Синтез (СИ)

Максим покрутил в руке нож и, засунув его в чехол, прикрепленный к ремню, двинулся в путь. Решив обойти селения, Максим всё же сначала направился обыскивать мотели. Это заняло целый день, но результатов не дало. В каждом мотеле он придумывал новую историю о том, как поссорился со своей девушкой, — они с ней туристы, — и она куда-то запропастилась. Как правило, ему всегда шли на встречу и участливо убеждали, что девушки они не видели, но, если встретят, обязательно передадут ей о его страданиях.
«А почему Белоснежка вытолкнула её из машины? — вдруг задумался Максим. — Да какая теперь разница…»
Лишь последний мотель, до которого ему пришлось идти полдня, вызвал у него подозрение. Даже не так, скорее, наоборот, у хозяина мотеля, усердно начищавшего бокалы и развешивающего их над стойкой бара, наш следопыт вызвал явное недоверие. Мотель находился на севере — крайней точки поисков Максима.
— Турист, говоришь? — прохрипел хозяин мотеля.
— Турист, — уверенно ответил Максим.
— Мне семьдесят три года. И всё это время я владею этим мотелем, построенным ещё моим дедом. Из тебя такой же турист, как из меня принцесса-Лебедь.
Максима продернуло.
— Видел две фуры на обочине? Вот мои клиенты. В отеле десять номеров, и, как правило, все заняты. Кто ж ещё в таком чудном месте организует привал для дальнобойщиков. Но это я все к чему? Меня совершенно не интересует, что там, где произошло, но знаю я всё. Турист… Ты похож на волка, отставшего от стаи. Да, конечно, охотничий нож у него есть, и неплохой. Бинокль, я смотрю, планшеточка. А пушка у тебя, случаем, не припрятана? — Хозяин пристально взглянул в глаза Максима, что тот не успел среагировать. — Держу пари, и пушка есть. Кстати, местный шериф мой свояк.
Максим не дрогнул.
— Молодец, — оценил хозяин. — Мне не нужны проблемы. Ну, скажи, кому они нужны? Если ты не прибавишь мне проблем, так и гуляй с миром, только мимо моего мотеля. Что застыл?
— Я действительно ищу девушку.
— Вот ты банный лист. Расскажу тебе коротко. На днях, давеча, позавчера, кто-то перегородил основную трассу с юга до Карденлинца, и, очевидно, всем, кто спешил, пришлось ехать не лучшей дорогой. В это время из отеля «Белая гора» выехал автомобиль с целью повернуть, да не важно, куда-нибудь. Вдруг откуда-то с неба, не знаю, где он там пристроился, слетает молодчик на нехилом моторе, от которого улепетывает наш автомобиль, но тут же, совершенно неожиданно натыкается на два мощных танка с быками внутри. Ничего не вспоминаешь?
— Признаться, не очень…
— Каким-то удивительным образом все быки «отмычали» последнюю, а автомобиль, выехавший из «Белой горы» оказался пустым. Говорят, в нём были две девочки. А теперь смекай. Там, кстати, ещё какой-то парнишка «впаялся» за компанию, но его, вроде, откачали. Герой на сказочном автомобиле исчезает в неизвестном направлении, причем ни полиция, ни кто-либо ещё не знает, куда он исчез, и был ли вообще. Теперь вопрос, а не было ли в том автомобиле ещё кого, допустим, девушек, которых упустили из виду?
— У вас хорошая фантазия, — заявил Максим.
— Я долго живу. Не знаю я, имеешь ли ты к этому отношение или нет. Хотя, думаю, какое-то отношение, несомненно, имеешь. Так вот, повторяю, мне проблемы не нужны. Тебе тоже. А девушки я тут не видел. И сделай лицо попроще, турист. Ты подлинный волчара, хоть и кажешься безобидным. Ну, лады? Совет, представляйся уж турагентом каким, а не туристом, или ещё что, но… не туристом. — Старик рассмеялся. — Кстати, у меня есть бейсбольная бита, дробовик, и пяток усталых и злых водил. Выпить тебе, может?
Хозяин мотеля снова рассмеялся.
— И не все такие молчаливые, как я, — добавил он.
— Я уже понял, — проговорил Максим. — И всё же, если увидите здесь…
— Ты даже не представляешь, какими стаями тут, бывает, проходят туристочки…
— Она не туристка.
