Обойдемся без свадьбы
Когда после смерти мамы у нее появился мучительный страх говорить на людях, а лечение не принесло желаемого результата, отец продолжал ее уверять, что она просто поздний цветочек, чей талант раскроется позже, и все, что ей нужно, это время. Но ей сейчас двадцать восемь, а она все еще не переросла своей неуверенности. Салли знала, что это было постоянным – пусть и невысказанным – разочарованием для отца. Пусть он никогда не распространялся по этому поводу, Салли чувствовала, что он надеется, что она преодолеет свою фобию и встанет рядом с ним у руля компании. Салли тоже на это надеялась. Она думала, что он дает ей еще время, и не понимала, что отец признал ее безнадежность. До сегодняшнего дня не понимала.
Решающей каплей стало его последнее решение. Отец всегда делился с ней своими планами по развитию фирмы, даже пользовался иногда ее предложениями, но сейчас он сделал все без нее. Она ничего не знала об этом важном решении. И она будет пребывать и дальше в неведении, если только не предпримет каких-нибудь действий. Давно пора заявить о себе, проявить полностью свои способности. Если она этого не сделает, то всю оставшуюся жизнь ею будут пренебрегать, а она этого больше не хочет. Она должна измениться. И как можно быстрее.
Гильда и Рон все еще смеялись и болтали, делясь воспоминаниями, обмениваясь легкими прикосновениями и взглядами, как всегда делают любящие пары. Это очень мило, но Салли остро чувствовала свою непричастность. В личной жизни и на работе люди вокруг общались непринужденно, легко, а ей с трудом давались каждое слово и поступок.
Когда оба посмотрели на часы и сказали, что им уже пора, Салли не возразила и осталась допивать коктейль.
Ей надо вернуться домой, пораньше лечь спать, чтобы отдохнуть к завтрашнему важному событию. Надо? Всю жизнь Салли делала исключительно то, что надо. Выходит, она провела жизнь, старясь угодить другим. А как же она сама? Должны же, в конце концов, начаться изменения! Может, пора уже начать? Проявить смелость? Отважиться на новое поведение?
– Мэм? Это вам.
Официантка поставила на столик перед Салли коктейль Гибсон. Салли удивилась:
– Мне? От кого?
– От джентльмена. – И показала от кого.
– Вы уверены, что это для меня?
– Да. Хотите, чтобы я вернула?
Хочет ли она? Испуганная мышка внутри вздрогнула и сказала: «О да, конечно». Но разве она не готова к новым жизненным опытам? К встрече с новыми людьми? К кокетству с мужчиной?
Салли повернулась и встретилась глазами с тем самым мужчиной. Она и раньше обратила на него внимание – типичный уверенный в себе бизнесмен в безупречном темном костюме и накрахмаленной светлой рубашке с незастегнутой верхней пуговицей. А сейчас Салли вдруг почувствовала, как каждая клеточка в теле инстинктивно завибрировала под его взглядом. Он кивнул ей, поднял бокал в приветствии и улыбнулся. У Салли зажгло даже кончики пальцев на ногах.
«Смелее!» – прошептал голосок откуда-то в подсознании. Она посмотрела на официантку:
– Оставьте коктейль. И пожалуйста, передайте от меня благодарность.
– О, вы сами можете поблагодарить – он идет сюда.
Идет сюда? Салли запаниковала – как обычно. Надо бежать!
– Могу я присоединиться к вам? – мягко произнес мужчина, положив руку на спинку стула, с которого только что встала Гильда.
– Конечно. – Пульс частыми ударами отдавался в горле, но ей удалось произнести это достаточно спокойно. Она подняла бокал с коктейлем Гибсон, которым он ее угостил. – Спасибо.
– Не за что. В наше время не многие согласны выпить этот коктейль. Старомодный напиток для старомодной девушки.
Голос у него был низкий, глубокий и приятно ласкал слух – словно бархат на обнаженной коже. И его взгляд тоже был мягкий, обволакивающий. Под пиджаком угадывались широкие плечи, под рубашкой тонкого хлопка – мускулистая грудь. Оценить это она способна, а вот способна ли получить от этого удовольствие? Лицо у него худое, нос прямой, а глаза… глаза светлые, но какого цвета, сказать трудно, и смотрят прямо на нее. Губы у него дрогнули в улыбке. Он не производит впечатление человека, который часто улыбается, но в его улыбке не было неискренности или снисходительности.
