Королевство Бахрейн. Лики истории

Англичане на демарш Бахрейнского национального конгресса отреагировали жестко — обоих лидеров конгресса из страны депортировали, отправили на поселение в Индию. Столь же сурово обошлись и с племенем бану давасир, отказавшимся от уплаты наложенного на него штрафа. Дали племени 10 дней на то, чтобы оно покинуло свое поселение в Эль-Будаййи, и ушло с Бахрейна. Отметили, что в случае неисполнения данного предписания их поселение будет подвергнуто бомбардировке.
Бахрейн племя бану давасир оставило. Хотело поселиться в Кувейте, но английский политический резидент направил правителю Кувейта, шейху Ахмаду, телеграмму (06.07. 1923), настоятельно требуя «бану давасир у себя не привечать». И оно перебралось в Даммам. В конце 1920-х годов, к слову, несколько колен племени бану давасир возвратились на Бахрейн. Но осознав, что прожить там не смогут, вернулись в Даммам.
Известно, что, будучи в изгнании, в Индии, ‘Абд ал-Вахаб ал-Зиййани обращался по вопросу его высылке с Бахрейна и в индийские суды, и даже к самому вице-королю британских владений в Индии. Однако добиться разрешения на возвращение на родину не смог. Скончался в Бомбее, в 1925 г.
Открыто против действий английских властей в отношении шейха ‘Исы высказался тариф Мекки Хусейн. Он даже обратился по этому вопросу к Сэмюэлю Герберту, английскому Верховному комиссару, пытаясь убедить его в том, чтобы он инициировал пересмотр решения, принятого британскими колониальными властями в Индии. Обращение тарифа англичане проигнорировали.
Симпатизировал шейху ‘Исе и эмир Ибн Са’уд. Сохранились сведения о том, что он тайно встречался с ним на острове Мухаррак (06.07.1930).
В обстановке, складывавшейся в то время на Бахрейне, англичане решили, наконец, и то, чего так долго добивались — участия в управлении таможнями. В начале 1924 г. на остров прибыл английский чиновник таможенной службы, г-н Клод де Греньер (Claude de Grenier), — для надзора за поступлениями от уплаты таможенных сборов (сроком на три года, начиная с 14.01.1924 г.) (105*).
В 1925 г. политический агент на Бахрейне майор К. Дэли стал личным советником шейха Хамада. В 1926 г. на Бахрейн прибыл сэр Чарльз Белгрейв, бывший офицер, а потом и чиновник английского Министерства колоний, сменивший К. Дэли на посту советника. Он реорганизовал государственный аппарат и выстроил, по сути, новую систему управления страной. Укрепил силы полиции; усилил британский гарнизон на Бахрейне и установил жесткий контроль над доходами шейхства. Создал специальный фонд по совершенствованию администрирования государства (за счет поступлений от нефти и таможенных сборов), и обеспечил таким путем, за счет местных средств, финансирование в полном, заметим, объеме деятельности всей английской администрации на Бахрейне. Влияние его среди членов правящего семейства было абсолютным и непререкаемым, а формат полномочий — неограниченным. Бахрейн при нем арабы Прибрежной Аравии даже стали называть «Белгревией». Прослужил он на Бахрейне около 30 лет (1926–1957). Проживал в районе Эль-Джуфайр, в пригороде Манамы. Имел загородный дом на острове Джида. Является автором герба и флага Бахрейна (1930-е годы), а также дизайна знаменитых Ворот Бахрейна (Баб-эль-Бахрейн, 1945 г.), возведенных у входа на манамский рынок (Сук Манама), считающийся «сердцем» деловой жизни столицы. Перу Чарльза Белгрейва принадлежит интересная книга под названием «Добро пожаловать на Бахрейн» (1955). В ней он рассказал об обычаях и традициях бахрейнцев, их ремеслах и промыслах. Отметил, в частности, «способности арабов Бахрейна к торговле» и ткачеству (мастера-бахрейнцы прославились изготовлением популярной в Аравии тонкой шерстяной ткани ‘аббас, а также полотен для парусов).