— Я закончил, — строго сказал хозяин и повернулся к Максиму спиной.
Максим зло толкнул дверь мотеля и пошёл прочь, предполагая, что к месту своего обитания он засветло не доберется.
Идя вдоль трассы, держась на всякий случай леса, Максим обнаружил довольно таки пологий подъем в гору с его стороны, что решил подняться на него и уже, постепенно спускаясь, придти к своему лежбищу, что он, как настоящий турист и сделал.
Поднявшись относительно высоко, примерно на уровень его убежища и направившись на юг, он вскоре заблудился, крутя в руках карту, и идти пришлось только по компасу.
Смеркалось, темнело, стемнело. А дома и не видать. Но Максим решил не сдаваться, и продолжал, получая ветками по лицу, натыкаясь на поваленные стволы деревьев, проваливаясь в мох, идти вперёд.
Решив немного передохнуть, он облокотился на сосну и принялся тяжело дышать. При этом он вынул нож и начал крутить его в руке, думая, что так отвлечёт себя от мыслей об очередном безрассудном походе.
Вышла луна.
Максим приготовился к дальнейшему путешествию, и вдруг увидел сквозь небольшой просвет между деревьями на северо-западе, совсем наверху, видимо, где-то прямо на скале, нечто напоминающее здание, может, дом, может, даже… старинный замок.
— Много тут, конечно, интересного, но не сейчас…
Он ещё раз кинул взор на необъяснимое возвышение над скалой и направился дальше. Но далеко ему идти не пришлось. Через десять шагов он с треском провалился в какую-то яму, и, приземлившись, оставался лежать минут пятнадцать.
— Просто не мой день, — прошептал он.
Достав фонарик, он посветил вокруг себя, и оказалось, что он находится внутри какого-то ветхого строения. Это было что-то вроде зимовья, вырубленного внутри горы и отделанного изнутри бревнами и досками.
Максим принял, вероятно, единственно правильное решение. Он решил заночевать тут. «Не дует, относительно тепло. Накидаю еловых веток и посплю». Занятие это отняло у него около получаса. Зато, как только он опустил голову на плоскость, он мгновенно уснул. Такие они, туристы. Спал он самым настоящим мёртвым сном.
— Юнкер, вы пьяны, — весело проговорил Максим.
— А вы? — отозвался Панин.
— В меру.
— А кто устанавливает меру?
— Господа, меру устанавливаю я, — заявил Воронцов.
— Идите с Богом, граф, вы споили весь курс.
— На то есть причина, господа.
— Извольте сообщить, Волков намерен пренебречь службой ради науки! — объявил Панин.
— Каждому своё, — пробурчал кто-то.
— Вы что, Панин, решили подискутировать? — поинтересовался Максим.
— Да я так… не знаю.
— А ты представляешь, Иван, — начал Максим, — сегодня я видел настоящую маленькую фею.
— Мы их все нынче… в борделе видели.
— Я не о том. Она такая… Она принцесса… Но молода, юна, совсем ребенок. Запала так, что думать ни о чём не могу. Как сотворен человеческий мозг?
— Это ты нам расскажешь, когда университет закончишь. Я ещё бокал.
— Я не о том. Почему десяток кавалеров, проходя мимо, не обратили на неё внимания, а я потерял дар речи и способность двигаться.
— Весна, мой друг.
— Да не об этом я. Как люди выбирают друг друга? Есть какая-то логика или…
— Это волшебство.
— Согласен, Ваня, волшебство. Но это ещё не всё. Мне почему-то показалось, я встречу её лет через сто…
— Водки Волкову!
— Да никак ты не поймешь…
— Да всё я понимаю, жениться тебе надо. А ты по университетам решил.
— На брудершафт! Кто со мной? За выпуск! За окончание учебной муштры!
— Граф, угомонитесь. Волкову водки плеснёт кто-нибудь?
— Не вопрос, Максим.
Максим выпил.
Вдруг что-то тёмное пронеслось мимо него и ушло в небо, превращаясь в белого лебедя.
— Дайте шампанского… запить, — прохрипел Максим. — Принцесса-Лебедь.
— Не фея?
— То фея, то лебедь, то дама вамп… — Максим задумался. — Я не вру, я её сегодня видел. Её… эх, чёрт возьми, дайте гитару!
— Ура, Волков!
Эй, кто там, в траурной венгерке,
Чей взор исполнен дивных чар?