочетанию первых букв арабских слов, обозначающих писателя, поэта, знатока словесности, полемиста и астролога – и всем этим он был. Уроженец Рамлы, свой жизненный путь он начинал в качестве повара при Сайфе ад-Дауле. В некоторых его стихах описываются разнообразные блюда и напитки. К числу своих многочисленных достижений он также прибавил медицину и написал книгу по зоологии. Аль-Вава (умер в 999 г.), житель Дамаска гассанидского происхождения, запомнился в веках одой, где он такими словами описывает плачущую девушку, прикусившую губу: «Жемчужный дождь пролился из нарцисса на розы, сжала она алую ягоду своим белоснежным градом».
Двор Сайфа ад-Даулы украшали не только поэты. Следует отметить историка литературы и музыки аль-Исфахани и философа аль-Фараби. Абу-ль-Фарадж аль-Исфахани (Исбахани, 897–967), прямой потомок последнего халифа Омейядов, но шиитских взглядов, родился в Исфахане. От своих высокопоставленных родственников в Испании он получил дары в знак признательности за посвященные им книги. Сайф пожаловал ему тысячу золотых за подписанный экземпляр его монументального труда «Китаб аль-Агани» («Книга песен»), и он являет собой нечто гораздо более грандиозное, чем следует из его названия. Рассказывают, что один ученый визирь, который обычно брал с собой в путь книги для чтения на тридцати верблюдах, как-то раз наткнулся на собрание «аль-Агани» и с тех пор довольствовался одной этой книгой в качестве спутника.
Мухаммад Абу Наср аль-Фараби (Альфарабий) был тюрком из Фараба, Туркестан. Он жил в Сирии как суфий и получал от Сайфа гонорар размером четыре дирхама в день. В 950 году в возрасте восьмидесяти лет он умер в Дамаске, куда переехал вместе со своим покровителем. Аль-Фараби был одним из первых мусульманских мыслителей, которые пытались гармонично сочетать ислам и греческую философию. Его система представляла собой синкретическую смесь аристотелевских идей, платонизма и суфизма. Народ присвоил ему уникальный титул – «Второй учитель» – второй после Аристотеля, который был первым. АльФараби стал интеллектуальным предшественником Ибн Сины и всех последующих мусульманских философов. Его главные труды – это «Рисалат фусус аль-хикам» («Послания, содержащие геммы мудрости»), «Рисала фи ара ахль аль-Мадина аль-фадила» («Трактат о взглядах жителей добродетельного города») и «ас-Сийяса (Сийясат) аль-маданийя» («Политическая экономия»). В двух последних автор излагает свою концепцию идеального города, который представляется ему в виде иерархически устроенного организма, подобного человеческому. Его город явно создан по образцу платоновского «Государства».
Аль-Фараби был не просто философом, он также был прекрасным врачом и математиком, оккультным ученым и превосходным музыкантом. Три его сочинения о музыке, в первую очередь «Китаб аль-мусики аль-кабир» («Большая книга о музыке»), делают его одним из величайших, если не величайшим, теоретиков арабской музыки. При этом он был и практикующим музыкантом. По преданию, он играл на лютне собственного изготовления у Хамданидов и мог по собственному желанию заставить своих слушателей смеяться, плакать или погрузиться в сон.
В то время как Хамданиды правили на севере, а Фатимиды – в Южной Сирии, в Палестине жил и работал один из самых своеобразных и выдающихся географов – аль-Макдиси (Мукаддаси, 946 – ок. 1000). Он родился в Иерусалиме при Ихшидидах и в возрасте двадцати лет начал путешествовать. Его путь прошел через все мусульманские земли, за исключением Испании, Индии и Систана. В 985 году собранные в путешествиях сведения он изложил в книге, озаглавленной «Ахсан ат-такасим фи марифат аль-акалим» («Лучшее разделение для познания климатов»). Как он говорит во вступлении, в работе над книгой он в первую очередь руководствовался личными наблюдениями и опытом, а не книгами. По-видимому, он склонялся к шиитам и Фатимидам. В то время шиизм действительно представлял интеллектуальное и прогрессивное крыло ислама.