И случай, бог изобретатель...(СИ)

Разбавив сливочное пиво зельем Дезориентации, прихватил все три кружки. Одну, естественно, оставил «чистой», не забыв незаметно пометить.
Путь до кровати был короток и желанен. Бодрящее зелье не панацея. Тем более, что, похоже, я к нему стал привыкать. Обо всем остальном буду думать потом.
- Рон, Гермиона! Мне тут подарили сливочное пиво, может, расслабимся?
И мы устроились в туалете Плаксы Миртл. Завтрак закончился с час назад. Грейнджер согласилась на пиво только после моих заверений о полном выполнении домашних заданий сразу после обеда.
- Вообще неправильно, что мы пиво пьем, пока в Хогвартсе такие вещи творятся, – заявила Грейнджер, открывая крышку кружки.
- Да ладно тебе, Гермиона, уж кружку пива выпить всегда можно, – с удовольствием рассматривал свое глиняное сокровище Уизли. Прикладываться к своему сокровищу он тоже не забывал.
А я подошел к котлу с настаивающимся Оборотным, держа в руках свою кружку.
- Гермиона, а когда оно будет готово?
Вот как бы его безвозвратно испортить?
- Через шесть дней. Как раз начнутся каникулы, – сказала Гермиона, одновременно употребляя напиток.
Вот чего я не знал, так это того, когда зелье Дезориентации подействует. Хорошо, что вкус у пива не очень изменился. Я специально на язык смесь попробовал.
Грейнджер встала и подошла поближе к котлу.
- Вообще, я боялась, что не получится. Больно сложный состав. А теперь только шкурку бумсланга осталось добавить. Потом настояться два дня и готово.
Я мысленно прикинул. Это зелье настаивается четыре раза. Получается, Снейп четыре котла одновременно поставил, чтобы производить такую замену. Вот что-то мне не хочется пробовать варево злобного зельевара. Он же Мастер. Добавит какую-нибудь хрень, чтобы нас потом до туалета неделю носило…
О! Мне кажется, или у Грейнджер начались трудности с координацией? Она весьма странно сделала подшаг в направлении котла. Я наклонился над котлом, изображая, что внимательно рассматриваю поверхность варева. Из своей кружки я еще не сделал ни глотка. Я поздно подумал о том, как я буду оправдываться, если у Уизли с Грейнджер будут проблемы, а у меня нет.
Грейнджер повторила мое движение.
- Ты что-то там увидел? – нахмурилась она, приглядываясь к содержимому котла и наклоняясь над ним.
В этот момент Гермиону странно повело в сторону и она, падая, выронила кружку с напитком прямо в котел.
Бинго! Я резко отпрыгнул от варева, которое вскипело и пыталось пеной выплеснуться из котла. Грейнджер пыталась достать палочку.
Но лучше всего поступил Уизли. Он на всех парах мчался в сторону Грейнджер. А с координацией у него уже были бо-о-ольшие проблемы. Промазав мимо Гермионы, он всем весом снес котел. При этом он вслух выразил свое недоумение происходящим:
- Мерлиновы штаны! Да что происходит!
- Гарри! Ты где это пиво взял? – быстро нашла источник неприятностей Гермиона, лежа на полу.
- Так близнецы угостили! Но они обещали, что пиво абсолютно нормальное! – возопил я, отбрасывая свою кружку – аккурат в разлитое варево на полу.
Вдребезги. Так, следы я вроде затер. В этой луже на полу сам Мерлин ничего не разберет.
- Гарри, ты чем думал, когда у них брал…
- Ты с ума сошел…
Как дружно они оценивают моральные качества близнецов! Никаких сомнений в моей правдивости!
Попытки принять человеческое положение на двух ногах к успеху не привели.
- У меня такое ощущение, что я не понимаю где пол! Голова кружится постоянно! – жаловалась Грейнджер.
Подхватив парочку, яростно прицепившуюся ко мне с двух сторон, на буксир, с трудом довел их до больничного крыла.
Мадам Помфри, помахав палочкой, покачала головой и спросила:
- Близнецы?
Подождав некоторое время, пока мадам Помфри размещала в палате пострадавших, задал ей вопрос о сроках выписки.
