Герцог ре, Сфорц (СИ)

Как ему удалось избежать казни, никто не понимал. Даже сам Лекс. Но так вот получилось.
Зная об отношениях в молодой королевской семье, Тайнер пытался лавировать между королём и королевой.
— Да даже, если бы, при столкновении, оба бы убились и не довезли послания, то и пусть.
Взмахом руки она отпустила секретаря и через горничную распорядилась, чтобы обед ей накрыли, на двоих с Прилой, в её личной столовой комнате.
Письма Лекса, как и её письма, были лишь публичным жестом, ничего более. Она даже, сначала, не хотела и читать его. Но потом, всё же, пробежала глазами, чтобы убедиться в своей правоте.
Да и о чём мог написать ей Лекс? Об его «успехах» в подавлении мятежа судачил весь двор. Кто-то с сочувствием, а кто-то со злорадством.
Лично она была равнодушна.
Когда планы отца поменялись, и Клемения узнала, что не сестра, а она станет женой Винора, то отнеслась к этому спокойно. Как и любую принцессу правящего дома, её с самого рождения готовили к тому, что мужа ей выберет политическая и военная целесообразность.
Даже отец, который, формально, выбрал ей Лекса, сделал это, подчиняясь обстоятельствам.
А обстоятельства эти таковы, что ему необходимо присоединить к своему королевству всю северную и центральную часть Винора.
Лекс об этом не догадывался, но далеко на севере, в Оросской империи, уже развесили флажки, как на загонной охоте на волков, и волком был король Винора. Клемения, правда, в последнее время, стала подозревать, что и её отец, и король Тарка Плавий, тоже относятся к этим загоняемым волкам.
Но это были лишь её ощущения, к которым никто прислушиваться не станет. Кроме неё самой — она своим ощущениям, наблюдениям и размышлениям привыкла доверять. И ни разу в этом не ошиблась.
Пока же, отец считает себя, если не охотником, то загонщиком-то уж точно. Ей он откровенно сказал, что её задача — родить от Лекса ребёнка. Мальчика или девочку — не важно, хотя первое предпочтительней. А дальше будет уж его задача — позаботиться о внуке или внучке.
Клемении стало интересно, а вот Олег, он поверил бы её рассуждениям? Ей, почему-то, показалось, что он точно бы поверил. Он вообще особенный. Как и его замечательная сестра. Королева с грустью подумала, что два единственных понравившихся ей человека в Виноре, очень быстро покинули её.
Она бы очень хотела иметь таких друзей, как Олег и Уля. А Олега, пожалуй, можно было бы рассматривать и чуть больше, чем мужа.
Усмехнувшись своим мыслям, королева встала и подошла к окну.
Ей вообще нравился вид из окон её апартаментов. Такого в Глаторе не увидишь. Две огромные, на вход и на выход, арки порталов, располагались прямо в центре королевского парка, окружённые стеной в три человеческих роста.
Винор был одним из немногих государств, имеющих портал. Особой пользы Клемения от порталов не видела, но это был вопрос огромного престижа.
Один раз в двеннадцать лет, когда на небе Талареи наблюдался Парад Планет, порталы включались и работали беспрерывно тридцать три дня.
Говорят, что это творение Семи, но Клемения в это не верила. Зачем богам это?
Она считала, что это творение могучей магии тех, кто жили за тысячелетия до них. Бабушка ей в детстве рассказывала, что иногда, при копании шахт, или рытье котлованов, находят кости людей высокого роста, только эти кости в два раза тоньше.
И опять её мысли вернулись к Олегу. Она вспомнила, как в один из дней, незадолго до его отъезда, когда она также смотрела в окно, то увидела, как получивший накануне герцогские регалии Олег, ходил внутри стен под арками порталов, гладил их и о чём-то говорил себе под нос.
Она тогда отправила за ним рабыню, хотела с ним поговорить, но пока эта нерасторопная дура туда добежала, герцог уже куда-то исчез, и Клемения даже не заметила, когда.
— Ну? Как? — даже не дав рабыне доложить об её приходе, ворвалась Прила, — Скажи же!
— Ты чудо! — искренне сказала королева, разглядев новый облик подруги.
— Правда?
— Да, хоть сейчас замуж выдавай.
Баронесса стала серьёзной. Подойдя к креслу, не рухнула в него, как обычно это делала, а аккуратно села.
— Надеюсь, мне-то ты позволишь самой выбрать себе мужа? Я же не принцесса.
Клемения на собственном опыте испытала, что такое брак по политическим соображениям. И подруге такого «счастья» не желала.
Нет, она бы поняла Лекса, если бы он даже её возненавидел. Она не простит ему никогда демонстративного пренебрежения. Но это лишь её проблема и ничья более.
— Конечно, ты сама вольна выбирать себе кого захочешь. Ты же знаешь, моё опекунство над тобой — пустая формальность, — сказала Клемения, — А что, уже есть претендент на твои руку и сердце?
— Есть. И давно. Я не хотела тебе говорить. Да и не думала, что так выйдет. В общем, я с ним познакомилась ещё в начале лета. Только я думала, что он благородный из невладетельных, и ты никогда не согласишься на мезальянс. Но он письмо вот прислал, — Прила достала небольшой свиток, — Мне сегодня одна из девушек-продавщиц из магазина Монса передала, чтобы я у себя в комнате прочитала.
— И что там? — спросила по-настоящему заинтригованная Клемения, заодно удивляясь, что этой болтушке удавалось скрывать от неё такую тайну.
Баронесса Ерон тихо и счастливо засмеялась.
— Он выслужил себе баронство, Клемения! Он теперь барон. В герцогстве Сфорц.
«Вот гады какие! — подумала королева, пока Прила рассказывала об обстоятельствах своего знакомства, — Мало того, что лишили меня своего общества, так ещё и поучаствовали в том, чтобы лишить единственной подруги!»
— Я дам разрешение на твой брак, но…., - королева сделала многозначительную паузу, — Если сюзерен твоего жениха приедет сюда и лично попросит у меня за своего вассала.
  
