Засланец Божий 2 (СИ)

— Кто ты и что тебе нужно от деревенских? — уже предполагая ответ, спросил я у животинки.
— Я дух мести! Я возмездие! Я воплощение ночных кошмаров! — прорычала бобриха.
— Эх, сюда бы Леху с его противопафосным пиздюлëм. — вздохнул я. — Розинга, это ты?
Ничего не ответив, воплощение кошмаров с ревом бросилось на меня. Ну ок. Я врубил берсу и, ускорившись, отпрыгнул в сторону. Дождавшись, пока монстр встанет на лапы, я хотел было запрыгнуть ему на загривок, но неожиданно земля под ногами потеряла какую-либо упругость и превратилась в жидкую кашу. Жидкую даже по моим меркам ускоренного восприятия. Я потерял равновесие и, пока пытался сгруппироваться в своем замедленном падении, чтобы не плюхнуться в грязное месиво на четвереньки, из хляби прямо перед лицом всплыл темный пузырь и лопнув, окатил меня какой-то черной жижей. И в этот самый миг меня выкинуло из берсы. Охренеть! Эта поебень бафы снимать умеет! Кажись, мне щас пизда.
Бобер зарычал, разворачиваясь в мою сторону и готовясь к прыжку, но в этот момент жалобно пискнул и грохнулся мордой в грязь. Над кладбищем поднялся возмущенный вой призраков, а хор в голове ослабил давление. Из туши монстра один за одним выныривали, проходя насквозь, призраки. С десяток, не больше, но они вылетали из груди жалобно воющего мутанта и снова залетали обратно со спины. Развернувшись, бобриная морда рявкнула и поскальзываясь, ринулась в сторону Увалии.
Э, нет! У нас один маг на пати, не позволю! Да и сиськи у нее норм. Сиськи в обиду не дам! Я их еще не жамкал! Вскинув лук, я наложил стрелу и, почти без прицеливания, просто лупанул в бобра. Благо, что мимо такой мишени с трех метров промахнется только слепой нубас. Стрела вошла под лопатку почти по самое оперение. Монстр споткнулся и заревел. В этот миг призраки на погосте опять завыли и ринулись на взлетевшую в воздух Некромантку. Так что магичка отозвала своих подконтрольных духов на собственную защиту, уходя в глухую оборону и возводя вокруг себя оболочки магических щитов.
Зубастая монстрилла тем временем завела за спину одну из лап и, утробно рыча, вытащила стрелу из раны. Вместо крови хлынула какая-то зеленоватая жижа, похожая на болотную воду. Красное сияние злобных глаз усилилось, а из пасти закапала такая же гнилая вода, как из раны. Буду надеяться, что это я легкое пробил и это такая гнилая кровь изо рта у нее течет, а не отравленные слюни. Бобриха собрала эту жижу в лапу и провела кулаком перед собой полукругом, оставляя на земле дугообразную линию. Закончив рисовать дугу, она хлопнула перед собой раскрытой лапой плашмя по земле, и линия, вздымаясь, поползла ко мне нарастающей волной грязи. Не знаю, каким местом я в тот момент думал, но все, что мне пришло в голову, это вытащить медальон жреца из под майки.
— Во имя света! — выкрикнул я слова-активаторы священного защитного сияния.
Медальон сверкнул, разгоняя темноту. Что характерно, меня это сияние не ослепило, что неминуемо произошло бы, будь это фонарик с равноценной мощностью. Сияние столкнулось с темной волной и начало ее ослаблять. До моих ног докатился лишь небольшой валик грязи, разбившийся о мои говнодавы. Бобрилла сжалась, словно готовясь к прыжку и тихо урчала, но лишь опасливо щурилась от сияния амулета. Я отключил фонарик и, глядя на на не спешащего нападать мутанта, спросил:
— Может, уже все-таки поговорим?
— О чем? — прохрипела монстрилка. — Я отдала душу Тени за право мести!
— Ну, вот хотя бы об этом праве мести. — развел я руками и, убедившись, что нападать она пока не стремится, хорошенько прожарил небольшой клочок земли огнеметом и уселся на него, скрестив ноги. — И можешь отвести призраков от Увалии? Я уверен, что она справится, но зачем в пустую тратить силы обеих сторон?
— Пусть она отпустит порабощенных духов, и они перестанут на нее нападать. — проворчала Розинга. — Что ты хочешь от меня услышать, жрец?
