Хмельная страсть (СИ)

Смотрю по карте, где эта Котельная. Вообще ничего там нет. Ни бара, ни кафешки. Дома только жилые и стройки. Он что, на стройке решил со мной встретиться для конспирации?
Хотя, в принципе, всякое возможно. Может, нельзя им встречаться с теми, кто заинтересован в подследственном. А то еще человека из-за меня в коррупции обвинят. По тем же причинам, видимо, он ничего по телефону и не спрашивал. Мало ли, кто запишет разговор и как его потом при желании можно подать, вырвав какие-то слова и фразы из общего контекста…
Времени полно, но я все-таки решаю отложить встречу с адвокатом до тех пор, пока не переговорю с Гариным.
Категорически почему-то не хочется ехать домой. Пока мне Кате нечего сказать, встречаться со взглядом ее медовых глаз, полных надежды, совсем не хочется. Странно, волосы белые, а глаза, - вот просто что лучик солнца. Светлый липовый мед… Просто согревающий своим теплом, когда светится…
– я встряхиваю головой, понимая, что куда-то не туда совсем меня начинает заносить. Дело серьезное, нужно быть максимально собранным и убрать любые эмоции. Как, впрочем, и во всем, что касается юридических вопросов, - эмоции всегда уводят в сторону от главного и застилают ясность ума. А меня тут на лирику потянуло…
Поднимая глаза вверх на яркое уже не по погоде солнце, снова понимаю, что вижу перед мысленным взглядом Катю. С ее глазами и умопомрачительными просто губами. Такими сладкими, что и никакого меда не нужно, - это я помню, хоть и не понимал, что делаю и кого целую в своем похмельном полусне… По всему телу пробегает странная дрожь и одновременно разливается какое-то тепло. Совсем непривычная для меня реакция на женщин, вот абсолютно!
Но, сколько ни приказываю себе забыть все эти глупости, ничего не получается. Все, еду в спортзал! Нужно же выводить вчерашний алкоголь из организма и приводить себя в нормальную форму! Да и мозги заодно прояснятся! На время тренировки я их полностью отключаю. Всегда. Потому что мозги, реально, точно, как мышцы. После отдыха начинают работать в сто раз эффективнее. А если все время гонять мысленную жвачку в голове, то уже ум за разум начинает заходить и внутренний компьютер начинает выдавать совершеннейший нелепый бред.
* * *
За десять минут до назначенного времени уже прибываю по казанном адресу. Реально – совершенно странное место. С одной стороны – стройки, на которых, по ходу, не очень-то кто-то и работает, с другой стороны, - рассыпающиеся дома. Видимо, аварийные, только и ждущие судьбоносного часа собственного сноса. Ни хрена тренировка меня не проветрила, - наоборот, кажется, я начал за это время кожей ощущать течение каждой минуты. Так что теперь, несмотря на то, что спокойствие – это наше все и в нем вся сила духа, сижу и нервно барабаню пальцами по рулю. И ладно бы, только переживал об исходе встречи с Гариным! Мысли о том, как там Катя и чем она занята, не дают мне покоя. Вот совершенно!
- Шиманский, - ровно в семь, минута в минуту, в стекло дверцы хлопают пальцы. Он не спрашивает, в его словах просто утверждение. Неужели у них такая прозорливость?
Хотя, - понимаю, - кому здесь еще быть? Райончик, кажется, совершенно нежилой, разве что бомжи обосновались по обе стороны от моей машины. Так что, приличному автомобилю здесь, наверное, просто и взяться-то неоткуда. Вот и весь простой ответ на вопрос о том, как Гарин понял, что это именно я.
- Здравствуйте, - открываю дверь и выхожу, протягивая ему руку. Высокий, мощный мужик. Через костюм угадываются очень себе так даже неслабые мускулы и даже кажется, что они порвут пиджак, сидящий на нем как-то почти нелепо. Только вот возраст никак определить не удается, - и дело тут вовсе не в легкой щетине, а, скорее, в глазах , - они сразу как будто просматривают насквозь, как рентген. И в усталом лице.
- Глеб, - представляюсь, отвечая на крепкое рукопожатие. После такого даже у меня рука начинает ныть. Но я не морщусь. Не баба же, в самом деле!
- Пойдем, - коротко бросает Гарин и тут же направляется вперед.
Вот как-то мне совсем становится неуютно. Бросаю почти жалостливый взгляд на свою новенькую машинку. Бросать ее здесь, пусть даже на сигнализации? Хрен его знает, кто там в недрах этих аварийных домов водится! Найти ее здесь без колес и начинки мне хочется меньше всего!
- Не переживай за машину, - бросает Гарин, даже не оборачиваясь и не замедляя хода. – Те, кого мы не видим, прекрасно видят нас. Знают, к кому ты приехал. Им даже в голову не придет шаг к твоей тачке сделать.
Надеюсь, что он прав. И все равно оставляю свою малышку с тяжелым сердцем. Да, у меня к ним слабость. Не зря же я точно такую же выбрал, когда покупал, разве что цвета другого. Люблю я эту модель. Ну вот люблю, как живое существо!
- Шиманский, - слышу впереди усталый голос. – Тебе наш разговор нужен?
Эх, хрен с ним, будет, как будет, - мысленно отчаянно машу рукой и догоняю Гарина. В уме прося прощения у своей девочки и обещая больше постараться никогда ее не бросать.
  
