Отвлечение (ЛП)

― А если это наш парень? ― спрашивает Леонард, присоединяясь к нам.
― Тогда нам нужно будет пересмотреть профиль и, наконец, донести информацию до СМИ. Сексуальный садист был версией в начале. Если эти двое связаны с нашим субъектом, то он не сексуальный садист. Он просто садист. Посмотрите на всех, кого он замучил как животных.
Я хватаю свой блокнот, записывая несколько пометок.
― Никогда не было никаких следов сомнений, ― тихо говорю я, изучая фотографии первой жертвы. ― Этот парень чувствует себя комфортно рядом со смертью, убивая. Никаких тенденций к ярости. Он нацелен только на людей, которые покинули город.
― Что может означать, что он мог убивать и раньше, ― добавляет Лиз.
― Следовательно, замученных «животных» больше, ― говорю я, развешивая фото на доске. ― Он может быть обижен, что эти люди покинули город и построили успешную жизнь. Мы предоставим информацию СМИ, если найдем тела.
Они все кивают, а я беру телефон и набираю номер Ланы. Она отвечает почти сразу.
― Привет. Как охота? ― спрашивает она счастливая с придыханием.
― Прямо сейчас этим занимаюсь. Хэдли руководит судебной экспертизой, пытаясь понять, сможем ли мы опередить его. Почему ты так запыхалась?
― Я разговариваю по телефону. Скоро вернусь, ― говорит она кому-то. ― Прости, ― продолжает уже мне. ― Я тренировалась с Дьюком. Он учит меня некоторым движениям.
Когда я встаю, мои брови, кажется, достигают линии волос.
― Дьюком?
― Детектив Джон Дьюк. Он только сегодня появился, чтобы охранять меня. Он сказал, что все зовут его просто Дьюк. Ты его направил ко мне, помнишь?
Нет. Я такого не помню. Предполагалось, что это будет Марли Сент-Джеймс, пожилой мужчина, который находится на грани повышения по службе. Он был там с того дня, как мне пришлось уйти. Почему они вызвали его?
Джон Дьюк... никогда о нем не слышал.
― Что произошло с Марли? ― спрашиваю я растеряно.
― Думаю, у него возникли какие-то дела. Я не спрашивала подробностей. Мы даже не говорили толком. В основном, он был весь в себе, пока находился здесь.
Я быстро наклоняюсь над стулом, оставаясь стоять, и печатаю новое имя в компьютере, пока Лана продолжает говорить. Фото Джона Дьюка появляется на моем экране, и я почти роняю свой телефон.
Ублюдок.
Двадцать девять. В отличной форме. Одинок. Амбициозен. Недавно назначен детективом по расследованию убийств ― желанное место. Определенно не уродлив ― не могу поверить, что я это признаю.
И он находится в доме моей девушки. Спит там. Остается с ней, пока я тут. Один на один.
Я убью того, кто это совершил.
― Логан? ― побуждает Лана, переживая. ― Ты в порядке?
― Просто любопытно, как детектив по расследованию убийств успевает найти время побыть нянькой, ― говорю я небрежно, поднимая свою сумку с пола и направляясь к двери. Я должен поспать несколько часов и знаю, где хочу провести эти часы.
― Эм... он сказал, что его начальник приказал прибыть сюда. Департамент серьезно относится к этой угрозе. Они думают, что Дьюк будет лучшим сюрпризом для Племмонса, если или когда он заявится.
Закатывание истерик не входит в повестку моего дня. Местные полицейские хотят провести арест и используют это как способ опередить нас, так как мы передаем ее охрану им. С тех пор как я передал право защищать ее им.
Разберусь с Дьюком, когда доберусь до нее.
― Я не знаю его, Лана. Они, определенно, прислали того, на кого хотят повесить ответственность за любые аресты.
― Так и подумала, ― тихо говорит она, но в ее голосе слышна улыбка.
― Почему это? ― спрашиваю я, залезая во внедорожник.
― Потому что ты бы ни за что не прислал этого парня в мой дом, пока тебя тут нет.
Я насмешливо фыркаю, потом расслабляюсь, когда она смеется.
― Не беспокойтесь, агент Беннетт. Я обычно не заигрываю с парнями, у которых есть значок. Ты ― мое единственное исключение.
