История очевидца иных миров (СИ)

— … тупой придурок, думал, что можно вот так вот приехать в мою деревню и делать всё, что вздумается?
Оказывается, все это время Билл ему что-то говорил. Впрочем, плевать — очевидно же, что всё сказанное лишь мишура, призванная отвлечь внимание и атаковать в самый неожиданный момент. Навряд ли Билли-bostoon нуждался в таком приеме, скорее, тут сказывалась привычка, выработанная в многочисленных уличных конфликтах. Креван сжал кулаки и чуть приподнял руки, явно не обозначая защитной позиции, но готовясь к схватке. Движение не ушло от внимания Маккуина, глаза его вспыхнули мрачным торжеством: "Вот теперь всё будет по-взрослому!" А уже через мгновение Фланаган полетел на асфальт. Что сделал Билл, так и осталось загадкой для Кревана, то ли подсечка, то ли ещё какая-то подлость, но, уже полулёжа, он с горечью констатировал для себя, что шансы на благополучный исход опустились практически до нуля. Он чуть отполз, и попытался встать, опираясь на асфальт рукою. Боль объяла левое бедро, Креван снова упал. "Странно, он ведь мог пнуть меня не в ногу, а в голову — тогда бы я, вернее всего, уже отключился бы", — несмотря на критичность момента, мозг Фланагана выдавал холодный комментарий происходящего: "Играет. Не хочет быстро заканчивать. Для него это, как секс — чем дольше протянешь, тем большим мужиком себя чувствуешь…" Ещё один пинок в район пятой точки. Не больно, но очень обидно. Ещё один. Ещё. Креван со стоном и руганью пытался отползти за пределы досягаемости ноги Маккуина, тот без труда догонял и продолжал измываться. Откуда-то, может из другой вселенной, раздался смешок Майки. "Зрелище-то — обхохочешься, ага!" — со злостью подумал Креван. От обиды и стыда на глаза наворачивались слёзы. Ещё один пинок, ещё один. В этот самый момент что-то восстало внутри Фланагана, злость, как оказалось, никуда не делась — он почувствовал, что если ничего не предпримет, то может просто умереть. Сначала гордость, потом он. За секунду до очередного пинка Креван как-то неуклюже, насколько позволяло его положение, прогнулся, вытянулся и изо всех сил лягнул наугад, назад — туда, где должен был располагаться Маккуин. К немалому удивлению Кревана, подошва тяжелого "мартина" ткнулась во что-то твёрдое, голень или колено обидчика. От боли и неожиданности тот вскрикнул, удары прекратились. Оставаясь на четвереньках, Фланаган развернулся, пытаясь по возможности восстановить дыхание и погасить волны адреналина, непрерывно выплескивающиеся в кровь. Билл стоял совсем рядом, обеими руками он массировал ушибленное колено, глядя на свою добычу, которая вдруг показала зубы. В глазах его светилась ярость и желание убивать. Креван понял, что если он сейчас же не пересмотрит свою защитную позицию — ему не поздоровится, и пинками под зад дело точно не ограничится.
— Ах ты ж, долбаный мудак! — от боли и злости Билл уже не скрежетал, а шипел. — Всё! Теперь…
Креван из спринтерского положения низкого старта рванулся вверх и вперед. Он видел перед собою только лицо врага, остальное, как не имевшее больше значения, отошло куда-то далеко-далеко. Но уже в движении ему послышался голос, женский крик, что-то вроде "вот они!" или "они здесь!" Маккуин отреагировал слишком поздно, попытался отшатнуться, потерял равновесие, и тут же на него всей массой обрушился Фланаган. Уже на земле, Креван, который оказался сверху, дал волю своим инстинктам и сдавил обеими руками шею Маккуина. Ему хотелось всё закончить, задушить, разорвать этого человека, от которого несло потом и дешёвой туалетной водой. Почему-то сейчас bostoon-Билл олицетворял все те проблемы, что обрушились на него в последние дни — убей его, и всё придёт в порядок: он снова будет, как ни в чем не бывало, жить с Джен, продавать тахеометры, иногда звонить маме, а может даже и приезжать, как сейчас. Никаких голосов в голове, никаких ложных маяков. Ещё немного усилий, и всё станет как раньше.