Глава 14
 
Мы петляем между покосившимися домами, как в самом настоящем лабиринте. И наконец выходим к вполне себе нормальном дому.
Всю дорогу Гарин не произносит ни слова, только хмурится каким-то своим мыслям. Ну, и я тоже не спешу начинать разговор. Не тот это случай, чтобы вот так на ходу беседовать.
- Садись, - Гарин бросает ключи на тумбочку, и, не разуваясь, заходит в кухню, тут же ставя на огонь турку с кофе.
Бля, только сейчас понимаю, что пришел-то я с пустыми руками, - и выходит очень неудобно. Человек меня к себе домой привел, а я – вот так… Но ведь одно дело – Нобин с Забарским, они-то тоже, естестественно, не душки, но их-то я хотя бы знаю, а тут… Мало ли, как он к такому отнесется. Хотя нужно было все равно что-то с собой взять, на всякий случай, а там уже смотреть по обстоятельствам.
- Выкладывай, - Гарин ставит перед нами на стол две огромные кружки крепкого, как смола, кофе и зарывается пальцами в тарелку с орехами. Похоже, что живет один, - женской руки в этой кухне совсем не видно.
Сделав огромный глоток и почувствовав, что разве что слезы из глаз не поплыли от горечи кофе, начинаю рассказывать все то, что узнал от Кати. Гарин на меня не смотрит. Опустив глаза в свою кружку, просто молча и как будто наслаждаясь, пьет свой термоядерный напиток.
Я уже давно закончил, а он так и сидел, прищурившись и глядя в свою чашку.
Молчание так затянулось, что мне уже начало казаться, что Гарин меня и не слушал. Думал, наверное, о чем-нибудь своем, а все, что я ему говорил, слилось для него просто в какой-то шумовой фон. А, может, у него загрузка мозгов от работы. У меня так бывает, особенно во время сессии, когда сидишь ночами напролет. А потом мозг так переполнен информацией, что просто ничего на внешнем плане уже не воспринимает. Ты, вроде бы и есть, но чувствуешь себя абсолютно зависшим компьютером. Вздохнув, я уже было настроился повторять все с самого начала, как Гарин « отмер».
- Забарский говорил, ты лучший студент курса, - совершенно бесцветным голосом проговорил он как-то медленно и задумчиво и по-прежнему на меня не глядя. – И не просто заучка, но еще и с мозгами.
Я просто кивнул в ответ. Это не похвала и не какое-то признание, просто констатация факта.
- И откуда же такое рвение к учебе в наше время? – он поморщился, а лицо стало совсем усталым. – Да еще и в таком элитном заведении?
- Ну, элитное я выбрал потому, что оно лучшее. А рвение… Хочу добиться чего-то в жизни. Мать у меня медсестра, отец – инженер, так что ни тянуть меня, ни устраивать на какие-то особенные должности некому. Поэтому мне нужно пахать, и больше, чем остальным, чтобы чего-то достичь. Ну, и хочется что-то стоящее потом в жизни делать. Важное. Не бумажки перекладывать, получая за это деньги.
- Важное, значит, - задумчиво кивнул Гарин, поднимаясь с табурета.
Черт, ну при чем здесь я и мои планы? Речь же идет о важном деле, от которого зависит судьба, а, может быть, и жизнь человека!