Так и есть. Я все еще смущен этим. Отсутствие судимостей означает отсутствие стычек с полицией. Если только нет закрытых записей о судимости в несовершеннолетнем возрасте, но когда Хэдли прогнала ее имя по системе, ничего не нашлось.
― Не давай мне уснуть, пока я еду, ― прошу я ее, не комментируя то, что она сказала ранее.
― Хочешь, расскажу, как я сломала вибратор утром?
Я выкручиваю руль, ругаясь под гудки машин.
― Логан? Ты в порядке? ― спрашивает она, полностью сбитая с толку.
― Ага, ― бурчу я. ― Нормально. Как ты сломала вибратор?
Эта женщина... клянусь, она никогда не перестанет меня удивлять. Каждый раз я думаю, что раскусил ее, а она снова выбивает землю из-под моих ног.
Лана легко смеется.
― Что ж, я вытащила его из комода, сняла трусики, кинув их на кровать, и когда я скользнула им вниз по своему телу, создавая предвкушение, пока он вибрировал… он выскользнул из моей руки, ударился о спинку кровати, и приземлился на пол. Самое смешное, что он сломался.
Смех вырывается из меня прежде, чем я могу остановить его. Я чувствую, что она тоже улыбается.
― Что если я скажу тебе, что твой вибратор может отдохнуть сегодня ночью?
― Я бы сказала «ясен пень». Потому что он бесполезен сейчас.
― Я имею в виду, что еду к тебе, ― говорю я, все еще смеясь себе под нос.
― Правда? Ты смог выбраться?
Возбуждение в ее голосе заставляет меня надавить на газ.
― В пути прямо сейчас, ― сообщаю я ей, улыбаясь, когда слышу ее довольный вздох.
― Ну, хорошо, тогда можешь...
Мой телефон оповещает о новом звонке, и я начинаю стонать, перебивая ее на полуслове.
― Ты должен отключиться, да? ― задумчиво спрашивает она.
― Да. К сожалению. Увидимся через двадцать минут.
― Было бы хорошо.
Я вешаю трубку и принимаю другой звонок, даже не посмотрев, кто звонит.
― Беннетт.
― Я нашла несколько вещей, которые могут дать нам зацепку. Где ты? ― спрашивает Хэдли.
― Уехал пару минут назад. Поручи то, что ты нашла, Донни. Я собираюсь отрубиться и поспать в настоящей постели.
― Своей постели? ― спрашивает она.
― Нет. И это не твое дело.
― Логан, нам надо поговорить, ― говорит она нерешительно.
― О чем?
После нескольких долгих секунд, она, наконец, глубоко и прерывисто выдыхает.
― Ни о чем. Это неважно сейчас. Я дам тебе знать, если обнаружу что-то.
Странно.
― Верно. Так что поговори с Донни о том, что ты нашла, и...
― Ты точно не хочешь сам на это посмотреть? ― перебивает она.
― Это раскроет дело? Зацепка приведет к нему?
― Ну, нет, но...
― Тогда отдай это Донни. Мне нужно поспать, Хэдли. Я вернусь так быстро, как только мои глаза не будут закрывать по своей воле.
Я громко зеваю, словно специально, и она резко вздыхает.
― Ладно. Увидимся.
Повесив трубку, я обдумываю это дело и сопротивляюсь желанию перезвонить Лане только потому, что ненавижу мысль, что она там наедине с одиноким парнем. Одинокий парень, который может дотрагиваться до нее из-за их «тренировок». Одинокий парень, который явно пытается наладить с ней связь.
Моя хватка на руле усиливается.
Я должен побороть эту ревность.
Глава 5
Созерцать и внемлить порокам ― не это ли и есть истоки зла
Конфуций
Лана
Уклоняясь от медленного удара Дьюка, я ухмыляюсь тому, как небрежно он на меня нападает. Парень хочет, чтобы у меня был некоторый набор навыков на случай, если ситуация выйдет из-под контроля. Он пришел и потребовал, чтобы мы устроили спарринг для оценки моих способностей.
Сам же Дьюк уязвим слева, постоянно оставляет себя открытым для нападения. Его атаки небрежные, в лучшем случае, любительский стиль боксирования. Скорее всего, он воспитывался в семье военного, где отец и показал ему несколько приемов ― устаревших и отживших свое.
В реальной схватке я бы его прижала и заставила молить о пощаде за две минуты.