Тихоня для мажоров (СИ)

Здесь все настолько строго и холодно, что хочется добавить яркой мебели. Темные, почти черные обои, паркет и даже постельное белье без рисунков. И ни одного намека на присутствие женщины в этой комнате. Я захожу внутрь и касаюсь каждой детали. Бросаю взгляд на непонятные металлические фигурки, провожу по ним пальцем и чувствую такой же холод, как и от хозяина. Они статные, красивые, но мороз по коже только от одного взгляда на них.
— Я же говорил будь внизу, тут небезопасно, — раздается уставший голос Егора за моей спиной.
— Для чего я тут?
Понимаю, что сейчас мне проще смотреть на эти бездушные фигурки, нежели на Егора.
— Я не хочу быть виновником, если что-то с тобой случится. После сегодняшнего стресса, ты должна остаться под присмотром.
— У тебя будет ребенок? — спрашиваю то, что меня волнует на данный момент.
— Да, Юля. У меня будет ребенок, — серьезно отвечает Егор и проходит в комнату.
Мне страшно повернуться, потому что я попросту не могу этого сделать. Боль просачивается внутрь и заставляет сильно-сильно зажмурить глаза от подступающих слез. Весь ужас содеянного мною поступка лавиной обрушивается на мое сознание. Я понимаю, что сама во всем виновата, что я и только я отвернула Егора от себя, заставила его завести отношения и забыть о себе. Где-то внутри сознание всплывает сообщение о том, что Артем не забыл. Что никого не нашел и искал меня все время. Да, у него были девушки, но никого настолько серьезного, чтобы оборудовать детскую и завести ребенка.
— Мне не во что переодеться, — бесцветным голосом говорю я, стараясь ни о чем не думать и ничего не вспоминать.
— Можешь взять мою футболку и спортивные штаны.
Я поворачиваюсь к нему, но не смотрю в глаза, просто забираю вещи и аккуратно спускаюсь в свою комнату. Захожу в ванную и снимаю с себя всю одежду, включаю воду и встаю под теплые струи. Напряжение немного сходит, мышцы расслабляются и тело отпускает скованность. Не спеша моюсь и совсем не хочу вылезать из этого райского уголка. Тут спокойно, не нужно трястись от страха, думать и переживать. В душе хорошо, но все же я переступаю на махровый половичок и вытираюсь полотенцем. Надеваю вещи, которые мне дал Егор и выхожу.
— Боже, Егор. Я только узнала от мамы, что произошло. Как ты?
Я вижу, как Юля кидается ему на шею и крепко обнимает. Но не только я их вижу, ее глаза распахиваются и сверкают от злости.
— А что она здесь делает?

