Королевство Бахрейн. Лики истории
Факультету журналистики
Московского государственного
института международных отношений
и его выпускникам 1975 года
ПОСВЯЩАЕТСЯК читателюИсторики Древнего мира и своды аравийской старины отзывались о Дильмуне, нынешнем Бахрейне, как о «жемчужном царстве» и «знатном пристанище торговом».
Из сказаний и преданий аравийцев, этих дошедших до наших дней изустных архивов коллективной памяти народов и племен Аравийского полуострова, явствует, что в седом прошлом у обитателей «Острова арабов» существовал обычай демонстрировать величие и силу свою путем подчинения себе знатного Дильмуна.
Самое раннее упоминание о Дильмуне, этом ушедшем в легенды царстве мореходов и торговцев Древнего мира, содержится в эпосе шумеров, одного из народов-старцев земли. Это указывает на то, что Дильмун принадлежит к числу древнейших цивилизаций на нашей планете.
Дильмун в глазах шумеров — это «обитель бессмертия», единственное на земле место, сохранившееся после Великого потопа в своем первозданном виде, чистом и непорочном.
Согласно шумерской мифологии, Дильмун — это место возрождения людей после постигшего их Великого потопа, «земной Эдем» и «колыбель человечества». На протяжении веков Дильмун почитался местом священным всеми народами Древней Восточной Аравии и Месопотамии.
Оставили свой след на Дильмуне и финикийцы, загадочный народ мореходов, «смотрители финиковых рощ земного Эдема», как о них говорится в преданиях и сказаниях арабов Аравии. Покинув в первой половине III тысячелетия до н. э. Дильмун, они обогнули «Остров арабов», пересекли море, известное сегодня как Красное, назвав его Эритрейским, в честь своего вождя, легендарного Эритра, и ушли морем в земли современного Ливана, где создали крупную морскую империю Древнего мира, павшую под натиском Рима.
На Дильмун, ставший называться впоследствии Бахрейном, посягали все великие правители-воители Древнего мира, владыки Ассирии, Вавилона и Персии. Не обошел вниманием «жемчужный остров» и Александр Македонский, эллин-первооткрыватель Востока, планировавший предпринять «аравийский поход» и включить Дильмун, равно как и другие земли арабов Прибрежной Аравии, в состав своей великой империи.
Шрамы, оставленные на Бахрейне ушедшими цивилизациями, равно как Османской империей и европейскими государствами-конкистадорами Востока, Португалией и Англией, свидетельствуют, что земля эта притягивала к себе внимание многих народов мира и становилась объектом их вожделений.
Летописи «временных лет» Аравии сообщают, что на протяжении тысячелетий Бахрейн с удобной стоянкой для судов и хорошо обустроенными складскими помещениями являлся крупным перевалочным пунктом на одном из древнейших морских торговых путей. Пролегал он между ушедшими в легенды ранними цивилизациями в долине Инда и Южной Аравии, в бассейне Персидского залива и Месопотамии.
Бахрейн — это то место, где была обнаружена первая в Аравии нефть. Она дала толчок поискам «черного золота» на всем полуострове, увенчавшихся находками богатейших нефтяных сокровищниц, превративших Аравию в нефтяной Клондайк.
Перебирая в четках памяти бусинки лиц побывавших на Бахрейне именитых военачальников и путешественников, мореходов и исследователей Аравии, приоткрывших миру занесенное песками времени богатое прошлое некогда величественного и знатного Дильмуна, можно с уверенностью сказать, что познакомиться с этой страной, если представиться такая возможность, было бы увлекательно и познавательно.
Сегодняшний Бахрейн — это туристическая жемчужина Персидского залива, аравийский Монте-Карло. Это — «оазис» интереснейших в Аравии музеев, край множества памятников истории и древних городов с неповторимым колоритом старых кварталов, рынков и «домов кофе». Это — «аравийская витрина» золота и ювелирных украшений. Здесь находится одно из богатейших хранилищ манускриптов со сводами легенд и сказаний, этих копилок мудрости древних народов Аравии.
Часть I
Жемчужный остров Персидского заливаПрогулки по коридорам времени
Первое, дошедшее до наших дней, письменное упоминание о Дильмуне (Бахрейне), датируемое 3300 г. до н. э., содержится в «глиняных хрониках» месопотамского города-царства Урук (39003100 до н. э.). Обнаружили их в храме, посвященном богине Инанне.
Удаленность Бахрейна от побережья, говорится в летописях «временных лет» Аравии, и обилие на нем источников пресной воды делало этот остров «местом безопасным», что и определило заселение Бахрейна людьми в глубокой древности.
На протяжении тысячелетий Бахрейн с удобной стоянкой для судов и хорошо обустроенными складскими помещениями являлся важном перевалочным пунктом на одном из древнейших морских торговых путей. Пролегал он между ушедшими в легенды ранними цивилизациями в долине Инда (Мохенджо-Даро, Хараппа) и Южной Аравии (Маган, Саба’), в бассейне Персидского залива (Умм-ан-Нар, Млейха) и в Месопотамии (Эриду и ‘Убайд, Ур и Урук, Аккад и Вавилон).
Историки Древнего мира отзывались о Дильмуне (Бахрейне), «жемчужном царстве» арабов Аравии, как о крупном и знатном «месте торговом», где совершались сделки с медью и предметами роскоши. Негоциантов этого легендарного островного царства они величали не иначе как «титанами торговли». В те далекие времена Дидьмун включал в себя не только острова нынешнего Бахрейнского архипелага, но и земли Эль-Хасы с портом Эль-Катиф (принадлежат сегодня Саудовской Аравии), а также полуостров Эль-Катар и острова Файлака и Тарут.
Образцовой для своего времени считалась служба дильмунских таможенников, метивших ввозимые на остров товары специальными печатями на таможенном посту, располагавшемся у северных ворот столицы. Процветание Дильмуна зависело от транзитной торговли, и в первую очередь «дорогими товарами» — благовониями из Южной Аравии и медью из королевства Маган (нынешнего Султаната Оман).
Дильмун, как гласят предания арабов Аравии, был царством именитым и богатым. И подтверждением тому — находки археологов: раскопанный ими руинированный дворец с золотым троном и многочисленные изделия из слоновой кости и лазурита из Хараппы и Мохенджо-Даро.
Из сказаний арабов Аравии следует, что в седом прошлом у племен «Острова арабов» существовал обычай демонстрировать величие и силу свою путем подчинения себе знатного Дильмуна, «морских торговых ворот» Шумера, Ассирии и Вавилона (1).
На Бахрейне во времена Ахмада ибн Маджида, прославленного кормчего из Джульфара (Ра’ас-эль-Хаймы, умер в 1510 г.), насчитывалось, по его словам, 360 поселений. Отменным слыло среди мореходов тамошнее «пристанище корабельное». На нем торговали «товарами разными» купцы «из арабов, и из гостей заморских». Продавали жемчуг, камни-самоцветы с Цейлона, овец, верблюдов и лошадей чистой арабской породы, одежды шерстяные и многое другое. Во время сезона «жемчужной охоты», отмечает он, в водах Бахрейна собирались «жемчужные флотилии» со всех прибрежных княжеств (2).