Глава 23
 
К полудню кареты, которые не пустили на территорию дворца, заставили собой практически все подъезды к нему.
Желающих посетить спектакль, о котором целую декаду шумел весь Псков, было столько, что мест не хватило даже в самом большом зале герцогского дворца.
— Уля тебе не простит. Услал нашу девочку на войну, а сам устроил тут развлечение. Да ещё такое!
Гортензия говорила, вроде бы, в шутку, но в голосе её сквозила печаль.
Она сидела в любимом олеговом кресле-качалке, откинув назад прелестную головку.
— Я потом специальный повтор устрою. Для неё одной, — бодро ответил Олег.
Конечно, на его душе, что называется, скребли кошки. И сестру было жаль. Он дал себе очередной зарок, что, как только она вернётся, он перестанет грузить её любыми проблемами, как минимум, на три декады.
Только доделают с ней вместе новую дорогу, идущую через выкупленные им болотистые земли бывших вольных поселений до самых северных границ его герцогства, по направлению к Фесталу, чтобы преодолевать это расстояние не за пять дней, как раньше, а, максимум, за два. Рабы выкладку глиняно-песчаной смеси уже заканчивают.
И рельсы наделают в нужном количестве — чтобы построить узкоколейки, по которым будут гонять дрезины — Трашп кое-какие его подсказки получил, пусть совершенствует свой глендваген. Нужны будут рельсы и для завершения кольцевой конки.
А ещё, Олег вдруг понял, что если он не примет кардинальных мер по отношению к своим хотелкам, то Уля всю свою жизнь только и будет, что строить, воевать и лечить. Без выходных и отпусков.
— О ней думаешь? — угадала Гортензия, — Не переживай сильно. Я пошутила. Уля сильная девочка. Она со всем справится. А как ей дать хоть немного свободы, давай как-нибудь вместе подумаем.
— Договорились, — кивнул Олег, — Как думаешь, там уже все собрались?
— Позовут, — пожала плечами Гортензия.
Зал на втором этаже дворца был переоборудован под зрительный. Понятно, что создать что-то похожее на настоящий театральный зал, такой цели он и не ставил. Но устроить подобие сцены и партера, он подсказал как.
Гортензия и Кара пытали его так, что, в какой-то момент, он решил, что те позовут себе в помощь Нурия, его главного палача.