— Ну, для начала… Расскажи, как ты додумалась до всего этого? — обвел я руками округу. — Про тебя не отзывались, как о колдунье, и магию ты вроде не изучала. Как?
— Налла. Целительница. — ответила, немного подумав, мутантка. — Когда я была у нее, она рассказала мне, как достучаться до Тени. А он уже дал силы, чтобы свершить месть! Ты хоть знаешь, что со мной сделал наш граф?! Это жабья морда!!!
— В общих чертах, мне рассказывали. — кивнул я.
— А эти… Эти… Сволочи! Сородичи, чтоб их мрак сожрал! — зарычала Розинга. — Никто даже не попытался возразить этой мрази! Они просто отдали меня ему! Этот урод выдумал право первой ночи год назад. Я первая, кого он заграбастал из нашей деревни, и никто из них даже не представляет, что он со мной делал! Он меня бил, резал, заставлял делать такие вещи, что… Что…
Казалось, что животное сейчас заплачет.
— Ладно, давай без подробностей, я сам дофантазирую. — поднял я руки перед собой.
— А мой муж! После моей смерти он даже ни разу не пришел ко мне на могилу!
— Ну так само собой. Он пошел мстить за тебя и жирный козел его казнил. — перебил я очередную тираду.
— Как… — Растерялся монстр. — А… А я думала… Он просто забыл обо мне…
— Так может, ты и в остальном тоже заблуждалась? — пошел я в атаку, видя растерянность утопленницы. — И вообще, а почему бы тебе было не отомстить за себя самому графу?
— И до него дошло бы! — рыкнула сжавшаяся бобриха. — После мести этим… Сородичам. После них я планировала расширить болота до самой столицы Лопьши и поглотить весь город. И скормить его танцующим призракам.
— И обречь на смерть кучу невиновных? — вставил свои пять копеек в разговор Гартаил.
— Все они виновны, раз согласны терпеть власть этого самодура! — рявкнула бобриха.
— А как ты смотришь на такое предложение. — решил я предложить сделку Розинге. — Мы отдаем тебе графа на растерзание, а взамен ты отпускаешь деревенских и убираешь заболочивание округи? Там, кстати, среди одурманенных зовом, четверо моих людей. Понимаю, что по ошибке зацепило, но все же.
— И сколько мне ждать? — яростно хлестнула шипастым хвостом по земле монстерка.
— Думаю, уже этим днем его жирная тушка должна прикатить в деревню лично. — усмехнулся я.
— Почему ты так считаешь? — недоверчиво рыкнула бобриха.
И я кратко пересказал ей историю с разбойничьими головами.
— И вот, судя по рассказам об этом моральном уроде, я думаю, что он лично приедет. Во-первых, если он решит отдать деньги, то уверен, что такой как он не доверит никому такую сумму и повезет денежки лично. Во-вторых, я сам не верю в его щедрость и думаю, что он захочет меня наебать. Типа, денег в казне таких нет, и вообще он бедный и несчастный, с хлеба на воду перебивается. Поэтому надо сперва получить награду от правителя, а потом он уже великодушно поделится со мной. И даст слово графа, после чего укатит телегу с трофеями в неизвестном направлении. И в-третьих, я думаю, что он просто припрется сюда со всей дружиной и попробует просто отобрать головы силой. А потом, когда не получится, перейдет ко второму, а потом к первому, когда поймет, что никто ему на слово не верит.
— Знаешь, это вполне в его духе. — задумчиво проворчала бобриха. — Хорошо. Я согласна. Приведите или притащите его к пруду, и деревенские будут жить. Но до той поры они будут тут. Призраки будут держать их разумы до заката. Если до той поры я не получу обещанного, то они погибнут, и первыми я самолично убью твоих чужаков!
— Клянусь Мардукором, до закаты ты получишь желаемое. — кивнул я и красная вспышка подтвердила, что клятва принята.
— Принято. — кивнул монстр и зачапал по раскисшей грязи к пруду.
— А если граф не приедет завтра в деревню, что ты будешь делать? — спросила подошедшая, вновь принявшая человеческий облик, Увалия.
— Ну, думаю, Гарик не откажет в помощи? Слетать до города да принести самую жирную и уродливую тушу в городе сюда?
— Не откажет. — усмехнулся Гартаил. — Но я подозреваю, что твоя уверенность строится опять на каком-то предчувствии?