Все сказки когда-то заканчиваются. Иные раньше, иные позже. Одни сказки заканчиваются счастливой женитьбой героев, другие — их смертью. Сказка, в которой храбрый портняжка Фланаган одолевал злобного великана-людоеда Билла, была совсем короткой, на несколько секунд. Но, стоит признать, конец у сказки всё же оказался скорее счастливым. Великан-людоед, сначала оторопевший от напора "ушастого фраера", быстро пришёл в себя: походя разорвал "смертельные объятья" Фланагана, сбросил его с себя и уже сам оседлал противника. Руки Кревана оказались прижаты к асфальту коленями, а задница Билли ужасно давила на диафрагму. Креван приготовился к худшему.
Билли был не просто зол, он кипел от ярости. Именно поэтому, первые два удара кулаками в беззащитное лицо Фланагана пропали втуне — bostoon элементарно не смог нормально попасть. Пара мазков по скулам и только-то. Зато третий удар чуть не расплющил верхнюю губу о зубы. Креван замычал и попытался врезать коленями по спине Билла, но для действительно хорошего удара недоставало замаха. Маккуин лишь чуть поморщился. Левой рукою он ухватил волосы Кревана ("Фиксация. Пластический хирург должен исключать любые накладки", — мрачно пошутил кто-то в голове Кревана), оценивающе взглянул на его лицо, чуть отвел назад правую руку. Карие колючие глаза и кривая ухмылка сулили Фланагану все круги ада прямо сейчас…
Что-то изменилось. За спиной Билли выросла массивная тень. В следующий миг он словно вспомнил, что умеет летать — отпустил волосы Кревана и взмыл в воздух. Давление на диафрагму исчезло, страшно захотелось отлить. Тяжело дыша и не веря до конца в чудесное спасение, Креван отполз, опираясь на локти и отталкиваясь ногами от шершавого асфальтового покрытия, на несколько метров назад. Уже затем осмелился осмотреться.
Людей на заднем дворе торгового центра прибавилось. Возле прохода, рядом с Майки, который с появлением новых участников напустил на себя уверенный и независимый вид, стояла, прижав ладонь ко рту девушка-официантка, Сью. Перед нею стоял ничем не примечательный мужчина средних лет, одетый в полицейскую униформу. Его напарник, молодой здоровяк с лицом большого ребенка, на голову выше всех здесь присутствующих и широкий, как вековой дуб, заломил руку Маккуину, заставив того чуть ли не уткнуться носом в землю. Маккуин сдавленным голосом перемежал проклятия оханьем. Здоровяк ещё немного задрал руку, и Билли плюхнулся на колени, заверещав дурным голосом:
— Твою мать! Тварь, ты мне руку оторвешь! Аааааа! Уй! Больноооо!
— Ага! Больно тебе? — голос молодого гарда оказался довольно высоким, принимая во внимание его габариты. — А когда ты пристаешь к людям, провоцируешь их, избиваешь — ты не думаешь, что они чувствуют?!
— Да-да, ты прав, ой-ой-ой! Только об этом и думаю, б… Днём и ночью, просто заснуть не могу!
Старший напарник, с некоторым интересом следивший за общением bostoon и молодого гарда, подошел к сидящему на асфальте Кревану и протянул руку, помогая подняться.
— От лица нашей деревни приветствую Вас, сэр! Родина легендарного, мать его так, напитка, да, в общем-то, и всё. Вижу, Вы знакомитесь с местными красотами. — полисмен иронично покривил нос. — Кстати, разрешите представиться: сержант Крис Туми. А этот малыш, что держит в руках какого-то извивающегося червяка — констебль Норман Пакстон. Мы, знаете ли, стражи покоя граждан этого благословенного местечка.
Креван не успел даже имя своё в ответ назвать, как Туми повернулся и направился к своему подчинённому:
— Эгей, приятель, полегче. Ты так и впрямь ему руку открутишь. — наклонясь к Маккуину. — Опять тебе не живется спокойно? Ты и впрямь так хочешь отоспаться в камере?
Билл, воспользовавшись послаблением, вывернул шею и посмотрел на Туми. Лицо его от напряжения налилось кровью, но глаза глядели с насмешкой и вызовом:
— Да хрен тебе! Ты же знаешь, что не можешь меня зацепить. — Маккуин хихикнул, как лезвием по стеклу провели. — Короч, шеф, заканчивай этот цирк, нам с Микки двигать пора…