1926 год ознаменовался острым англо-персидским конфликтом из-за Бахрейна. Стал он отражением той национальной политики, которую начал проводить пришедший к власти новый шах Ирана, Реза Пехлеви (правил 1925–1941), — с акцентом на защите национальных интересов, в том числе нефтяных и территориальных.
Позиция Ирана в отношении островов Бахрейнского архипелага, которые Тегеран считал «своими землями», при Пехлеви заметно ужесточилась. Требования иранцев о «возврате» Бахрейна резко усилились после подписания 20 мая 1927 г., в Джидде, между Англией и Ибн Са’удом, «Договора о дружбе и добрых намерениях». В этом документе Англия признала независимость перешедших к Ибн Са’уду Неджда и Хиджаза, а Ибн Са’уд, в свою очередь, — независимость Бахрейна и особые интересы Великобритании в Персидском заливе, в том числе — на Бахрейне.
Иран выразил протест, и обратился в Лигу наций. В жалобе, поданной им, говорилось, что Бахрейн является, дескать, «частью персидских владений», и что Джиддский договор от 1927 г. Тегеран рассматривает, как «ущемляющий суверенитет Ирана». Англия, со своей стороны, вручила персидскому послу в Лондоне ноту. В ней отмечалось, что «Великобритании не ведом ни один документ, свидетельствующий о том, что Бахрейн признал свою вассальную зависимость от Ирана, либо о том, что, с географической точки зрения, Бахрейн относится к Ирану» и изначально был заселен персами. Напротив, всем хорошо известно, что издревле Бахрейн населяли арабы Аравии, а вот захватывался он, и не раз, персами. И с тех пор, как в 1873 г. их потеснили оттуда арабы племени бану ‘утуб, Бахрейн ни разу не подпадал больше под власть Ирана, и властвует там, с тех пор и поныне, род Аль Халифа.
Англо-иранские конфликты из-за Бахрейна вспыхивали впоследствии еще несколько раз (в 1930 и 1934 гг.). Дабы положить тому конец, Палата общин английского парламента приняла документ (18.04.1934) о статусе Бахрейна. Архипелаг объявлялся территорией, не входящей в состав Британской империи; шейх Бахрейна признавался «независимым правителем», связанным с Англией союзным договором.
В 1932 г. новым правителем Бахрейна стал шейх Хамад ибн ‘Иса Аль Халифа, властвовавший в течение десяти лет (до 1942 г.). Время его правления ознаменовалось: протестными выступлениями шиитов (1934–1935); крупной забастовкой рабочих-нефтяников (1938), поддержанной жителями Бахрейна и Мухаррака; протестными демонстрациями населения (ноябрь 1939 г.) с требованием принятия конституции; и налетом на Бахрейн итало-германской авиации (октябрь 1940 г.), подвергшей бомбардировке английскую военную базу на острове Бахрейн.
Начиная со второй половины 1920 — х годов достаточно много шиитов перебралось в Манаму. Некоторые из них открыли магазины и сделались преуспевающими торговцами. Со временем они сложились во влиятельную торговую гильдию, начавшую активно отстаивать интересы шиитской общины Бахрейна и громко заявившую о себе на политической авансцене страны. До этого политическую активность шиитов инициировали их религиозные авторитеты.
20 декабря 1934 г. депутация из восьми знатных шиитов, представленных жителями Манамы и окрестных поселений, вручила шейху Хамаду и Белгрейву петицию от имени всего шиитского населения Бахрейна. В ней содержались требования шиитов к властям страны. Поскольку шииты составляют большинство населения, говорилось в петиции, то справедливо было бы видеть и их должное представительство в муниципальных советах и центральных органах власти, в том числе и в Совете по образованию, где шииты и вовсе не представлены.