  
Глава 46
 
— Не буду вам мешать, — выдаю как можно тише, но все же привлекаю к себе внимание. Они оборачиваются ко мне, и я тут же чувствую себя лишней. Той, кто подглядывает за влюбленной парой.
Прохожу мимо них и закрываюсь в комнате, которую для меня выделяет Егор. Беру новый телефон в руки, достаю разбитый из сумки, меняю сим-карту и включаю устройство. Мне интересно происходящее за дверью, безумно хочется знать, что Егор говорит Юле, но подслушивать я не собираюсь, поэтому максимально концентрируюсь на телефоне.
Экран загорается, появляется сеть и мне начинают приходить сообщения от абонентов, которые пытались мне дозвониться. Первым делом я набираю номер Матвея, потому что от него больше всего звонков. Видимо, Демьян рассказал ему о случившемся и сейчас он, как мой гинеколог, беспокоится о моем состоянии.
— Юля, привет. Как ты? Где ты? — взволнованно говорит Матвей, несмотря на позднее время.
— Привет. Извини, что так поздно звоню, только телефон включила. Все у меня хорошо.
— Ты уверена? Где ты находишься?
— Все хорошо, меня в больнице осмотрели. Ребенку ничего не угрожает.
— Хорошо, лучше завтра приезжай ко мне в клинику. Я посмотрю тебя на УЗИ, все же это огромный стресс.
— Обязательно, спасибо за заботу.
— Юль… — он делает паузу, видимо решая сказать или нет, — может ты лучше у нас поживешь?
— Это будет лишним. Со мной все хорошо. Ничего не болит, только плечо, но это пустяк. Не переживай, завтра увидимся. Спасибо тебе.
— Я тебя понял, береги себя.
Матвей сбрасывает вызов, а я продолжаю смотреть на экран телефона. Не знаю, стоит ли звонить Демьяну и что-то рассказывать. Это будет некрасиво с моей стороны, но ряд пропущенных вызовов говорит, что он переживает. И все же вместо звонка я пишу ему смс:
“Со мной все хорошо. Не переживай”.
Больше не знаю, что писать и отправляю сообщение. Вижу, что еще звонила Маргарита Аристарховна, но смелости ей перезванивать не хватает. Тем более я уверена, что она все уже решила с Егором. А мы с ней поговорим завтра, когда я буду знать, что ей сказать.
Я сижу в комнате час и просто сверлю взглядом стену. Выходить в коридор нет ни малейшего желания. Я понимаю, что где-то там за дверью другая женщина. Наверняка она утешает его, говорит ласковые слова. Несмотря на то, что я сделала и как поступила, мне все еще больно осознавать, что у него есть другая. Осознаю, что не задумывалась об этом и считала, что будет не больно, но ровно до того момента, пока не увидела это глазами.
Вдобавок ко всему перед глазами кружатся события прошедшего дня. Артем, кровь, падение, удар и крики. Мне страшно закрыть глаза, потому что все это снова и снова возникает в воспоминаниях.
Забираюсь под одеяло и стараюсь уснуть но дверь в комнату открывается. Я тут же слышу приятные ароматы от готовки еды, в животе начинает урчать, потому что я так и не поужинала с Демьяном, а потом было как-то не до еды. В мыслях быстро проносится осознание, что пока я здесь лежала, они там весело готовили еду, разговаривали, может быть даже целовались.
— Юль, идем поужинаем. Сегодня адский день, а ты голодная наверняка, пошли, тебе нужно поесть, — он говорит совершенно спокойным тоном, но от него у глазам тут же подкатывают слезы.
Я не вижу его, потому что лежу спиной к двери. Думаю о том, что, возможно, рядом с ним Юля. Держит его за руку и ждет, когда незваная гостья встанет и соизволит к ним присоединиться.
— Егор, я хочу уехать. Не хочу тебя стеснять и доставлять неудобств, — смотрю на луну, которая ярко освещает комнату.
Она ассоциируется у меня с Егором, с его холодностью и остраненностью, а еще ненавистью, направленной только на меня.
— Доставляешь, — соглашается он со мной, — но все равно останешься здесь. Давай, идем.
По его тону я все так же ничего не понимаю. Он практически открытым текстом говорит, что ему неприятно мое нахождение в его квартире, но в то же время не отпускает от себя и не позволяет вызвать такси и уехать.
Я поднимаюсь с кровати, поправляю задравшуюся футболку, неловко перевожу взгляд на Егора и замечаю, что он один. Ну хоть что-то радует. Пришел за мной не с ней.
Прячу живот под тканью футболки и направляюсь к нему. Не представляю, как мы будем ужинать втроем: я, он и его Юля. Я в его одежде, которая, несмотря на чистоту и запах порошка, все равно принадлежит ему и он ее одевал. От этого осознания тело приятно покалывает. Чувствую, как малыш в животе, видимо, поняв, что сна не будет, начинает толкаться.
— Как ты себя чувствуешь? — он касается моего живота ладонью и заглядывает в глаза, желая узнать ответ.
Егор делает это настолько легко и непринужденно, что я не сразу нахожусь, что ответить. Я совсем не понимаю его. С одной стороны он всем своим видом показывает, что ему неприятно находиться рядом со мной, а с другой он делает все это. Я совершенно ничего не понимаю, но все же отвечаю:
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
— Нормально.
Чувствую, как малыш внутри снова начинает шевелиться, вижу, как Егор напрягается и тут же одергивает руку, разворачивается и идет на кухню.
Не понимаю такой смены настроения, поэтому мне требуется время, чтобы перевести дух и успокоиться. Перед Юлей я должна держать лицо, обязана быть сильной и не показывать своих слабостей.
Выхожу из комнаты, тихо прикрываю дверь и появляюсь на кухне. Взгляд тут же цепляется на столовые приборы на столе. Их здесь только для двух персон. Я удивленно вскидываю брови и отхожу назад. Юли еще нет, поэтому я решаю скрыться до того, как она поймет, что им нужно будет потесниться.