- Мистер Поттер, не стоит беспокоиться, ваши друзья, в целости и сохранности, вернутся к вам в понедельник.
Вот и отлично!
Теперь мой путь лежал в подземелья.
Почти четыре часа потратил на подготовку ингредиентов. Почему так долго? Так в десятикратном размере. Причем нарезал и шинковал далеко не все. Некоторые ингредиенты можно было подготавливать только перед самой закладкой в котел.
Но вот эта работа и закончена. Все лишнее утащил в хранилище. Боюсь, если рванет, то может и пострадать.
Поехали.
Основа – вода. Дальше в котел пошли плакун-трава и астра альпийская. С ними проблем не было. Эти ингредиенты мне попадались и раньше.
Аккуратно, по одному, в котел отправляются когти варана. Быстро-быстро обратными движениями успокаиваем котел. Когти достаточно агрессивны…
Цветки римской ромашки, хороший нейтральный ингредиент. Тоже мне уже знаком.
Маралий корень резко шинкую на месте, поглядывая на котел. Варево начало с ускорением темнеть. Наверно пора. Корень отправляется в котел. И-и-и…
Эта эпоксидка явно не то, что мне нужно. Причем вязко-горячая. Лопатку туда совать точно смысла нет.
- Эванеско!
На следующей попытке, прежде чем закладывать корень, с помощью движения лопаткой добился стабильного цвета и консистенции. И магии своей не жалел. Корень мягко растворился в котле. А движение лопаткой против часовой стрелки помогло стабилизировать вязкость.
Нарчица белая потребовала всего одного оборота лопаткой.
Селезенки лягушек открыли счет котлам.
Минус один. Я просто не успел произнести заклинание охлаждения. А вот выпрыгнуть из зоны поражения успел. И то хлеб.
- Эванеско!
На следующей попытке я клювом не щелкал. И заклинание успел произнести.
Слезы сирены, пять капель. После каждой капли у меня складывалось ощущение – сейчас рванет. Не жалея магии, замедлял процесс в котле как мог. У меня было стойкое ощущение, что в котле аналог нитроглицерина, и я непроизвольно старался делать как можно более мягкие движения лопаткой, задержав дыхание.
Морозник черный вызвал в котле подозрительное бурление. Впрочем, без особых последствий.
Селезеночник очереднолистный лишил меня очередного котла.
- Эванеско!
Мышцы поясницы гудели как высоковольтные провода. Пот тек по спине. Магия была на исходе.
Флакон с зельем решил проблему истощения. Я с сомнением смотрел на оставшиеся восемь котлов.
Надо было передохнуть. Как раз сейчас будет ужин. Обед я пропустил. Надо проветриться и встряхнуться.
Сидя за факультетским столом, я грустно смотрел на пустующие места близнецов Уизли. Еда с трудом лезла в глотку. А радостные повизгивания гриффиндорцев за столом вызывали лишь раздражение.
К ужину следующего дня в живых осталось четыре котла. Мантия пришла в полную негодность – проело выплеснувшееся варево. Несколько небольших ожогов не считаются. Хорошо, что они легко прикрывались одеждой.
Запасная мантия у меня конечно была. Но как я «объясню» соседу по голове, что с ней случилось?
А впрочем, все это не важно.
У меня было странное состояние. Я был вымотан эмоционально, а бесконечно длинный день создавал впечатление нереальности происходящего. Странное ощущение отстраненности.
Да еще приходилось несколько раз навещать «болящих». Слушать их треп совершенно не хотелось. А надо.
Корень белладонны наконец-то угомонился в котле. Я облегченно выдохнул.
Оставалось два ингредиента. Жала скорпионов и корень бесхребетника.
На этой стадии я делал уже третью попытку.
Подхватываю жала левой рукой, а в правой держу наготове лопатку, она буквально нависла над зельем в паре миллиметров.
Жала отправляются в котел, а лопатка успевает пройти полкруга, когда зелье вспенивается и заливает горелку.
- Эванеско!
Я мрачно смотрел на котел.
- Да это невозможно!
И я, в сердцах, со всего размаху, швыряю защитную перчатку в стену.