Не зная, как ей реагировать, Салли уставилась в бокал и тоже улыбнулась.
– Вы угадали, – ответила она.
А когда снова подняла на него глаза, то увидела уже открытую широкую улыбку. Видеть эту улыбку – это все равно что получить электрический разряд прямо в интимные места. Ну и ну. Господи! Этому мужчине следует иметь разрешение на обладание подобной сексуальностью.
– Меня зовут Керк, а вас? – Он протянул ей руку и вопросительно изогнул бровь.
У Салли все внутри начало таять. В обычной ситуации она не купилась бы на бокал вина и приятное обхождение. Но… ей осточертело быть хорошей девочкой, которая всегда делает то, чего от нее ждут. Кто всегда уступает другим, и держится в тени, и не гоняется за успехом. Если она хочет добиться чего-нибудь в жизни, то ей придется смело идти вперед, а не прятаться по-прежнему на заднем плане, тихо и незаметно продолжая работать. Она ведь только что решила, что возьмет все в свои руки. И прежде всего она сделает то, что хочет прямо сейчас, и плевать на последствия.
Салли пожала ему руку.
– Я – Салли. Следующий коктейль за мной.
– Рад познакомиться. Но должен вас предупредить, что не в моих правилах позволить женщине это делать.
У Салли засосало под ложечкой. Знакомое ощущение. Обычно, сталкиваясь с непростой ситуацией, она тут же замолкала, стесняясь настаивать на своем. Но сегодня этого не произойдет. И Салли… ринулась в бой.
– О! На самом деле? Почему же?
– Я, видите ли, тоже старомоден.
Этого еще не хватало! Мало ей того, что отец является воплощением серьезности и старомодности. Последнее, что ей нужно в жизни, так это встреча с похожим мужчиной.
– Но, – продолжая улыбаться, сказал он, – что касается вас, то я готов сделать исключение.
– В моем случае? – выдавила она. – Но почему?
– Потому что я не думаю, что вы хотите угостить меня вином для того, чтобы пофлиртовать со мной.
Салли не удержалась и рассмеялась:
– Поверьте, со мной вам это не грозит.
– Да?
Ей, наверное, показалось, но в голосе у него послышалось разочарование.
– Ну, вероятно, нам надо подождать и проверить. – И сделала глоток из бокала с коктейлем.
Глава 2
Каким образом несколько коктейлей и танец привели к тому, что она вошла в квартиру едва знакомого мужчины? Керк бросил пиджак на спинку бежевого цвета дивана, а Салли лишь мельком оглядела обстановку, характерную для многих квартир, которые арендуют приезжающие по служебной необходимости бизнесмены: однотипные мебель и картины на стенах. Единственный штрих присутствия живого человека – обеденный стол с архивными папками.
Вот и все, что она заметила, прежде чем его руки коснулись ее волос, приподняли пряди с затылка, а губы прижались к шее. Салли вздрогнула. Керк взял ее руку и повел в спальню. Когда он повернулся к ней лицом, она снова вздрогнула, увидев в его глазах жадный блеск.
«Смелее, – напомнила себе Салли. – Ты же хотела этого. Не робей. Возьми то, что хочешь».
Салли потянулась к его галстуку и, ослабив узел, выдернула конец из-под воротника, и галстук упал на пол. Затем занялась пуговицами, удивляясь тому, что пальцы не дрожат, учитывая, что все ее тело вибрировало от желания к этому мужчине. Надо подумать, успокоиться, черт подери, она хочет этого и сделает так, как хочет. И насладится моментом.
Керк не остался безучастным. Его большие теплые руки гладили ее сквозь ткань туники, и ей казалось, что эта туника самая что ни на есть сексуальная и романтичная из всех ее вещей.
Она расстегнула наконец ему рубашку и провела ладонями по широким мускулистым плечам, по груди.
Во время танца она успела понять, что он в прекрасной форме, но сейчас… о господи, этот мужчина действительно атлетически сложен. На мгновение ей сделалось неловко от собственного несовершенства: маленькая грудь, широкие бедра и полноватый зад.